Начальник милиции. Книга 6 (СИ) - Дамиров Рафаэль

— Понял, а заведующую что — тоже задерживать?

— Ваня, ты оперативник или я? Сам реши после беседы с ней, определи степень ее участия, так сказать, в преступном сговоре.

— Ага, определим, — закивал Гужевой, а потом повел глазами на Егорушкина. — А этого куда ты повел? Нам его тоже опрашивать? Заявление на него будем брать от потерпевших?

— Ваня, это не потерпевшие, — кивнул я на человека из бетономешалки и Петухова, которые стояли возле бобика с понурыми лицами. — Это жулики. А это, — я качнул головой в сторону здоровяка. — Твой новый коллега.

— Что? — таращился то на него, то на меня Иван.

Домой к Алене я пришел пораньше, как и обещал. Скоренько поужинал, вызвонил Эдика в качестве извозчика и сопровождающего. Он, как знаток моды, вызвался помочь в выборе костюма.

Погрузились в «шестерку» и втроем направились в универмаг. Несмотря на то, что городок наш небольшой, с универмагом ему повезло.

Огромный, двухэтажный, современный — из стекла, бетона, отделанный мраморной плиткой. На входе немного несуразные квадратные колонны. Этакий хай-тек по-советски. Но для нынешнего семьдесят восьмого года здание смотрелось вполне себе модно. На мой вкус, не очень красиво, но выделялось — это точно. Магазин построили ко дню столетия Зарыбинска, эту дату отмечали лет пять назад.

В магазине продавали все — от пистона до бидона. Конечно, дефицитных товаров так просто не сыскать, но основной народный ширпотреб имелся в изрядном количестве. В том числе и мужские костюмы — эти висели длинным рядом. Множество моделей от разных швейных фабрик. Вот только цветом и фасоном — как инкубаторские. Блеклые и неброские тона, мешковатый покрой. Модный вельветовый пиджачок или венгерский батник здесь не купишь. А вот костюм для заседаний на партсобраниях вполне себе найдешь. И галстуки здесь под стать — какие-то скромные, неприметные, будто прячутся от кого-то.

— Не! Ну вы это видели? Как это можно носить? — возмущался Эдик, прохаживаясь между рядами мужских вещей. — Что за рубашки? А костюмы? Да в таких только в гроб класть…

— Джинсов здесь точно не найдешь, — поддакнул я и хитро посмотрел на Алену.

Та покачала головой и назидательно проговорила:

— Эдуард, нам нужен костюм не для похода на танцы, а для участия в важном официальном мероприятии, будем капсулу времени закладывать будущим поколениям. Так что помогите выбрать из того, что есть. Я в мужской моде не очень разбираюсь.

— Да где вы здесь моду-то увидели? — картинно закатил глаза фарцовщик. — Она умерла еще на пороге этого магазина, споткнувшись о сатиновые трусы и белые майки. И называй меня на «ты». Эдиком. Я не Эдуард, мое настоящее имя Петя. А Эдик — псевдоним…

— Вот как? — удивилась Алена. — Не знала… а почему именно Эдик?

— Это аббревиатура из качеств, которые меня характеризуют как личность, — авторитетно заявил Петя-Эдик.

— И какие же это качества? — спросил уже я, тоже любопытно стало.

— Известно какие, — пожал плечами фарцовщик и снисходительно пояснил: — ЭДИК означает: Энергичный, Добрый, Импозантный, Культурный.

— О как, — улыбнулся я. — Хороший набор качеств. Только при чем тут ты?

Друг надулся и, фыркнув, пробубнил:

— Я такой… я стараюсь быть таким.

— Да ладно, не обижайся, — я примирительно похлопал его по плечу. — Пошутить уже нельзя? Конечно, ты такой. Лучше помоги из этих колхозных вещей выбрать что-то стоящее. Кстати, как тебе этот костюмчик?

Я снял со стойки вместе с плечиками пиджак цвета прелой листвы.

— Нет, — уверенно замотал головой Эдик. — У тебя глаза и цвет волос не подходят к такому тону. Тебе нужно потемнее ткань. Ну или с зеленым отливом что-то посмотреть. Чтобы лицо не оттенять и выразительнее сделать. Вот, возьми это, примерь, — фарцовщик достал темно-зеленый костюм, явно колючий, с высоким содержанием шерсти.

— Слушай, друг, — задумчиво проговорил я, немало дивясь его способностям подбирать вещи. — А ты не думал ателье кооперативное открыть?

— На фига мне это надо? — нахмурился Эдик. — Джинсы толкнул, рубашку продал — и денег заработал. А тут столько мороки.

— У тебя, братец, вкус есть. Ты чуешь мужскую моду. Станешь знаменитым модельером в будущем. А что? Я серьезно… У нас у мужиков не принято наряжаться, в Союзе мужская мода живет, если в Москве только, да в некоторых журналах и газетах. А ты бы поднял ее.

— Хм… модельером, говоришь? — задумался Эдик. — признаться, я всегда хотел вещи шить, но стеснялся сказать. Девчачье это занятие.

От автора:

Вышел седьмой том БОКСЕРА. ЖАНР- Назад в СССР.

Тренер по боксу погибает и оказывается мальчишкой в 1976 г. Как осуществить мечту и выступить на Олимпиаде-80? В прошлой жизни не получилось, но теперь все по-другому. Первый том СКИДКА: https://author.today/work/351980

Глава 6

Школьный двор наполнился праздничной суетой. Красные флаги и галстуки пионеров гордо развевались на ветру, фасад школы украшал огромный стяг: «Школа — кузница знаний, ученик — строитель будущего!».

Учителя с улыбками наблюдали за своими воспитанниками, взволнованно перешёптывались и были не так строги, как обычно. Ведь сегодня — особенный день: учащиеся Зарыбинской средней школы торжественно закладывают капсулу времени, послание будущим поколениям.

Я стоял в «президиуме» — на крыльце, где собралась почетная делегация: председатель горисполкома Покровский, первый секретарь Зарыбинского горкома КПСС Саблин. Были также представители горкома комсомола и, конечно, журналисты. Приехали даже представители из Угледарска вместе с заведующей областного управления образования — тётушкой с огромной шишкой волос на голове. Ну и я, как действующий руководитель местной милиции, тоже встал с высокими гостями в ряд, готовясь сказать напутственное слово.

В центре школьного двора был устроен небольшой аккуратный газон, на котором стоял невысокий, но достаточный для торжественного эффекта постамент из гранита, а на краю — металлический цилиндр. Это и была та самая капсула. В центре постамента — ниша, куда этот цилиндр должны были поместить и замуровать.

Рядом выстроились пионеры с бумажными конвертиками в руках. Нескольких особо отличившихся детей выбрали для отправления потомкам индивидуальных посланий. Они написали письма о себе, о родителях, о Зарыбинске, о школе. У одного мальчишки, мелкого и рыжеватого, на излишне румяном лице застыла, как приклеенная, улыбка, а второй нервно ковырял носу — видимо, уже не решался вытащить из недр палец. Кроме этого, должны были отправить общее послание от имени всех учеников.

Директор школы, пожилой и пухлый мужчина, поправил очки и, взяв слово, стал вещать без микрофона (такой техники в школе отродясь не было, и весь педсостав много лет отрабатывал звонкость и зычность):

— Дорогие ребята! Сегодня мы оставляем послание тем, кто придёт после нас. Пусть они знают, как мы жили, чему учились, о чём мечтали!

Школьники и гости зааплодировали, а вперед вышла, как было объявлено, отличница и спортсменка Наташа из седьмого «А», держа в руках аккуратно свернутый лист. Она громко и чётко зачитала послание, которое должны были поместить в капсулу:

'Дорогие товарищи из будущего! Мы — ученики 1978 года, живём в великой стране — Советском Союзе. Мы учимся, дружим, мечтаем стать врачами, парикмахерами, учёными, космонавтами, строителями. Верим, что к тому времени, когда вы прочтёте это послание, на Луне уже будут советские города, а на Земле все люди будут жить в мире и согласии. Берегите нашу Родину, продолжайте её славные традиции! Ура!"

Ребята дружно подхватили крик «Ура!», а затем аккуратно опустили послание в металлическую капсулу. Я с любопытством наблюдал. В неё положили комсомольский значок, пионерский галстук, газету «Красный Зарыбинск», школьный дневник отличницы и даже небольшую игрушечную модель «Жигулей». Интересно, о чём сегодня писали в газете? Надо будет почитать с пристрастием.