Отвергнутая жена Дракона, или Всё познаётся в сравнении (СИ) - Анна Кривенко

Уильям. — Кати хоть и остра на язык, но никогда не переходит границ. — Жена, иди отдыхай! Это будет полезнее для твоего здоровья, чем нахождение в этой душной комнате…

Ага, щас! Поскакала зайчиком…

— Вилли… — обращаюсь к мужу на манер его товарища, и вижу, как перекашивается у благоверного лицо. Видимо, он терпеть не может такую вариацию своего имени. — Пообещай мне, что запретишь своей сестре обижать меня! Она жестока и очень агрессивно настроена! Я больше не могу этого выносить…

— Да, пообещай, Уил, — вставляет свои «пять копеек» второй молодой человек. Этот тот, который почему-то не сводит с меня пристального взгляда. Чернявый, симпатичный, но в глазах сверкает жестокий ум. — В конце концов, это дело чести. Если твоя жена не сможет родить тебе детей из-за плохого обращения в семье, то репутации вашего рода придёт конец, ты же знаешь…

Я едва сдерживаю улыбку. Всё складывается, как нельзя лучше.

Муженёк закипает. Щеки наливаются яростным румянцем, губы поджаты, но возразить ему нечего. Более того, он понимает, что в чем-то я права. Наконец-то найдено твое слабое место, Уильям! Ты никогда не сможешь причинить мне вред по-настоящему, потому что я тебе нужна!

В душе неистово ликую и сама себе «даю пять», если можно так выразиться. Когда ты одинок и вывозишь все битвы без чье-либо поддержки, невольно научишься быть самому себе помощником, советчиком и товарищем…

До этого момента я ещё сомневалась в некоторых догадках, но сейчас знаю точно: как бы не презирали меня в этом доме, без меня им будет сложнее. Всё, что может эта семейка — это унижать моё достоинство словесно и пугать запертыми подвалами. По крайней мере до тех пор, пока нет ребенка. А так как заводить детей, да ещё и с этим напыщенным индюком я не собираюсь, то у меня есть достаточно возможностей, чтобы пресловутые драконы пожалели о своём высокомерии.

— Спасибо, что выслушал меня, муж мой! — говорю кротко и напоследок бросаю последний взгляд трепетной лани на гостей. И вдруг тот самый чернявый тип нагло подмигивает мне! Словно видит насквозь и прекрасно понимает, какая комедия была сейчас здесь разыграна.

По телу бегут мурашки опасения: кажется, этот парень намного умнее, чем мне показалось вначале. Похоже он раскусил мою игру!

Чем же это закончится?

* * *

Закончилось всё превосходно: на полной скорости в кабинет влетела Кэтрин, ругая меня последними словами. Естественно, взбалмошная девица в первые мгновения не заметила ни меня, ни двух симпатяг, развалившихся в креслах, и начала сходу жаловаться братцу на то, как её достала «мерзкая рыжая уродина, которой неистово хочется всыпать плетей». Однако тут же осеклась, увидев, что в кабинете, кроме Уильяма, еще уйма народу.

Повисла жутко неловкая тишина, посреди которой я едва сдерживала смех. За то, чтобы увидеть ТАКОЕ выражение лица Кэтрин, можно было смело отдать миллион долларов!

Она побледнела, глаза расширились до такой степени, что стали круглыми, как у глупой птицы. Потом она покраснела, отступила на шаг, судорожно вдохнула и начала лепетать:

— О-о… простите… я не думала… в общем…

Кажется, больше всего её смутило присутствие чернявого, потому что девица в ужасе смотрела только на него. А тот лишь презрительно улыбался, выражая неприкрытое отвращение к тому, что сейчас услышал.

— Да, Вилли, тебе однозначно следует что-то сделать с сестрой… — смешливо хрюкнул блондин, откровенно забавлялась смущением девушки. — В пансион её отправь, что ли? Там как раз усиленно обучают тому, что благополучие рода — превыше всего, и никакие личные трения не могут быть в приоритете…

Наверное, это было слишком унизительная реплика, потому что подбородок Кэтрин задрожал, и она, дико разревевшись, выскочила из кабинета, не удосужившись прикрыть за собой дверь.

На Уильяма было страшно смотреть. Он был красным, как рак, и его бордовый шейный платок отлично смотрелся с таким лицом. Кажется, он готов был сейчас кого-то убить. Точнее не кого-то, а именно меня, но падать в глазах своих товарищей еще ниже просто не мог.

— Я поговорю с сестрой… — выдавил он из себя с таким трудом, что из ушей едва дым не повалил. — Простите за сцену…

Парни благосклонно кивнули в ответ, и я поняла, что они, должно быть, намного выше Уильяма по статусу, если он столь трепетно дорожит их мнением.

Поняв, что пора линять отсюда, я осторожно попятилась к двери, но на полпути меня остановил голос чернявого:

— Подождите, леди!

Я замерла, ощущая невольный трепет, который не так уж часто посещал мою закаленную жизнью душу.

Подняла глаза и взглянула на молодых людей с кротким вопросом в глазах. Чернявый смотрел на меня со снисходительной улыбкой и некой благосклонностью, которая меня, честно говоря, искренне удивила. То ли он точит зуб на Уильяма и намеренно действует против него, то ли каким-то образом ему приглянулась я. Хотя… второе маловероятно, учитывая, настолько в этом мире всем окружающим кажется непривлекательной моя внешность. Слепцы! Это же сокровище, а не личико!!!

— Да? — уточнила осторожно.

— Леди! — глаза чернявого торжествующе блеснули. — Как наследный принц этого королевства, я обещаю проследить за тем, чтобы леди Кэтрин была более осмотрительна с вами в дальнейшем!

У меня едва не отпала челюсть.

Настоящий принц???

Уильям посерел. А уж этот оттенок лица отлично гармонировал с его костюмом-тройкой насыщенно грозового цвета…

Глава 10. Второй раунд…

Целый день, видимо, семейство переваривало поразительное заявление принца, а я не могла согнать с лица улыбку. Как здорово, что чернявый вступился и помог поставить зарвавшихся дракошек на место! Интересно, а он тоже дракон? Впрочем, не важно.

В искренность его слов я верила и знала, что с этого момента точно должно что-то измениться.

Весь следующий день мне прислуживала Фима. Она оказалась крайне слабохарактерной и забитой девушкой, что было неудивительно с такими-то хозяевами. К тому же в этом поместье служанка проживала буквально с раннего детства и не знала ничего, кроме запугивания и тяжелой работы.

В какой-то момент я аккуратно спросила у неё о детстве Уильяма, и она подтвердила, что мой супруг действительно жил в этой комнате до пятнадцати лет, после чего перебрался в другое крыло.

— А он единственный сын в семье? — уточнила я осторожно. — Нет ли у него брата?

— Нет, что вы! — удивилась Фима. — Только младшая сестра Кэтрин.

Это озадачивало. Ну не может быть этот тупоголовый индюк тем прекрасным юношей из записной книжки!!!

Или может?

Блин, запуталась!

Еду мне приносили в спальню, а вот ко времени ужина Фима сообщила, что меня ожидают в