Настоящий американец 2 - Аристарх Риддер

марки. Да и раз выпала такая возможность, то нужно проверить как чувствует себя водитель за рулем машины сошедшей с конвейера моего завода. Да, моего, я же американец, а согласно американскому мышлению, раз акции мои, то и завод мой.

— Signore, sei americano? — подскочил ко мне сотрудник фирмы по прокату.

— Американо, американо, — признался я.

— Un momento, signore, — пообещал уладить языковую проблему продавец.

И буквально через минуту передо мной материализовался другой менеджер и на сносном английском меня поприветствовал:

— Добрый день мистер…

— Уилсон, Фрэнк Уилсон, — представился я.

— Мне зовут Джанни. Я правильно понимаю, что вам нужна машина? — спрашивая, он окинул меня взглядом, задержался на золотом зажиме для галстука, часах и запонках. — У нас для вас есть отличный выбор — новеньких Феррари, уверен, что машины этой марки вас полностью устроят.

— Э, нет, приятель. Хочется чего-то другого. Феррари я уже опробовал.

— Тогда, — парень быстро переключился, — хочу вам предложить Fiat 8V Vignale Coupe. V — образная двухлитровая восьмерка, двухдверное купе. У нас есть машины нескольких расцветок.

— У вас есть Альфа-Ромео? — перебил я его презентацию Фиата.

— Альфа-Ромео? — было видно, что продавец удивлён. Но, молодец, быстро нашёлся. — Да, конечно, у нас есть отличные Альфа-Ромео!

— Вот и прекрасно, мне нужна максимально свежая и мощная машина. И именно Альфа-Ромео.

— Я вас понял!

Действительно понял. Мы зашли в ряд машин с характерным эмблемой на капоте — круглый щит, красный крест, зелёная змея и надпись в верхней части — Alfa Romeo.

— Вот, — Джанни положил руку на капот автомобиля максимально скучного белого цвета, — Alfa Romeo Giulietta. Совсем новая, мы её получили с завода в начале месяца. Рядная четверка с двумя клапанами на цилиндр, объемом в 1,3 литра и пятирехступенчатая коробка передач. Простите мистер Уилсон, — было видно, что Джанни реально заинтересован в моем ответе. — Вам действительно нужна эта машина? Дело в том, что машина новая, но назвать её мощной у меня язык не повернется.

— Да, приятель мне нужна именно она, — заверил я оказавшегося на удивление честным менеджера. — Давай не будем терять моё и твоё время и оформим все бумаги по-быстрому, мне нужно ехать.

Хоть менеджер и пытался ускорить процесс, но подписание бумаг и проверка автомобиля заняли время, так что прокат я покинул уже около трех часов пополудни.

Да уж, эта машина точно не для американского рынка. Нет, у неё полно достоинств, она хорошо рулится, габариты такие, что можно припарковаться практически где угодно, шумоизоляция, можно сказать, отличная, отделка салона на очень хорошем уровне, материалы качественные и всё сделано добротно, сиденья удобные.

Но блин, она не едет!

В городе еще нормально, на улицах не нужна мощность, здесь важнее маневренность, но стоило мне выехать из Рима на трассу, как вся «прелесть» дохлого мотора дала о себе знать. На прямом как стрела американском хайвее где-нибудь между Лос-Анджелесом и Сан-Франциско хрен ты кого обгонишь, когда у тебя под капотом жалкие 1,3. Америка не Европа, у нас сейчас царит философия Fuck Fuel Economy и правят бал многолитровые движки. Засмеют водителя Альфы, как пить дать засмеют. Время думать об экономии топлива и выбросах CO2 в атмосферу еще не пришло, полвека до этого гринписовского мракобесия.

Нет, с точки зрения моей языческой эко-френдли секты, кстати надо уже напомнить им о себе, я же не просто так этого пацана засунул в Гарвард, Альфа-Ромео — идеальная машина. Но мне же нужно делать бабки, а не заботиться о том, чем следующее поколение американцев будет дышать.

Поэтому Альфа Ромео должна измениться. Больше цилиндров, больше объём, больше лошадок под капотом, больше скорости и агрессии.

Иначе Джону или Крису мои машины будут не интересны. Они даже не посмотрят в сторону европейской диковинки и предпочтут очередную поделку мистера Генри Форда второго или его конкурентов из Дженерал Моторс. Так что мне нужна совсем другая машина — машина для американцев.

А еще мне нужно, чтобы моя марка ассоциировалась с победами. Альфа-Ромео должна всех рвать на гонках. 24 часа Лимана, Формула один, Дайтона, Наскар.

Машины с красным крестом и зелёной змеёй должны доминировать на гоночных трассах. Это поднимет продажи, а значит и стоимость акций. А если они будут нести на себе еще и символику Американ Тобакко то я убью двух зайцев. Сразу два актива в моём инвестиционном портфеле будут расти в цене. Крутые тачки и крутые сигареты — отличное сочетание. Не зря же на Феррари красного барона, Михаэля Шумахера, можно было прочитать Marlboro.

К слову о гонках. Впереди за убитым грузовичком я увидел древний родстер, которому было лет двадцать, если не больше. Понятно, что моя Джульетта не создана для гонок, но уж этого довоенного дедушку она способна обогнать?

Чтобы проверить я добавил газа, переключился на четвертую, дождался момента и обогнал сначала грузовик, а потом и родстер, за рулём которого сидел молодой мужчина постарше меня. Ладно Капулетти, хоть я и раскрутил мотор до максимальных оборотов для этого обгона, но ты не совсем безнадежна, кое-что можешь. Грузовичок и родстер скрылись за поворотом.

Но я рано радовался, грузовик в гонку не ввязался, а вот легковушка очень быстро меня догнала, задел я, видимо, ее водителя за живое.

— Ну ладно, парень, погоняем, — пообещал я своему негаданному сопернику и утопил педаль газа.

Дорога передо мной петляла и была полна встречных машин. И это единственное, что останавливало моего соперника от немедленного обгона. Этот сукин сын висел у меня на хвосте как приклеенный! Вот блин! На моих Корвете и Понтиаке я бы от него ушёл, сто процентов, а на Альфа-Ромео, я хоть и жал на полную, но оторваться не мог и то, когда он меня обгонит — лишь вопрос времени.

Вот он и дождался момента. Во встречном потоке появился просвет и не слезающий с моего хвоста родстер сначала поравнялся со мной, а затем ушел вперед. Его водитель напоследок показал мне большой палец, развернув его вниз. Вот засранец! Римлянин хренов.

Я рассмеялся и прекратил гонку. Больше насиловать двигатель моей тачки смысла не было, и я сбросил скорость до вполне обычных девяноста километров в час.

В спокойном темпе я проехал пару километров и за очередным поворотом увидел по своей стороне дороги большой заасфальтированный карман. Несмотря на вечер и наступающую темноту я оценил живописность места. Отсюда открывался шикарный вид на реку, поля вдалеке и красочный закат.

В кармане стояли две машины — седан и в нескольких десятках метров от него родстер, который меня недавно обогнал,