Боливар исекая - Алексей Богородников

возрастают, подданные отдают мзду «ночным», меньше остается короне. Какой король такое потерпит?

Не-не-не, финансовые потоки должны быть консолидированы.

Это не мешало собираться разным шайкам по городам и селам, просто гоняли их по-взрослому. То есть, железом и магией. Но иногда, умные главари уходили под крышу к вполне себе официальным лицам. Те их прикрывали в обмен на услуги, охрану и разные темные делишки. Вот лично мне кажется, раз за банду серьезно не взялись, королевский наместник что-то такое придумал.

Мирес уже обложил налогом крестьян, крышевал попрошаек, пару раз грабил паломников за городом, судя по слухам. Подбирался к другим гильдиям, завел себе осведомителей. Активно влезал в деловую жизнь Самура. Правда, что там от активной жизни — крохи, но нарыв рос.

Придется его вскрывать, меня они в покое не оставят. До гибели команды Мирес пару раз подкатывал с мутными предложениями, но был отшит. Теперь, после гибели команды, Джерка считают легкой добычей, а осечку Мирес не позволит — ударит по нарождающемуся авторитету. Заартачусь, прирежут в уголке по-тихому. И если собой еще можно рискнуть, то Каей рисковать я точно не стану.

У местного гетто, — места проживания банды на окраине Самура, между южным выходом и западным (для паломников к горе Влюбленных) было шумно. Три дома были самозахвачены бандитами, домовладельца по-тихому свели в могилу, любил он выпивать и однажды, напитком поперхнулся. Рядом тянулась улочка, выходящая к низенькому, полуразобранному валу из камней и с оградой из бревен, вертикально вставленных в землю. Самур был по периметру обнесен таким валом, кое-где уже разрушенным. Служило это больше психологической защитой и как помеха для передвижения крупного транспорта вроде телеги.

Ведь средневековье — это учет и воровство. Или контроль и воровство.

Играла гармонь, гнулись пальцы: банда сидела у среднего дома, попивая винцо и комментируя пляски двух девиц с низкой социальной ответственностью. Мирес, углядев меня за Гудишем, гадко заухмылялся и салютанул своим пойлом. Он сразу понял, что я пришел с миром. Магпалочку все маги этого мира держали, как меч, у бедра в специальных ножнах, кто-то извращался для ножен у подмышек — при короткой палочке, но полностью зачехленной волшебную палочку держали только в особенном случае. Показывая, что намерения абсолютно мирные.

— Пришел вступить в нашу банду, — издевательски спросил он, — знаешь какой будет взнос?

— Друзья, — восторженно сказал я, демонстрируя энтузиазм, — коллеги и просто собутыльники! Сегодня счастливый день воссоединения нашей команды. Нас ждут великие дела, но прошу вас держать в секрете то, что я вам поведаю.

На меня непонимающе посмотрели все.

— Есть сведенья о богатом купце, — тихонько шепнул я Миресу, — но не при этих же. Я глазами показал на девиц.

— Так, вы обе, — скомандовал Мирес, — бегом в дом, готовьте жрать. Отойдем за стену, — сказал он уже всем нам.

Мы перелезли ограду, его шестерки отодвинули подпиленное бревно и вся банда вышла за Самур.

«Одиннадцать будущих трупов», — отстраненно подумал я. Не было особенных чувств: ни в жар, ни в холод не кидало, но маску своего парня следовало держать дальше.

— Ну, выкладывай уже, Сопляк, — нетерпеливо приказал Мирес, отойдя метров на сорок от стены.

— Хочу вступить в вашу команду, — восторженно затараторил я, — вот мой взнос Мирес, держи золотой! Ты отличный лидер!

Мирес недоуменно посмотрел на золотой кругляш в своей руке под завистливыми взглядами.

— Еще я проставлюсь каждому по серебряному, парни, только встаньте в ряд, чтобы не толпиться!

Я принялся обходить получившуюся шеренгу, раздавая серебряные бандитам, отчего их хмурые, пропитые лица засветились жадностью и вожделением.

— Два, — каркнул Гудиш, — гони нам по два серебряных!

Шеренга согласно загудела.

Я подошел к последнему, пареньку из деревни под Самуром, недавно прибившемуся к банде. Перкли с погремухой «Скрип». Кличку он уже успел получить за старые сапоги, издававшие ужасный скрип, а статус нет. Совсем молоденький пацан, которого мне стало жаль.

— А ты еще не в банде, Скрип, — ласково сказал я, — придется тебе подождать награды.

— Ну как же, — чуть не плакал парень, — я уже и на дело ходил, скажи атаман.

Ничего не слушая я приобнял его рукой за плечо, выталкивая из строя и обернулся к бандитам.

— Друзья, — добавил я озабоченность в голос, — я только что вспомнил, я не могу вступить к вам банду!

«Ты гонишь, берега попутал», — началось раздаваться от бандитов, на что я сокрушенно покачал головой.

— Ведь вы все трупы, — укоризненно объяснил я им.

Рельсотрон я сразу после создания выставил на панель быстрого доступа, материализовался он мгновенно, концами рельс глядя в живот ближайшего бандита, мысленная команда импульса и только «вжух», «шмяк», облако быстро погасшей плазмы, пятно взрыва в горе и отдаленный звук, спустя несколько секунд.

Хотя хлопок и был, не сказать, что сильный. «Шмяк», унесенных ударной волной метров на десять, бандитов об землю был звучнее. Передние, стоявшие ближе ко мне, немного «загорели» в результате потока плазмы. У Скрипуна отказали ноги, и он мешковато свалился на задницу, с дрожащими губами, не в силах издать и звука.

Я поднял руку.

— Кая, помоги, пожалуйста, собрать с неудачников трофеи.

Глава 7

Не то, чтобы я знал — она меня не бросит. Это само собой. Просто метку на карте засек и был в курсе, что она затаилась за камнями.

— Наверно, надо что-то сказать, — вышедшая Аисаки была несколько бледновата, но держалась как будто так и было задумано, — эпитафию прочитать что ли над их телами.

— Не подумал, ты молодец, — уважительно признал я.

— Эм, — откашлялся я, встав над Миресом, который удивленными глазами глазел в небо с огромной пробоиной в груди, — весь мир был твоей устрицей, но ты взял не ту вилку.

— А этот ничего не расскажет? — кивнула Кая на Скрипа, который в шоковом состоянии смотрел на нас.

— Он добрый парень, что вступил не на ту тропинку, — уверил я её, — антероградная амнезия, плохое питание и подростковые травмы взывают нас проявить милосердие.

В глазах Скрипа появилось некое понимание.