"Фантастика 2025-159". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Небоходов Алексей

– А может, её вообще сыграть Тамаре Валентиновне из бухгалтерии? – задумался Михаил, хмыкнув при воспоминании о строгой сотруднице с её всегдашними наставлениями о трудовой дисциплине. – Вот будет номер! Надо обязательно предложить.

Он снова захлопнул тетрадь и откинулся на спинку стула. За дверью слышались привычные звуки просыпающегося ЖЭКа – кто-то шёл по коридору, грохоча вёдрами, слышался далёкий стук дверей и приглушённый разговор. Михаил чувствовал, как вокруг продолжается скучная, размеренная жизнь, а у него в руках теперь было средство, способное эту жизнь встряхнуть и сделать ярче.

Бывший олигарх встал и прошёлся по комнате, словно проверяя себя на твёрдость принятого решения. Он ясно осознавал, что уже переступил черту, за которой начиналась совершенно новая жизнь – дерзкая, творческая, полная риска и азарта. Назад дороги не было, но это его совсем не пугало.

Он вернулся к столу, взял тетрадь и внимательно посмотрел на написанные слова. Тот самый сантехник с его нелепой ухмылкой, томная домохозяйка, их смешные диалоги и двусмысленные сцены – всё это теперь казалось ему не просто забавной выдумкой, а настоящим творческим вызовом. Он чувствовал себя режиссёром собственного абсурдного спектакля, который готов был разыграть на глазах у изумлённой советской публики.

– Ну что, Михаил Борисович, пора начинать кастинг, – с азартом прошептал он сам себе, ощущая, как внутри закипает нетерпение.

И, улыбаясь своим мыслям, Михаил понял, что это не просто новая идея – это важнейший шаг в его новой, неожиданной, полной авантюр жизни.

Михаил твёрдо решил не терять ни минуты и принялся за подготовку своего смелого проекта немедленно, прекрасно понимая, что самое важное сейчас – найти подходящих актёров. Прежде всего ему требовался настоящий сантехник, и не «просто сантехник», а такой, чтобы и фактурой подходил, и характером обладал живым и непосредственным. Михаил мысленно перебирал знакомые лица, но пока никто не вызывал абсолютной уверенности.

Зато с домохозяйкой дела обстояли куда веселее. Тут Михаил явно мог разгуляться, выбирая между знакомыми девушками, бывшими сокурсницами и даже жёнами соседей по общежитию. Он уселся за стол, достал новую тетрадь и принялся сосредоточенно выводить имена и короткие характеристики.

– Значит так, кто у нас есть? – проговорил он вслух, постукивая карандашом по подбородку и прищуриваясь с хитрецой. – Ленка из третьего корпуса. Хорошенькая, фигуристая, только характер уж больно взрывной, как бы сантехника не съела на первом дубле. Может быть, и к лучшему – правдоподобно получится. Надо записать.

Тут же в тетрадке появилось: «Ленка – взрывная, съест сантехника живьём». Михаил улыбнулся, оценив комичность собственной записи, и продолжил:

– Светка Кудрявцева. Вот уж кто идеальная кандидатура на роль томной домохозяйки. Блондинка, глаза глубокие, голос мягкий. Она в институте в театральном кружке выступала, так что, можно сказать, почти профессионалка. Единственный минус – муж боксер. Может не понять художественного замысла и устроить съёмочной группе персональный спектакль. Тоже запишем.

Светка заняла вторую строчку списка с пометкой «томная, муж-боксёр – рискованно». Михаил усмехнулся, перечитывая написанное, и снова задумался, постукивая карандашом о столешницу.

– А вот ещё Наташка, – сказал он сам себе. – Тихая, серьёзная, библиотекарша по образованию, но во взгляде огонёк тот ещё. Внешность скромницы, а вот начнёт говорить – хоть уши затыкай. Актерские данные не проверены, зато потенциал очевидный. Возьмём на заметку, авось раскроется перед камерой.

Имя Наташи легло в список с короткой характеристикой «скромная библиотекарша с потенциальным огоньком». Михаил довольно оглядел три записи, чувствуя, как внутренний азарт всё сильнее разгорается в груди.

Теперь оставалось разобраться с главным героем. Тут на ум неожиданно пришёл Сергей Петров – его друг и сосед по общежитию, который вечерами работал киномехаником в местном кинотеатре «Новороссийск». Михаил хорошо помнил это заведение, расположенное на площади Цезаря Куникова, на пересечении Садового кольца и улицы Чернышевского, которая в его будущем уже давно вернула себе дореволюционное название – Покровка.

– Серёга, конечно, не профессионал, но уж кто-кто, а он в роли сантехника будет смотреться просто идеально, – задумчиво сказал Михаил. – Лицо интеллигентное, руки рабочие, а главное, иронии хоть отбавляй. Да и в кинотеатре он не только фильмы крутит, наверняка навыки кое-какие есть. Надо его вечером допросить с пристрастием.

До вечера Михаил не мог найти себе места. Он без конца крутил в голове обрывки диалогов, представлял смешные и неловкие сцены, пытаясь найти идеальные реплики, которые выглядели бы максимально естественно и вместе с тем вызывающе смешно.

Наконец послышались знакомые шаги по коридору, и дверь комнаты распахнулась. Сергей вошёл с усталым видом, потянулся и бросил взгляд на Михаила, который явно ожидал его прихода с нетерпением.

– Что-то ты подозрительно рад меня видеть, – с ухмылкой произнёс Сергей, садясь на кровать и растирая затёкшую шею. – Опять задумал что-то грандиозное, Миш? По глазам вижу, что да.

– Ещё какое грандиозное, Серёжа! – оживился Михаил, пододвигая к нему табурет и усаживаясь напротив с таким выражением лица, будто собирался делиться секретами государственной важности. – Слушай внимательно, это не просто идея, это концепция! Это проект, каких ещё не видела советская публика.

– Ого, ну давай, выкладывай, – заинтересовался Сергей, с удобством устраиваясь на кровати. – Только если опять какая-то афера, заранее предупреждаю, я после вчерашней смены и поломки проектора морально не готов.

– Нет, это не афера, это кино! – торжественно заявил Михаил, затем на мгновение замолчал и наклонился чуть ближе. – Точнее, Серёжа… это подпольная киностудия. Порно-киностудия. Настоящая. Без дураков, без цензуры, но с идеей и чувством юмора. Снятая так, чтобы не только вставало, но и смеялись. Понимаешь?

Сергей замер. В его взгляде мелькнул испуг.

– Миха… ты с ума сошёл? Ты вообще понимаешь, чем это может закончиться? Это ж не шутки, это статья! Посадят нас с тобой, и не за искусство, а за разврат, подстрекательство и, прости господи, антисоветчину. Я, может, киномеханик, но в дурку не хочу. И в тюрьму тоже.

– Спокойно, Серёга. Никто нас не посадит, если мы всё сделаем с умом. Это будет как искусство. Понимаешь? Мы не на чёрном рынке кассеты с «порнухой» гнать собираемся. Это будет сатирический абсурд в советском быту. Ирония, гротеск, чуть-чуть эротики и много правды.

– Много правды? – переспросил Сергей, с явным скепсисом. – И кому ты это потом покажешь, Миха? В Доме культуры? Под лозунгом: "Советская женщина в труде и в страсти?"

– Да, кстати, почему нет? Можно как культурный кружок при ЖЭКе. На первое время. А потом – частные показы. Кассеты. Знакомые через знакомых. У меня уже есть один связной.

Сергей провёл рукой по лицу. Несколько секунд он молчал, затем тихо рассмеялся:

– Чёрт тебя побери, Михаил. Ты ведь почти убедил меня. Почти. Но скажи честно: ты уверен, что это не просто блажь? Не какой-то пьяный каприз?

– Уверен, – кивнул Михаил. – Это то, чем я должен заниматься. Я это чувствую. Это будет весело, рискованно и, может быть, глупо. Но точно не бессмысленно.

Сергей посмотрел на него, затем в потолок, затем снова на Михаила. И тяжело вздохнул:

– Ладно, чёрт с тобой. Только если я окажусь в газетах, хочу, чтобы на афише было написано: "В главной роли – Сергей Петров. Заслуженный сантехник СССР".

Михаил рассмеялся, хлопнул друга по плечу и протянул руку:

– По рукам. У нас будет кино, Серёжа. Такое, что потом нас сам Тарковский позовёт на консультации.

Они пожали друг другу руки, рассмеялись, и в воздухе, пахнущем котлетами с общей кухни и горячей фотобумагой, витало нечто похожее на дерзкое начало великого искусства.