Пентюх - Алексей Александрович Стопичев

Шаман вышел на крыльцо в тот момент, когда староста ногу уже на первую ступеньку заносил. Да так и застыл Корюх с поднятой ногой на весу. А грыль посмотрел на нас и спросил:

- Зачем пожаловали? Я вас не звал!

Староста поболтал ногой и аккуратно её поставил рядом с крыльцом.

- Тут-с, значит, у сыщика Мерлена Петровича вопросики к вам имеются, господин Таши Ламени! Задать-с хотели.

Корюх оглянулся на сыщика, приглашая его к разговору. Мерлен Петрович не стал тянуть быка за хвост и спросил резко:

- Зачем иностранца убил, шельма?

У шамана лицо будто рябью пошло, он вскинул руки и заорал:

- Умрите, твари! – и будто что-то стряхнул с ладоней по направлению к нам.

Староста и два мужика с ним тут же упали и стали корчиться на земле, а сыщик заорал громко:

- Стреляй падлу! – выхватил револьвер свой и выпалил первым. Да тут же и упал, заорав, держась за плечо.

Мужики беспорядочно принялись палить из ружей, и тоже стали падать один за другим, сражённые выстрелами. Я тоже выхватил револьвер, нажал на спусковой крючок, направив оружие в сторону шамана, но оружие не выстрелило. Слева от меня упали ещё два мужика, зажимая на себе раны. Откуда в них стреляли, я понять не мог. Не мог и понять, почему мой револьвер не стреляет. Перевернул его, заглянул в дуло и в этот момент нечаянно нажал крючок. Бахнул выстрел, и я зажмурился, ожидая, что пуля сейчас разворотит мне голову. Однако, ничего не происходило. И голова по ощущениям была цела и даже не продырявлена. Я осторожно открыл один глаз, отметив про себя, что стрельба резко прекратилась. Все мужики вместе с сыщиком валялись на траве возле крыльца, матерились и стонали одновременно, зажимая раны. А грыль лежал навзничь на крыльце, и лицо у него было залито кровью. Он приподнялся немного, ткнул в меня пальцем и прохрипел:

- Как понял?

Тут же упал на спину, и, если я не ошибаюсь, самым банальным образом умер. Я растеряно глянул на револьвер в руке, на израненных соратников и поспешил спрятать пистолет в кобуру. А то, не дай Бог, и правда себе прострелю что-нибудь.

- Пентюх! – прохрипел Мерлен Петрович, лежа на земле и держась за плечо: - Помогите же! Я умираю!

Я растерянно оглянулся вокруг, не зная, чем помощь умирающему сыщику. Но тут на счастье из-за дома выскочили… Ирина и её друзья – Дырн и Бобо. Дырн подскочил к Мерлену Петровичу, достал из сумки на поясе порошок, бинты. Разорвал на сыщите кафтан, присыпал рану и стал сноровисто бинтовать. Бобо в это время перематывал другого мужика. А Ирина заскочила на крыльцо, осмотрела шамана и сказала громко:

- Мёртв!

А потом тоже кинулась оказывать помощь. Вначале к старосте подбежала, и тот зашевелился и встал, тряся головой. Следом за ним подняла двух других мужиков, которые после атаки шамана упали. А Бобо и Дырн в это время всех остальных перевязали. Мерлен, привалившись спиной к крылечку, жалобно стонал, поглядывая на перебинтованное плечо. Изогнулся картинно и обратился к Ирине:

- Сударыня, вы как раз вовремя! Моя пуля хоть и сразила злодея, но к тому моменту схватки мы все уже получили ранения, - Мерлен глянул на меня и добавил: - Кроме господина Пентюха. Его, видимо, не посчитали слишком серьёзной целью!

Ирина недоумённо посмотрела на Железного и захохотала вдруг:

- Вы реально думаете, что это вы застрелили шамана?

- Не понимаю причины вашего веселья, сударыня, - изменился лицом и очень сухо произнёс сыщик.

- А чего ж мне не веселиться? – Ирина весело улыбалась, - Если вы очевидного не поняли.

- Быть может, вы нам сообщите это очевидное… извините, с кем имею честь?

- Ирина Викторовна Трунова, изыскатель, - Девушка село на крыльце и спросила Дырна: - Всех перевязали?

Гмур лишь кивнул молча, и девушка возвысила голос:

- Господа селяне, спасибо вам за вашу помощь! А теперь идите к сельскому лекарю, пусть он вас долечит! А господин сыщик сам справится! Если что – мы ему поможем!

Староста глянул на Мерлена и тот лишь кисло скривился. Староста кивнул рукой мужикам, и те побрели со двора, придерживая друг друга. И лишь когда вышли за ворота, Ирина сказала всё так же весело:

- Шаман подвесил прелюбопытное заклинание отражения. И любой, кто выстрелит в него или ударит, получит сам свою пулю или удар. Вы, по сути, сами в себя стреляли, - захохотала опять и сообщила сквозь хохот: - Хорошо хоть стрелки из вас, как из г… грязи пуля!

Дырн тоже хмыкнул, а Бобо заухал довольно. Мерлен скривился ещё больше и спросил ехидно:

- И кто же тогда шамана застрелил?

- А господин Пентюх! – Ирина ткнула в меня рукой, и я застыл, боясь пошевелиться. Посмотрел испуганно на девушку, пытаясь понять, не шутит ли. Но та и не думала шутить. Произнесла, мне кажется, с уважением в голосе: - Он один сразу разобрался что к чему, и выстрелил в себя. Естественно, заклинание отражения пулю выкинуло в шамана. Я бы, конечно, выстрелила себе в руку или ногу, чтобы шамана ещё и допросить можно было, но Семён Петрович решил не мелочиться! С другой стороны, если ни у кого из вас магических навыков нету, то вам и с раненым шаманом не справиться бы было. Потому, сделал он всё абсолютно правильно.

Сыщик с удивлением посмотрел на меня и спросил:

- Это правда, господин Пентюх? Вы выстрелили в себя?

Я лишь молча головой кивнул. Мне стыдно было признаться, что произошло это абсолютно случайно, и что в иной ситуации я просто вышиб бы себе мозги. Впрочем, сыщика это мало волновало. Он подумал немного и сказал:

- Предлагаю двести пятьдесят рублей оклад! Больше дать не могу, клянусь! Переходите в наше управление, не пожалеете.

Я обещал подумать, а Ирина спросила Мерлена:

- Дом обыскивать будете, господин Железный?

- Откуда вы меня знаете? – спросил сыщик, и девушка засмеялась вновь: - Да кто ж вас не знает, Мерлен Петрович? Ваш портрет каждый месяц в Ведомостях выходит!

- Действительно, - прокашлялся Железный, встал с земли, отряхнул здоровой рукой штаны и пошёл по крыльцу вверх, кивнув мне: - Семён Петрович, займёмся обыском! Это наша задача, а не всяких там девиц… изыскателей!

- Но