Наследник пепла. Книга IV - Дмитрий Валерьевич Дубов

— Так вот, — продолжил я. — У нас существовала то ли сказка, то ли легенда о нашем первом императоре, которому боги по преданию подарили некий камень силы. Камень позже стал называться «яйцом». Была ли эта вещь на самом деле яйцом какого-то существа или просто камнем, похожим на него, я сказать не могу. Но, поразглядывав герб с саламандрой, логично предположил, что это было её яйцо. Они ведь могут?..

Я сделал паузу и взглянул на внимательно слушающую меня Дезидерию. Архивариус не перебивала, а кивала в некоторых моментах.

— Да и у нас его называли именно яйцом, — добавил я. — Потом, при нападении демонов на империю, этот камень — или это яйцо — куда-то пропало. Но если его удастся не просто отыскать, но и пробудить существо, сокрытое в нём, то с таким союзником можно попытаться изгнать демонов из нашей земли.

Не сказать, чтобы я самозабвенно врал, я всего лишь подтасовывал факты, пытаясь получить хоть какую-то информацию. Ведь, по сути, саламандра была, яйцо существовало, его обитатель должен был помочь мне с демонами… Я, правда, не первый император и даже не последний, но это мелочи. Общая линия получилась складной, а остальное детали. Ну и пусть я сейчас выглядел наивным мечтателем, лишь бы результат был.

Я закрыл книгу и вернул библиотекарю. Взгляд то и дело скользил по полкам, казавшимся бесконечными и утопающим в полумраке библиотеки. Чтобы попытаться найти здесь хоть какую-то информацию, нужно было потратить не меньше половины жизни, а может, и всю целиком.

Видимо, вся безнадежность ситуации отразилась у меня на лице, если Дезидерия сняла очки и взялась пальцами массировать переносицу, что-то вспоминая.

— Допустим, артефакт и правда был подарком древней богини, в чём я сильно сомневаюсь, — принялась она перечислять факты. — Но почему ты тогда решил, что тебе нужны фамильяры? Фамильяры и питомцы — совершенно разные существа. Питомцы — это обычные животные, которые когда-то попали под магическое воздействие. Причём, неважно, случайное это было воздействие, или нет. Питомцы неразумны в нашем понимании этого слова. Но выражают те или иные эмоции и могут донести до хозяина, что они хотят.

Я сразу подумал про Резвого, но потом вспомнил, с какой виртуозностью он может выесть мне мозг чайной ложкой, и сразу же перевёл его в разряд фамильяров. Хотя были у меня подозрения, что и к таковым он не относился, хоть и предан был до безумия.

— А вот фамильяры… Это разумные магически одарённые существа, добровольно вступающие в связь с магом. Есть боевые фамильяры, способные разгромить небольшие армии. Есть чуть ли не медиумы, помогающие магу нестандартно мыслить или придумывать дополнительные заклинания. С ними нужно общаться как с полноценными особями, дружить и лучше не заставлять их на себя работать. Добровольная привязка крепче и даст больше преимуществ.

Дезидерия Вайсмовна рассказывала с таким энтузиазмом, что даже стала выглядеть моложе. В глазах появился блеск, а на губах улыбка.

— Если не секрет, а вы откуда столько знаете про питомцев и фамильяров? — решил я поинтересоваться на свой страх и риск.

Улыбка Дезидерии тут же стала тусклее.

— Понимаешь, а не всегда была библиотекарем и архивариусом. Когда-то я была специалистом по редким магическим созданиям. Помогала их приручать, изучала привычки и прочее. Раньше едва ли не все мало-мальски обеспеченные дворяне пытались заполучить в семью детям хотя бы питомца. Но потом традиция отчего-то пошла на спад. Сами магические существа бежали подальше от столицы, постепенно создав едва ли не зону отчуждения. Изредка меня ещё иногда приглашают в кланы для помощи, но там свои секреты, посторонним нет места.

Поняв, что разоткровенничалась не к месту, архивариус вернулась к теме.

— Итак, гипотетически, предположим, что яйцо первого императора существовало и было подарено богиней, — покладисто согласилась со мной Дезидерия, будто объяснялась с ребёнком или душевнобольным. — Но камень пропал где-то там, а ты здесь! Между вами не просто целая империя, а ещё и орды демонов. Вот они как раз самые что ни на есть реальные.

— Мой дед когда-то сказал, что великие открытия совершают лишь те, кто не знал, что это невозможно.

Дезидерия Вайсмовна многозначительно мне кивнула и добавила:

— Твой дед — умный человек, но мы не надеемся на чудо. Мы используем разум для защиты. Поэтому у нас есть Стена.

— Что до Стены, то я могу сказать с полной уверенностью, она не решит всех проблем, — сказал я. — Судя по тому, что мы видели в Горном, демоны плодятся не хуже кошек или кроликов, а то и лучше. Если мы сейчас их не остановим, то к моим внукам они будут ходить по двадцать-тридцать легионов? Тем более что приходят они как раз со стороны моей бывшей родины. Не хочу, чтобы и эта родина когда-то стала бывшей для моих детей.

— Я тебя понимаю, — проговорила библиотекарь, но при этом хмурилась и сочувственно на меня взирала. — Я не думала, что у тебя вопрос легендарного характера, где на чаше весов наше выживание. Я-то предположила, что ты уже завёл себе питомца и поэтому решил узнать, как с ним обращаться.

— Пока не завёл, — ответил я. — Но если я найду камень силы того императора, то, полагаю, фамильяр у меня точно будет. Поэтому я решил узнать про него наперёд.

— Ну, смотри, — кажется, архивариус сдалась достучаться до моего разума и решила пойти у меня на поводу, лишь бы я от неё отстал. — Есть не одна легенда о подобных вещах. У родовичей тоже есть предания, что изредка в местах энергетических разломов находились детёныши магически одарённых существ или, как в тохарском случае, яйцо. Они со временем становились фамильярами глав кланов.

«Нужно бы у деда спросить есть ли у него фамильяр, — мелькнула у меня мысль. — Может, я просто пришёл не к тому источнику информации?»

Но следующие слова Дезидерии меня разочаровали:

— К сожалению, до наших дней ни один фамильяр не дожил. Что касается яиц… Ты пойми одну вещь: яйцекладущих существ — масса. Просто невероятное количество. И за каждым нужен особый уход.

— Но есть же что-то общее, — перебил я, — что может помочь мне потом пробудить фамильяра? Ведь просто камнем он против демонов особо не поможет. А вот если тварь выродится, да побольше…

— Есть, — кивнула библиотекарь. —