Отвергнутая жена Дракона, или Всё познаётся в сравнении (СИ) - Анна Кривенко

class="p1">— О Боже… какое актерское мастерство! — воскликнула я сквозь смех. — Это просто великолепно! Но знаешь, что… — я вмиг избавилась от веселья и посмотрела на девицу с затаённой угрозой в глазах, — мне это замужество нужно, как собаке пятая нога! Так можешь и передать своему братцу и всем остальным! И только пусть попробует сунуться ко мне со своим исполнением супружеского долга! Женилку оторву к чёртовой матери!!!

На последней фразе я так жестко рыкнула, что Кэтрин вздрогнула и побледнела, после чего я премило улыбнулась и добавила:

— И ещё: в следующий раз, как решишь меня припугнуть, ищи аргументы получше. Бледные они у тебя, как моль непуганая…

С этими словами я понялась с дивана и направилась к выходу, но путь мне преградила служанка Кэтрин.

— Я тебя никуда не отпускала! — гаркнула позади сестрица Уильяма, закипая от ярости. А быстро она отошла от испуга… — Сейчас же вернись на место!!!

— Ага, прямо щас взяла и вернулась… — передразнила я ее и попыталась обогнуть досадное препятствие, но служанка резво расставила руки в стороны и посмотрела на меня с такой ненавистью, что я невольно залюбовалась.

— Какая экспрессия! Что ни лицо, то картина Репина «Приплыли»… — пробормотала я презрительно, после чего замахнулась и влепила «охраннице» звонкую пощечину.

Служанка вскрикнула от неожиданности и боли, хватаясь за пострадавшую щеку руками, и покачнулась.

— Извини, — улыбнулась я. — Ничего личного. Просто ты проход загородила…

И оттолкнув ошеломленную женщину, в глазах которой застыли слезы, я резво выскользнула из гостиной.

Прикрыла за собой дверь и чинно пошла по коридору, рассматривая мозаику на полу и цветы на подоконниках.

На душе был неприятный осадок: людей избивать я не любила. Но выбора мне не оставили, так что… приходится идти на крайние меры.

Интересно, чем они на сей раз решат меня наказать? Снова подвал? Ну хоть посплю…

Я могла бы показаться циничной и бесчувственной, но на самом деле я просто не позволяла себе огорчаться. Ведь самая большая слабость человека — это его эмоции. И каждую эмоцию мы в состоянии заблокировать собственным решением.

Никакого отчаяния, никакого страха! Я просто не разрешаю им доминировать и расцветать во мне! Они не пускают корни и не свивают гнезда, потому что это Я решаю, что буду чувствовать и как воспринимать жизнь…

Остановилась напротив одного из окон и залюбовалась прекрасным видом вдалеке. По голубому небу неторопливо плыли белые облака, солнце освещало просыпающуюся после зимней спячки землю, и мне так сильно хотелось выбраться из этого жуткого душного места на свободу…

— Хватайте ее! — послышалось пронзительное, и, развернувшись, я увидела, как в мою сторону бегут двое солдат, позади которых стоит разъяренная Кэтрин.

Ага, а она оперативно.

Кажется, пора немного побегать…

Я подобрала юбки и рванула прочь по коридору, радуясь, что у этого тела нет ни капли лишнего веса и довольно сильные ноги. Ух ты, да Натали отличная бегунья!!!

Свернула в первый же поворот налево, потом в ещё один и спряталась в темной нише. Через десять секунд мимо пробежали преследователи и быстро скрылись за следующим поворотом.

Усмехнулась. Кажется отбилась.

Но что же теперь делать?

Кажется, пора сыграть на нервах у своего муженька…

Я вспомнила, что его кабинет находится на первом этаже. И что-то мне подсказывает, что Уильям сейчас там.

В душе появилось озорство, и я постаралась не препятствовать этому позитивному чувству. Представлю, что это всего лишь игра!

Выбравшись из своего укрытия, побежала в обратном направлении, отыскивая лестницу на первый этаж.

Нашла! Довольно быстро и без проблем. Когда сбегала по каменным степеням, радовалась как ребёнок, играющий в прятки.

Холл на первом этаже был заполнен слугами, и от меня снова шарахнулись, когда я влетела в толпу.

Не обращая ни на кого внимания, я подбежала к массивной двери кабинета и без стука ворвалась вовнутрь.

Уильям расположился за столом как раз напротив окна. Неподалёку в креслах вальяжно развалились двое незнакомцев примерно его возраста. Богато одетые, с идеально красивыми лицами — они напомнили мне сытых котов, лениво наблюдающих за суетой вокруг себя.

Все три головы повернулись в мою сторону, а я быстро смекнула, что идеальнее ситуации быть не может.

Вряд ли Уильям будет слишком строг или жесток при чужих. Сейчас мы устроим этой семейке небольшую встряску…

А то нефиг…

Глава 9. Неожиданная поддержка…

— Муж мой… — глаза в пол, в голосе нотки отчаяния. Не то чтобы я любила устраивать театральные представления, но… ситуация однозначно требовала каких-то радикальных действий. Легкий невесомый шаг вперед, после чего умоляющий взгляд на Уильяма, перед этим смущенно скользнувший по лицам его гостей. — Прости, что врываюсь… просто… — всхлип, — Кэтрин, она обижает меня, понимаешь? Ведёт себя грубо и жестоко! Я порой не выдерживаю и начинаю тоже колко отвечать. Но мне муторно и тяжело от всего этого. А душевные раны могут влиять и на физическое состояние, и я боюсь, что… не смогу родить тебе сыновей из-за потерянного на нервной почве здоровья!

Ага, наступим на самую больную мозоль! Ведь эти так называемые драконы помешаны на потомстве.

Уильям бледнеет, но в глазах полыхает едва сдерживаемая ярость.

— Натали, поговорим позже… — сурово цедит он сквозь зубы, давая понять, что мои душевные излияния портят ему жизнь. Однако я, естественно, делаю лицо невинно-печальным кирпичом, после чего, запинаясь, отвечаю:

— Мое здоровье находится под угрозой, муж мой! Я считала, что драконы с особенным трепетом относятся к своим супругам, как к единственному источнику продолжения рода!

В моих словах упрёк. Намеренный, конечно же. Моя задача — загнать Уильяма в ловушку на глазах его друзей. Конечно, они могут оказаться такими же отморозками, как и он, но… если не так, то вскоре я замечу сочувствие в их глазах.

Как бы невзначай скашиваю взгляд в сторону благородных юношей, и на лице одного из них вижу насмешку, а в глазах другого — неприкрытый интерес. Кажется, второй видит во мне что-то крайне любопытное…

— Натали, сейчас же уходи… — в напряжённом голосе Уильяма чувствуется нарастающая угроза. — Этот разговор не для чужих ушей…

— Ну что ты, Вилли, — бросает вдруг тот аристократ, который слегка улыбается. Это такой же длинноволосый блондин, как и мой муж, но у него необычайно хищные черты лица и нос с горбинкой. — Твоя супруга права. Здоровье будущей матери превыше всего, и если Кэтрин забывает об этом, то тебе следует вмешаться…

Я опускаю глаза в пол, а про себя кричу торжествующее: «Е-е-с!!!». Процесс пошел.

— Думаю, Натали преувеличивает, — едва сдерживая раздражение, бросает