Деревенщина в Пекине - Крис Форд

в сторону от предписанного скрипта. Всё же, родная мать…

Лю Чао коротко задумался, что именно ответить и ответить ли (или скипнуть этот пункт и общаться дальше).

— Больше сорока лет назад мой отец тоже жил в Суншугоу, но примерно в те годы оттуда и уехал.

«И правильно сделал», — пробормотал соискатель одними губами, практически беззвучно.

— Как только освоился в Пекине, сразу же забрал остальных членов семьи. Всех, кроме моего деда, — продолжил менеджер. — Мы его много раз пытались уговорить переехать сюда к нам, но без толку.

— Как звать? — на лице подростка мелькнуло ну очень сдержанное любопытство. — Если не секрет.

— Лю Сяньнянь. Знаете?

— Пф-ф-ф, второй ряд, третий дом? Вкусные яблоки прямо посреди огорода?

Подросток спохватился и чуть покраснел: обоим было понятно, что кое-кто эти яблоки ел, видимо, никак не вследствие приглашения хозяина.

Пару секунд оба помолчали.

— О Лян Цзиньмэй дед не раз рассказывал. Она второй год помогает ему по хозяйству плюс лично, как понимаю, на одной волне общаются.

Мир тесен.

— Если следовать формальным правилам, я не должен продолжать это собеседование, — заметил эйчар тихо. — Личная связь с кандидатом.

— И как правильно? — посетитель озадачился. — Что, можно не взять нормального человека на работу только потому, что чьи-то старики жили вместе полсотни лет тому⁈

— Теоретически полагается вызвать на подмену специалиста административного блока — второго эйчара в компании нет. — Лю Чао приступил к вводу восемнадцатизначного номера с айди карты в единую базу данных персональных файлов граждан, открытая часть которой была доступна и компаниям-работодателям. — Пока я проверяю ваш профайл, расскажите о семье.

— Что конкретно? — удивление на лице соискателя обрело конфигурацию и стало выпуклым.

— Кем работают, какие у вас взаимоотношения.

— Это корректный вопрос?

— Вообще-то здесь я задаю вопросы. На ваш вопрос: да, потому что часть теста дисфункциональных отношений. Могу организовать полностью, не фрагментарно.

— НЕ НАДО! Моя мать — работник зернохранилища, отец — оператор сельхозтехники. У нас почти вся работа завязана на кукурузе, как говорит председатель — мы кормим ею весь Китай…

В первую очередь Лю Чао прошёлся по базе правонарушений: то, что их родственники между собой более чем тесно общались, не основание пренебрегать своими обязанностями (кое-каких нюансов взаимоотношений своего деда и матери собеседника он парню, естественно, рассказывать не стал. По вполне понятным причинам).

Криминальное досье Лян Вэя было девственно пустым — парень чист перед законом, уже хорошо. Четвёртое сито пройдено, работаем дальше.

Об образовании вслух можно не спрашивать — для этого есть страница персонального файла в системе. А вот на ней менеджер к своему великому удивлению не обнаружил ни-че-го: да у него за плечами только школа!

С одной стороны, не ахти какая проблема, мало ли официантов без высшего образования даже и в Пекине. Но в этом случае должен быть опыт работы, пусть и в восемнадцать лет.

Эйчар пошёл по профайлу дальше — чтобы в следующую секунду глазам своим не поверить. В послужном списке кандидата числилась единственная работа разнорабочим, в том самом селе — и ничего более.

Хотя следующие действие являлось формальным нарушением, менеджер чуть довернул монитор, чтоб страница стала видна посетителю:

— В этом месте я должен прекратить тратить своё время и в файле собеседования указать, что вы нам не подходите, — второй рукой он вернул айди карту владельцу. — И вы точно знали об этом, когда шли сюда: требования к вакансии указаны однозначно, двойной трактовки быть не могло.

Лян Вэй сильно занервничал, но в виду попытался не подать. Разумеется, профессионального рекрутера это не обмануло, однако стало интересно, что пацан скажет дальше.

— Я рискнул, за спрос в нос не бьют, — кандидат набычился. — Да, я понимал, что не подхожу по некоторым требованиям, но полного спектра соответствия в вашем коротком анонсе указать в принципе нельзя: я посчитал, что по сумме показателей превзойду…

— Кого?

— Большинство других соискателей.

— Очень самоуверенно, — менеджер одним пальцем натыкал на смартфоне номер. — Принесите чай… Нет, ко мне в кабинет…

Визитёр слегка оживился.

— Я сейчас здорово нарушаю формальную процедуру, продолжая нашу беседу. Вы это понимаете? — эйчар оторвал взгляд от экрана.

— Да. За это благодарен, вне зависимости от итогов собеседования. Конфиденциальность гарантирую своим честным словом.

Пожалуй, ещё один плюс, причём на пару пунктов сразу.

— Что ж, хорошо, что мы друг друга понимаем. Я продолжу вопросы и в конце поставлю объективную оценку: если, как вы говорите, по сумме показателей пройдёте, решение будет положительным.

— А если нет⁈

— Если нет, вы знаете где выход. Итак, первый вопрос — почему вы уехали?

— Как и ваш отец, я хочу жить лучше, чем можно позволить у нас в деревне…

Лю Чао не только и не столько слушал, сколько отслеживал и изучал реакции. Смешно, конечно — но пока всё было исключительно в плюс. Несмотря на.

— Почему вас заинтересовала именно наша вакансия?

— Здесь два варианта ответа, прошу прощения за фривольность, — соискатель не пойми с чего развеселился.

Менеджер вопросительно поднял бровь.

— Первый — чтоб пройти на должность, второй — искренний.

— И вы сейчас решаете, какой выбрать? — менеджер не скрыл иронии.

В эти игры он тоже играть умел.

— Угу. — Визитер простодушно кивнул.

— Пробуйте оба по порядку.

— Интересное заведение, в самом туристическом центре Пекина, прямо наверху небоскреба — я никогда не видел таких больших зданий, в Суншугоу их просто нет.

— Занятный критерий…

— Когда решил взглянуть на отзывы о вашим ресторане, обнаружил приятный сюрприз: рейтинг четыре и девять. Почти шесть тысяч отзывов, недешёвая и изысканная кухня.

—