Мастер Алгоритмов. ver. 0.4 - Виктор Петровский

Причина тому крылась не в тексте документа, а в событии, произошедшем тремя днями ранее.

В этот самый кабинет зашел человек. Он не записывался на прием, не показывал документов секретарю. Он просто открыл дверь, сел в кресло напротив и негромким, лишенным всяких эмоций голосом передал распоряжение с самого верха. Из столицы. Из приемной самого графа Александра Николаевича Салтыкова.

Запрос не сопровождался казенной бумагой с гербовой печатью. На нем не стояло ничьей подписи. И именно поэтому проигнорировать его не представлялось возможным.

К официальным обязанностям всегда можно подойти, спустя рукава, подзатянуть, «ошибиться» время от времени, переложить вину на подчиненных, никому не будет до этого дела. А вот слова, сказанные посланником важного человека с глазу на глаз, дело совершенно иного толка. Последствия непокорства в таких случаях измерялись не выговором с занесением в личное дело, а сломанной карьерой, тюремным сроком, а зачастую и внезапным ухудшением здоровья с летальным исходом. Граф Салтыков не терпел препятствий на своем пути.

Суть негласного распоряжения была кристально ясна. На всем, что приходит из Каменограда за подписью Милорадовича или некоего Волконского, следовало немедленно ставить разрешающую визу. Без вопросов. Без комиссий. Запросят двойной бюджет — одобрить и перевести в тот же день. Запросят редких специалистов — выделить из резерва. Попросят достать Луну с неба — немедленно начать расчет траектории и готовить смету на лунную экспедицию.

Аристарх Львович откинулся на спинку кресла, постукивая ручкой по столешнице.

Разум чиновника, привыкший к кулуарным интригам, пытался найти логику в происходящем. С чего вдруг Салтыков взял под свое крыло Каменоградское отделение? Отношения между домами Салтыковых и Милорадовичей представляли собой классический публичный секрет. Вслух о древней вражде никто не говорил, но каждая собака в Империи знала, что они на дух друг друга не переносят. Владислава Милорадовича в свое время и сослали в эту уральскую дыру именно стараниями оппонентов.

А теперь что же? Внезапное перемирие? Странная, необъяснимая дружба? Политический альянс против третьей силы?

И кто, черт возьми, такой этот Волконский?

Фамилия не из известных, влияния в обществе не имевшая. Младший советник. Абсолютный ноль в аппаратном весе. Однако посланник графа произнес эту фамилию с тем же нажимом, что и фамилию князя. Словно этот никому не известный советник представлял собой фигуру не меньшей значимости.

Аристарх Львович покрутил ручку в пальцах. Воистину, странные наступают времена. Непонятные течения зарождаются в столице и докатываются до провинции, ломая привычный уклад. В воздухе отчетливо пахло большими переменами, а там, где дуют ветры перемен, чиновникам вроде него легко простудиться насмерть.

Он усмехнулся своим мыслям.

К огромному счастью, в этих играх титанов ему не отводилось никакой серьезной роли. Он не собирался лезть в тайны министра и выяснять подоплеку столичных союзов. Его задача была проста, понятна и абсолютно безопасна, если следовать инструкциям.

Аристарх Львович щелкнул кнопкой ручки, затем придвинул к себе заявку на финансирование системы «Пульс» и размашисто, уверенно поставил разрешающую резолюцию. То же самое он проделал со вторым документом, касающимся обновления портала.

Всего-то подписать две бумаги, закрыть папку, передать ее в казначейство на немедленное исполнение и навсегда забыть про эти странные телодвижения на периферии Империи.

Он нажал кнопку селектора, вызывая секретаря. Жизнь продолжалась, и в ней еще оставалось место для хорошего вечернего чая.

* * *

Место встречи изменить… Можно, конечно, но мы не стали. По крайней мере, Милорадович ничего такого не говорил, как не обмолвился и об отмене тренировки, а следовательно, ей быть.

По пути на нашу тренировочную заброшку мы с Баюном тщательно следили, чтобы не прицепился «хвост». В прошлый раз, перед самой атакой наемников, это не помогло, но отказываться от полезной привычки я не собирался.

Отслеживали окрестности и на предмет возможной засады: место-то хорошее, благодатное. Подкараулить, расстрелять или накрыть тяжелой боевой магией самоход, а если сразу не помрем — окружить и добить. Безлюдная промзона, никаких свидетелей нет, полиция сюда едет неохотно и долго, да и вызывать ее некому, потому можно разгуляться. Мой служебный транспорт отнюдь не являлся пуленепробиваемым, а обещанный трофейный броневнедорожник еще только находился на пути в мои заботливые руки.

Но ничего подозрительного по пути не обнаружил ни я, ни Баюн. Фамильяр в этот раз в полную силу пользовался своими магическими чувствами, отслеживая округу, вероятно, на километры от точки нашего пребывания. Чисто.

Потому — заброшенный цех, опоздание ровно на одну минуту, ржавая металлическая дверь. С первого же шага внутрь интерьер нагнал воспоминаний о вчерашнем побоище. Огромная дыра в кирпичной стене напротив входа, пробитая направленным взрывом. Еще одна прореха, поменьше и с оплавленными краями, рядом с входной дверью — ее прожег князь, испарив одного из боевиков лучом концентрированной энергии. Кое-где на стенах виднелись свежие выбоины от автоматных пуль, местами на полу темнели следы гари, где врагов настигал мой «Крематорий».

Но при всем этом великолепии разрушений ни единого следа самих трупов, ни пятна крови, ни даже стреляной гильзы обнаружить не получилось. Чистильщики Милорадовича отработали на совесть. Как будто тут просто бездомные или подростки жгли костры.

Но если мертвых участников минувшего боя не наблюдалось, то живые присутствовали в полном составе. Князь обнаружился на своем привычном месте в центре зала, о чем мне заранее услужливо подсказали «Весы».

— Дмитрий Сергеевич? — голос Милорадовича разнесся под сводами здания. — Вижу, вы все-таки явились.

— Не припоминаю, чтобы мы говорили об отмене тренировки, Владислав Петрович, — усмехнулся я, подходя ближе. — Плюс, если бы вы не думали, что я явлюсь, то и сами бы тут не находились.

— Верно, — князь снял пальто и аккуратно сложил его на уцелевший ящик. — Приступим?

— Разумеется. Но сперва хотел обсудить один рабочий вопрос.

— Так давайте обсудим. Излагайте.

— Скажите, Владислав Петрович, есть ли такая магия, которая позволяет пробить небольшое отверстие в постоянном щите противника? Пусть даже на мгновение, без разрушения всей структуры барьера.

— Для вашего «Крематория», я полагаю? — Милорадович мгновенно уловил суть.

— Совершенно верно. Чтобы искра прошла за периметр защиты. Вчера этот нюанс доставил мне некоторые неудобства.

— Понимаю. Полноценные щитобойные чары вы, думаю, освоите в довольно скором времени, но даже этого времени у вас нет. Нужно что-то экономичное и точечное.

— Да. Подскажите, есть ли в целом такая магия?

— Есть, — кивнул князь. — Используется как часть комбинированных атак опытными дуэлянтами. Я вас научу, но сначала давайте-ка разомнемся.

Первая часть тренировки прошла по устоявшемуся сценарию.