Не та героиня этой дорамы - Дада Смехова
И вот — мы тронулись.
Она — навстречу своей новой счастливой судьбе и, чего уж скрывать, брачной ночи.
А я — возможно, навстречу своему триумфальному возвращению домой.
Идти, правда, Елизавете приходилось практически вслепую.
Мало того, что на ней было плотное покрывало, полностью закрывающее обзор на дорогу и окружающий мир, так она ещё и обеими руками держала перед собой веер, словно это был щит, изгоняющий демонов.
На ней было, кажется, не меньше десяти килограммов шелков, лент и прочих радостей моды древнего Китая.
А ещё за ней тянулся шлейф длиной примерно с мою нервную систему — бесконечный, тяжёлый, собирающий по дороге пыль, листья и, кажется, восхищённые взгляды половины провинции.
И, честно говоря, по этим взглядам я видела, что не только у меня одной возникло искушение наступить на этот шлейф — просто ради эксперимента, чисто научного интереса: «А что будет, если?..»
Но нет.
Нельзя.
Я не позволю никому сорвать эту свадьбу.
Даже себе.
Я поддерживала её под локоть и мысленно молилась, чтобы она не споткнулась, не запуталась и не задушилась собственной романтичностью — как в индийских фильмах, где героиня чуть не погибает, запутавшись в занавесках под музыку любви.
Кое-как доковыляли до ворот, где нас встречали стражники и каменные статуи каких-то драконо-львов со страшным выражением на мордах.
Вошли внутрь.
И, конечно, антураж соответствовал.
Кругом красный цвет — всё, что можно, задрапировано тканями: банты, фонари, ленточки, цветы, золото.
Настоящий визуальный удар по глазам.
Такое ощущение, что дизайнер на весь древний Китай был один — и у него просто закончились остальные цвета палитры.
Но, надо признать, выглядело всё впечатляюще.
Торжественно, богато и… слегка раздражающе.
Идеально под настроение этого дня.
Глава 9. Последний шаг перед «долго и счастливо»
Мы с Элизой наконец-то добрались до главного зала —
того самого, где, как я понимала, должна пройти церемония.
Слава богам всех дорам, солнце уже клонится к закату.
Жара немного спала, и казалось, что мы наконец-то приближаемся к финалу этого спектакля.
На пороге нас уже ждал жених.
Первый Принц.
Стоял, как с обложки дорамного Vogue: спина прямая, взгляд холодный, идеальная челюсть.
Весь из себя «властный директор империи».
Просто мечта моей подруги.
Я невольно хмыкнула.
Ну да.
Идеально попадает под её типаж — холодный снаружи, а внутри, по её теории, пушистый щеночек, который просто боится любить.
Она же свято верила, что под бронёй ледяного самурая обязательно бьётся горячее сердечко, которое ждёт только её, чтобы растаять.
Я же лично считала, что под этой бронёй максимум — набор инструкций по эксплуатации женщины.
Мне, впрочем, было всё равно.
Главное — чтобы он довёл дело до конца.
Именно до того конца, о котором так мечтала моя подруга.
Ну вы поняли
Пусть уже женится.
Пусть всё случится как надо.
А я — домой.
Я уже почти видела, как утром просыпаюсь в своей кроватке, с котиком и чашкой кофе.
А не в этом шёлковом аду.
Мы поднялись по ступеням.
Я поддерживала Элизу под локоть.
Она выглядела… величественно.
Ну или хотя бы очень старалась не упасть.
Передавала я её почти с благоговением — как дорогую, слегка нервную посылку, которая должна дойти до адресата без повреждений.
Принц подошёл.
Молча взял её под руку.
На меня взглянул — как на муху, случайно прилипшую к свадебному торту.
Ну хоть не пнул.
Уже прогресс.
Ну, может, у них тут так принято.
Может, это культурная особенность принцев — презирать служанок и женщин без золотых шпилек в причёске.
А может, ему просто по сценарию положено быть таким…
как бы помягче…
властным козлом.
Ладно.
Посмотрим, что там дальше.
Главное, чтобы к финалу этой сказки он из «властного козла» всё-таки трансформировался в «пушистого щенка».
Хотя… зная мою удачу, он, скорее всего, превратится в жабу.
И угадайте, кому придётся её целовать, чтобы вернуть всех домой?
Бр-р-р…
Меня аж передёрнуло.
Не люблю змей, лягушек и жаб.
И, судя по всему, все эти мысли с эффектом полного погружения были настолько чётко написаны у меня на лице, что принца вдруг слегка перекосило.
И знаете что?
Я даже обрадовалась.
Значит, всё-таки есть в нём что-то человеческое.
Не просто мраморная статуя с функцией «надменный взгляд» и встроенным презрением ко всем живым существам.
Где-то там, под слоями пафоса, холода и мужской гордости, пробилась крошечная живая искорка.
Может, это и не душа.
Может, просто нерв дёрнулся.
Но я выбрала верить в лучшее.
Ради моей подруги.
Принц снова вернул на лицо каменную маску равнодушия
и повёл невесту внутрь.
Медленно.
Величественно.
Я наконец выдохнула.
В зале сидели важные персоны — кто-то из знати, кто-то, возможно, родственники.
Я подозревала, что родителей принца тут нет, но уточнить было не у кого.
Поэтому я, как и положено, включила режим наблюдателя: слушать, смотреть и делать вид, что я понимаю, что происходит.
Когда невеста и жених скрылись за порогом,
я вдруг поняла, что умираю.
Не от любви.
Не от восторга.
От жажды.
Во рту было суше, чем в пустыне Гоби.
Я огляделась в поисках воды.
В итоге нашла маленький столик с чаем в углу.
Налила чашку.
Выпила.
Залпом.
Мир снова наполнился крсками.
И я, допивая остатки, поспешила обратно.
Наблюдать.
Потому что это был решающий момент.
Принц и моя Элиза должны пройти обряд.
И если сейчас всё пойдёт по сценарию —
то, возможно, мы обе наконец-то получим то, чего хотим.
Она — любовь всей жизни.
А я — обратный билет домой.
Свадьба и предательство веера
Мне, как личной служанке (а точнее — уже служанке принцессы; ещё никогда я так стремительно не поднималась по карьерной лестнице, даже LinkedIn бы позавидовал), удалось пробраться поближе к жениху и невесте.
Я стояла совсем рядом — на расстоянии одного неловкого поклона, — чтобы, если что, подхватить госпожу, поправить подол или
