Бесконечный беспредел х2 - Роман Драксодий

их пока, я сейчас закончу! — я обернулся к товарищу и замер.

Ирия стояла над Мяу и касалась кончиком своего меча груди девушки. Видимо мой взгляд был достаточно красноречив, поскольку она пожала плечами и произнесла:

— Я вас не задерживаю, бегите.

Едва я сделал шаг в её направлении, как рука держащая меч чуть дёрнулась и на и без того израненной груди Мяу появилась свежая струйка крови.

— Бегите, — повторила она, глядя мне в глаза.

— Сука, да что с тобой не так⁈ — заорал я, в бессилии пиная землю. — Чего ты добиваешься⁈ Что бы я начал убивать вас всех⁈ Ты этого хочешь⁈

В подтверждение своих слов я на эмоциях накинул удавки на шеи связанных стражей и с силой натянул провод. Когда её коллеги захрипели и стали в агонии бессмысленно царапать кабель, она лишь слегка сдвинула брови, но не дрогнула.

— Ты не сделаешь этого! — уверенно заявила она.

— С чего ты взяла? — сквозь зубы процедил я, сильнее сдавливая петли.

— Ты слабак! — она победно усмехнулась. — А мы дали клятву умереть за интересы церкви.

— А-а-а, так вот в чём дело! — я надрывно заржал, одновременно высвобождая чуть больше провода. — Я думал у тебя принципы, а ты просто шавка на коротком поводке, у которой нет ни капли свободы!

— Заткнись! — прорычала она.

— Слушай, я кажется понял почему ты так ненавидишь мужиков, а Фил вообще гомик — ваши епарты пользуют вас по ночам, под предлогом спасения мира! Я ведь угадал⁈ Иначе ты бы точно запала на такого обаяшку, как я!

— Да что ты такое несёшь, убогое ничтожество⁈ — заорала она, теряя над собой контроль.

— Я несу свет! — весомо произнёс я, с ехидной улыбкой поднимая указательный палец в небо.

Она повелась и бросила короткий взгляд вверх, видимо ожидая от меня чего угодно. Этого мгновения хватило, чтобы сверхплотный световой луч фонаря коснулся её кисти, сжимающей рукоять меча.

Ирия вскрикнула от боли и на долю секунды выпустила оружие из руки, чего мне с лихвой хватило, чтобы тихо подползший к ней сзади провод перехлестнулся через шею и повалил её на спину.

— Грузи их! Быстрее! И сам забирайся! — заорал я Ибуну, когда сам спешно кинулся доделывать транспорт, остро чувствуя приближающуюся беду.

Здоровяка не пришлось простить дважды! Он осторожно расположил двух наших бессознательных девушек в костяном салоне и уселся возле них, с тревогой глядя на меня, но, не говоря ни слова. Слишком умная тучка тоже пристроилась внутри, чем несказанно меня огорчила.

Потратив пять минут, которые показались самыми долгими в жизни, на главные доделки без всяких сидений, я метнулся к хрипящим пленникам и снял с них последние из хранилищ. Бегом вернулся назад, запрыгнул на место водителя, вставил босые ноги в кирзовые ботинки, ухватился за палки, скрестил на удачу всё конечности и, подав сразу тонну энергии в этот огромный артефакт, заорал:

— Лыжню!

Земля забурлила под полозьями, и наши костяные сани сорвались с места, оставляя за собой широкую борозду перепаханной земли и камней, в которой унизительно кувыркались освобождённые от пут и посиневших от удушья стражи.

Ровно через секунду о кости защитного каркаса с громким звоном чиркнула сияющая синим стрела, а на склоне горы позади нас показалась внушительная группа новых стражей.

Но нам было плевать! Мы победно орали в две глотки и уносились вдаль, сметая перед собой все препятствия!

Глава 5

Вот только радость оказалась преждевременной!

Мало того, что костяные сани жрали энергию как ракетный двигатель керосин, так ещё и оставляли за собой отчётливый, расчищенный от препятствий след! Надо ли говорить, что по этой пусть и взрыхлённой дороге за нами с радостью увязался отряд агрессивно настроенных стражей церкви?

Жалко, что я пролюбил копьё где-то в суматохе беготни вверх и вниз по склону в лагере. Сейчас бы оно очень пригодилось, чтобы обвалить этот замечательный узкий и глубокий каньон, в который мы заскочили на несколько секунд, чтобы стремительно выскочить по другую его сторону.

— Жарь их фонарём! — крикнул я Ибуну, полностью сосредоточившись на приятном управлении.

Даже не смотря на столь напряжённый момент, я не мог не поразиться плавности хода и отличной манёвренности моего транспорта. Сперва казалось, что без амортизации будет нещадно трясти, но лыжи не скакали по неровностям как безумные, а как бы мягко продавливали грунт и камни под собой, словно это был самый обыкновенный снег. Звук в движении напоминал волочение по песку — такой же тихий скребущий шелест. Просто фантастика!

А вот Ибун, в отличие от саней, ничего фантастического проявить не смог. Он просто не понимал концепцию лазера и максимум поработал маяком, точно обозначая для преследователей наше местоположение ярким белым светом. Пришлось прикрикнуть на него, чтобы перестал заниматься фигнёй и пошевелил мозгами.

Но короткого взгляда через плечо оказалось достаточно, чтобы понять, что этот бледно-зелёный Халк, вряд ли выдаст что-нибудь гениальное. А всё потому, что его с непривычки быстро укачало и явно тошнило, но он героически сдерживал спазмы пустого желудка, что в текущих условиях вполне сойдёт за небольшой подвиг.

А вот мне одновременно удерживать концентрацию на подаче энергии, при этом выбирать оптимальный маршрут среди гор, а заодно и придумывать, как избавиться от «хвоста», оказалось сложновато. Даже не так — это было нереально!

Но, тем не менее, пара безумных идей всё же возникла.

Во-первых, тучка Гнева Небес, флегматично висящая под самой крышей дырявого салона, где на костях уже образовалось жёлтое пятнышко от негаснущей тонкой молнии, которой она, видимо, держалась за потолок. Можно соснуть чью-нибудь душу, чтобы она вновь развернулась широким адским фронтом и отсекла от нас преследователей, но последствия весьма предсказуемы, ведь рано или поздно она нагонит нас.

Второй мыслью тоже была вариация на тему любви Неба вмешиваться в дела смертных, но уже в качестве экзаменатора. Понятия не имею, зависнет ли Испытание Небес на месте или будет следовать за нами, но это самый безобидный из придуманных планов. Заодно и развитие товарища повышу, благо энергии для этого более чем достаточно. Пока.

— Прорывайся на шестидесятую ступень! — крикнул я Ибуну, отчаянно маневрируя между здоровенными каменюками, и также отчаянно пытаясь контролировать распределение энергии между санями и кабелем, накинутом на Ибуна.

— Сейчас⁈ — шокировано воскликнул он, на миг даже забыв, насколько ему плохо.

— Нет, блин, завтра! Конечно сейчас! — прорычал я, оглядываясь короткими урывками на близких преследователей, которые не забывали осыпать нас градом заряженных дэнами стрел.

— Но у меня нет э… — начал было он, намекая, что