Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 5 - Оро Призывающий

— Это не ответ, — заметил я.

— Чего хочешь ты, понятно и так, по каждому из твоих действий за последнюю неделю, — кивнула королева. — Ты хочешь власти. Простое и понятное желание; я тоже хочу её. Что ж, мир достаточно большой для нас двоих. Мы оба с тобой сильны, пусть и на разных уровнях, а главное — то, чего нет у большинства даже сильных мира сего — мы достаточно смелы и дерзки, чтобы приходить и брать своё.

Я медленно кивал.

— Нам двоим, — продолжала Глория, — проще договориться между собой, чем развязать войну друг с другом, которая дорого нам обоим обойдётся. Устроить хаос и разрушения — в этом мы оба талантливы.

В ответ я лишь усмехнулся.

— Но… беда в том, что нас не двое. Есть и другие желающие, — заключила Глория.

— И они тебе мешают, — заключил я. — А чтобы лично не марать о них руки, ты хочешь использовать меня… Дай угадаю. Эти «другие» и есть та компания, вместе с которой вы присылали ко мне парламентёра.

— Не буду спорить, — кивнула королева.

— Ну, в тот раз у меня не сложилось впечатления, будто вы хотите «договориться», — пожал я плечами. — Особенно после того, как ваш посыльный рассмеялся мне в лицо и предложил сложить лапки и отдать вам всю власть.

— Посыльного… присылала не я одна, — согласилась Глория. — В этом-то и соль. Те, прочие, слишком глупы, чтобы оценить твой потенциал; слишком горды, чтобы признать тебя сильным.

— А ты — нет?

— Я опытнее каждого из них, — Глория улыбнулась вновь. — И именно поэтому я предлагаю тебе заключить союз со мной — против них. Тем более, что…

— Да-да, — вздохнул я. — Тем более, что они всё равно так просто не простят мне отказа и вот-вот меня атакуют — ты это хотела сказать?

— Вот видишь — ты и сам улавливаешь суть проблемы, — отозвалась Глория.

— Если они так мешают, почему бы просто не подчинить их себе? — поморщился я. — Или на них твоя способность тоже не работает?

— Сработает, если нужно, — отрезала Глория. — Почему я не хочу заниматься ими лично, отдельный вопрос, который мы обсудим позже.

— А я уж думал, что те, кого омолодил Обелиск, к твоей силе невосприимчивы, — теперь пришёл мой черёд саркастически улыбаться.

— Ты слишком много знаешь об Обелисках, Йошида, — заметила Глория в ответ; похоже, она уже теряла терпение в этом споре. Чудесно.

— Но и ты тоже хранишь немало занимательных секретов, — протянул я. — Вот что… давай так. Сотрудничество следует начинать с лёгких, необременительных сделок. Как насчёт такой: я сражусь с твоим принцем Фицджеральдом, как ты и хочешь…

Принц хмуро уставился на меня; похоже, он предпочёл бы умереть быстро, а не в кровавом цирковом представлении, вот только его здесь уж точно не спрашивали.

— …а ты перед этим поведаешь мне старую семейную байку, — закончил я. — Про тебя и моего пра-прадеда

— И всего-то? — присвистнула королева. — А я-то думала…

Она покачала головой.

— О такой ерунде мог попросить и безо всяких сделок, Йошида, тем более, что здесь и рассказывать-то нечего. Однажды Иван Распутин пришёл ко мне, наглый, как и все Распутины; предлагал союз — иронично, почти теми же словами, какими я сейчас предлагаю его тебе.

Я заинтересованно склонил голову.

— И что же было дальше?

— Дальше он проявил поразительную, просто фантастическую наглость и уверенность в себе, — фыркнула Глория. — Этот выходец из крестьян никогда не знал берегов. Конечно, он был талантлив, но считать меня — меня!! — ровней себе?..

Она вздохнула и покачала головой.

— Решив наказать такую дерзость, я хотела взять его под контроль, по своему обыкновению, но он внезапно взял и…

— …и не покорился, — заключил я.

— Именно так. Впрочем, как-то навредить мне он не мог, так что мы просто… разошлись каждый в свою сторону, — с лёгкой ноткой ностальгии заключила королева.

Повисла пауза.

— Впрочем, я понимаю, почему ты задал этот вопрос, — заговорила Глория секунд через десять. — Надеешься повторить его подвиг, Йошида? Боюсь тебя огорчить, он был единственным исключением из правила за почти две сотни лет, и никто из других Распутиных, включая самого непобедимого Императора, не был защищён от моего таланта.

Как тебе сказать, Глория, как сказать. Мои подозрения на этот счёт только крепли…

И, видимо, вот-вот придётся проверить их на деле. Что ж, риск — дело благородное и вполне в моём стиле.

— Ладно, — пожал я плечами. — Пусть так. Давай уже разберёмся поскорее с лишней помехой в лице твоего потомка — а после поговорим уже всерьёз, без шуточек и отвлечённых тем.

…в конце концов, мне ведь ещё нужно вытащить из гробницы своих людей, пока у них там не кончились шоколадные батончики.

И кислород.

И терпение.

Глава 7

Первый удар я нанёс принцу Фицджеральду раньше, чем тот успел сообразить, что бой уже начался, быстро и без лишних слов. По имплантам внутри правой руки привычно пробежалась слегка колючая волна силы; мой кулак впечатался в лицо принца — и вот он уже с грохотом врезается в стену беседки, проламывая её спиной. Деревянные перекрытия, каменная крошка и побелка полетели в стороны; в образовавшийся пролом хлынул солнечный свет.

Кажется, это было больно. Я спокойно шагнул навстречу пытающемуся подняться Фицджеральду; тот глянул в ответ с ненавистью и презрением, вытирая с лица кровь.

— А ты и рад прислуживать ей, собачка? — выплюнул он, опершись о край пролома в стене. — Выполнять по команде её прихоти? Думаешь, к тебе будет другое отноше…

Договорить Фицджеральд не успел — мой второй удар снёс его дальше по курсу вместе с остатками стены.

— Думаю, — заметил я, — бой — не место для светских бесед.

Послышался треск, и крыша небольшого строения угрожающе накренилась, готовая вот-вот сложиться внутрь. Упс. Минус одна красивая крытая беседка в королевском саду. Глория тут же щёлкнула пальцами, и трое гвардейцев, шагнув внутрь, накрыли её силовыми «зонтиками»; что до Уортингтона, то он просто отступил наружу через рушащиеся стены, даже не меняясь в лице.

Старый, добрый Уортингтон. Всегда знаешь, чего от него ожидать.

Не дожидаясь третьего удара, принц наконец-то сообразил активировать свою алмазную броню — и кинулся на меня, злобно оскалив зубы. Я лишь усмехнулся. Знаете тот анекдот про ёжика? Который сильный, но лёгкий. Ну, конечно, тушу, покрытую бриллиантовой бронёй — а может, целиком превратившуюся в бриллиант, кто его разберёт — лёгкой не назовёшь, но я пока справляюсь.

Это там, в тесном помещении, принц был опасен; там он мог взять меня в захват, поставить в