Чужой (СИ) - Кощиенко Андрей Геннадьевич

— Что за работа, дочка? — спрашивает мама.

— В первую очередь нужно придумать что-нибудь для японского концерта. Время идёт, а я ещё даже не приступала.

Мама и СунОк осуждающе смотрят на меня.

— Когда мне было это делать? — оправдываюсь в ответ. — То одно, то другое. Вот сейчас перестану ездить туда-сюда, — сразу время появится. И ночью будет возможность работать. По ночам, я пишу — больше тем…

— Конечно, нужно работать, — вздохнув, соглашается мама. — Деньги заканчиваются очень быстро…

— Я буду помогать своей тонсен! — с готовностью вызывается СунОк. — Мы будем вместе работать, мамочка. И заработаем для нас, для всех, — кучу денег!

Удерживаюсь от того, чтобы мученически закатить глаза. Кто-то точно упашется, а вот кто-то — будет только под ногами путаться!

— Ты будешь меня отвлекать. — отказываюсь я от этой помощи.

Онни в ответ поджимает губы и молчит. Как-то настораживающе…

(в это время, в одном информационном издательстве, в Сеуле)

-…продюсерский центр господина ДжеХо… — читает текст с листа бумаги выпускающий редактор и останавливается.

Вид у него при этом такой, что непонятно, — нравится ему произнесённое, или нет. Сидящий на стуле рядом с его столом мужчина (технический редактор), за несколько лет совместной работы уже изучивший повадки своего начальника, терпеливо ждёт резюме по представленной работе.

— Все пишут о ДжеХо… — помолчав, говорит выпускающий, то ли одобряя, то ли нет.

— Тема номер один. — кивнув, подтверждает технический.

— И, наверное, — одно и тоже? Может, даже просто копируют друг у друга текст…

— Есть ещё материал о самоубийствах школьников. Их больше, чем было в прошлом году в это время.

— Ты не слышал, что сказал Главный редактор? Новости про школьников — не рекомендованы Маркетинговым отделом Министерства печати. Сейчас людям интересно происходящее в музыкальной индустрии страны…

— Ну, тогда вот, — новость о продюсерском центре ДжеХо…

— Каждое издательство об этом сообщило. Но мы не должны быть как все! Неужели нет ничего, кроме этих плагиаторов?

— Вспомнил! Есть информация о бывшей участнице группы «Корона», Агдан. Она сегодня угодила в полицейский участок — разбила витрину магазина бутылками с вином. Это потянет на «новости шоу-бизнеса»?

— Отчего нет? — с довольным видом отвечает выпускающий. — Бывший айдол, — всегда айдол. Насколько помню, за ней тянется длинный хвост скандалов. Почему бы тебе не обратить на неё пристальное внимание? Может, найдётся ещё пара интересных историй?‥

Технический редактор задумывается.

— Фото с места происшествия? — спрашивает главный.

— Есть.

— А комментарии из полиции?

— Должны быть. Если нет, — дам команду найти.

— Собирай всё по этому случаю, делай статью и неси. Если выйдет стоящая новость, попробуем поставить Агдан в «разработку». Пусть про продюсерский центр пишут всякие импотенты от пера, а у нас будет своя тема.

— Понял. Сейчас же приступаю.

Время действия: семнадцатое мая, утро

Место действия: гараж, танцкласс

— ЮнМи, иди чай пить! — зазывно машет мне рукою СунОк, — Я свежий заварила!

С трудом переводя дыхание после только что закончившегося танцевального сета, смотрю на неё через зеркало. Онни выглядит отлично, расположившись в небольшом офисном стуле с дизайнерским полукруглым сиденьем, закинув ногу за ногу и с белой чашечкой в руке.

Ей ещё белый пробковый шлем, стек в руки — и образ владелицы плантации будет закончен. А негр уже есть…

Делаю несколько дыхательных упражнений и утомлённо шлёпаю к низкому столику с чайником и чашками, возле которого сидит онни.

— Дыхания не хватает. — жалуюсь я, плюхнувшись на ещё один свободный стул.

— У тебя уже лучше получается. — успокаивает меня СунОк. — За два дня — отличный прогресс!

Ха! Тоже мне, мастер-хореограф нашлась! И слова-то какие использует, — «прогресс»!

Оставив похвалу без комментария, беру за ручку кружечку с чаем, делаю глоток.

— Правда, вкусно? — наклонившись к столу, спрашивает онни заглядывая мне в лицо, — это настоящий зелёный чай! Маофенг. Я сама его покупала!

Пфф… Никогда не слышал о таком!

— У тебя какие сегодня планы на вторую половину дня? — спрашиваю я.

— Еду с тобой к директору ИнХону.

— Ты точно этого хочешь?

— Конечно! Я же — исполнительный директор!

Со вздохом закрываю глаза. Вот не хочется мне брать её с собой! Оставить в офисе? Обидится, опять маме нажалуется. Слава богу я съехал на отдельную жилплощадь…

— Почему ты хочешь обойтись без меня?

— Просто подумала, что трое, — будут выглядеть толпой.

— Поездка записана тобой в план сегодняшних мероприятий. — обвинительно смотря на меня, сообщает онни. — Нельзя менять всё, лишь потому, что тебе так захотелось. Это создаёт проблемы другим людям, которые работают с тобой!

— Я вдруг подумала, что ты устала и тебе не хочется, — вяло отвечаю я, поняв, что онни меня «уела».

— Ага! — восклицает в ответ та. — Как только оставишь тебя одну, так сразу что-нибудь происходит! То ты дверь не закроешь, то ещё чего-нибудь произойдёт!

Помянув «дверь», СунОк намекает на то, что это я, не повернул ключ в замке, войдя с улицы. Привык в «Анян», что запирать засовы за мной — обязанность других, «специально обученных» людей. А вспомни я об этом, то ИнХон, со своею «бандой прямоногих», внутрь бы не попал. И жил бы я тогда себе спокойненько. Но у ХаРы, отметить свой трицадник, шанса бы не было… Диалектика… туды её в качель!

— Сегодня ведь будет обсуждение сценических костюмов! — продолжает исторгать из себя слова СунОк.

— В моих намерениях было лучше познакомиться с группой. — дипломатично говорю я. — И передать для заучивания тексты песен.

Ну и да, наряды тоже обсудить хотел. Музыка у меня не готова, спеть и станцевать в качестве примера, я пока тоже не могу. Поэтому, решил, что назначенная встреча с ИнХоном и его агентством , пройдёт под вывеской — «ознакомительная». Если прибавить обсуждение финансовых вопросов, — то повестка мероприятия получается вполне себе нормального наполнения. Может, они там «взбрыкнут» и пошлют меня куда подальше? Стоило тогда жилы себе рвать, — спешить? Под работу нужны основания. Желательно — веские. А не так, как у Сергея Юркина — «я дерусь, потому что… дерусь!»…

— Всё-таки, я считаю, что твои наряды, которые ты хочешь сделать для «Кара», слишком… вызывающие. — смело заявляет мне онни, критикуя мои вчерашние художественные потуги, превратившиеся в рисунки сценического облачения для свалившейся мне на голову группы.

«Посмотрим, что ты скажешь, когда они жопами вертеть будут…» — злорадно думаю я, но ничего не говорю, собираюсь приберечь сюрприз для будущего.

— Тебе что, — действительно нравятся девушки? — наклонившись ко мне, шёпотом спрашивает СунОк, делая при этом «большие глаза».

— Почему они не должны мне нравиться? — отвечаю я, особо не задумываясь над смыслом вопроса, поскольку снова вспоминаю прикид группы «Кара» из моего мира. — Красивый, — значит успешный. Так ведь говорят?

— Да, — но…

— Чего? — недовольный тем, что меня отвлекли от важного занятия, спрашиваю я.

— «Красивый», — это лицо. А про что-то другое говорят люди, которые «странные»!

Молча смотрю на онни, понимая, что нарушил какие-то корейский заморочки, но не въезжаю в проблему. Внезапно меня осеняет.

— Думаешь, — «Анян» меня настолько испортила? — ехидничаю я, поняв, в какую сторону крутятся «шестерёнки» в голове у сестры ЮнМи.

— А…

Начав было что-то говорить, но не закончив, та снова замирает. Возможно, имеет проблемы с формулировкой гендерно-нейтрального ответа.