Александр Воробьев - Возвращение Солнышка

В кухне мелькнула тень; нападавшие перешли, перефразируя поговорку, от мыслей к делу. Недолго думая, майор дал в ту сторону две коротких очереди и спрятался; в ответ заухали выстрелы, и несколько зарядов картечи смачно расплющились о бронированную сталь. Услышав клацанье перезаряжаемых ружей, Скворец выпрыгнул из дверей целиком и, поливая затаившихся агрессоров свинцом, левой рукой приподнял Витеньку и стал втаскивать его в коридор, проклиная высокий приступок. Патроны кончились; отбросив бесполезный теперь автомат, майор ухватил аспиранта двумя руками, рывком втащил его внутрь и растянулся на полу. Нестройный залп из ружей не заставил себя ждать; теперь Скворцу осталось лишь благодарить четверть метра порожка, уберегшего их от ранений. Улучив момент, майор протянул руку и с немалым усилием захлопнул массивную дверь, а затем, уже без опаски вскочив, закрыл ее на задвижку. Через несколько секунд с той стороны послышался глухой удар чего-то тяжелого в ворота; майор лишь усмехнулся, деловито отряхиваясь и подбирая свой верный АКС, - эту броню можно было разве что расстрелять из крупнокалиберного орудия.

Впрочем, нападавшие и сами это поняли, поскольку попытки взломать ворота прекратились. Наступила относительная тишина, нарушаемая еле слышимым разговором - дверь не предназначалась для звукоизоляции, и лишь немного приглушала звуки.

- Сталкер! Эй, сталкер, - послышался вдруг отчетливый голос из-за двери. - Как тебя зовут?

- А тебя как зовут, хмырь? - усмехнулся майор и тут же сам ответил на свой вопрос. - Может быть, Эммануил Забелло?

- Да, так меня звали когда-то, - донеслось после небольшой паузы. - А тебя, наверное, Андреем звать?

"Без Кузьмы не обошлось", - догадался майор и грубо ответил:

- Андреем меня друзья называть будут... А для тебя я майор Скворцов, мразь.

Выдав сию гневную и малость пафосную тираду, майор задумался - по своей ли воле он это говорит? Не манипулирует ли им магнетизер? С той стороны двери послышалась какая-то возня, и Забелло успокаивающе и вкрадчиво сказал:

- Ну-ну, не надо горячиться, солдат. Давай поговорим...

- Не о чем нам с тобой говорить, - отрезал майор. - Я ухожу.

- Не спеши, - продолжал увещевать его Забелло. - Не бойся - я ничего не смогу тебе внушить через эту толщу стали и бетона. Подумай - куда ты денешься со своими друзьями из подземелья? Как долго вы там продержитесь? Через пару дней вы будете умолять меня дать вам воды.

Майор, уличенный в своем подспудном страхе оказаться под контролем этого неординарного социопата, нарочито громко рассмеялся:

- Здесь, если ты не знал, оборудовано бомбоубежище с запасами пищи, воды и даже сжатого воздуха. Мы совершенно спокойно могли бы прожить тут как минимум пару лет, но столько не понадобится...

И тут Скворец снова прикусил язык - зачем он рассказывает это все врагу? Чуть не выболтал, что ожидается прибытие спасательного отряда; определенно, эти душещипательные беседы к добру не приведут.

- Почему не понадобится? - заданный нетерпеливым тоном вопрос еще больше укрепил майора в догадках. Поняв, что разговор идет вразрез с запланированным сценарием, Забелло поспешил перестроиться:

- Ладно, солдат, дело твое... Отдайте нам девочку по-хорошему, и мы вас не тронем.

- Как это вы сможете нас тронуть, интересно? - взвился майор, чуть не захлебнувшись от возмущения. - И что это за интерес к девочкам, старый ты хрен?

- Мне не нужна сама девочка... то есть, девушка. Мне нужен Хор-Лей... артефакт, который она прячет. Ее зовут Александра, ведь правильно? Она здесь?

- Ты ничего не сможешь нам сделать, руки коротки, - сжато ответил Скворец, поняв, что этот разговор с хитрым и коварным противником не ведет ни к чему хорошему. Самое главное достигнуто - Забелло думает, что Санька в бункере. Дальше общаться просто не имеет смысла, чтобы ненароком не выдать истинное положение дел. Наклонившись, майор с кряхтением взвалил на плечо аспиранта и потащил вниз.

- Даю вам сроку до завтра, - поняв, что разговор окончен, Забелло отбросил игры и жестким, твердым голосом выдвинул ультиматум. - В восемь утра я буду ждать здесь. Отдайте мне артефакт, и я гарантирую вам жизнь, а иначе...

Дальнейших слов майор не расслышал, удалившись слишком далеко от двери. Нервное напряжение, державшее в тонусе мышцы, спадало, и силы таяли с каждой минутой. С немалым трудом спустив свою бездыханную ношу до конца коридора и протащив ее через несколько промежуточных тамбуров, двери каждого из которых он не поленился плотно закрыть на все запоры, если таковые имелись, смертельно уставший майор ввалился в жилое помещение и сгрузил Витеньку на первую подвернувшуюся кушетку.

Переводя дыхание, Скворцов огляделся - дальнюю часть комнаты из угла в угол задумчиво мерил шагами Профессор. Присмотревшись, майор догадался, что Черпаков все еще находится в трансе.

- Совсем забыл, - пробормотал Скворец себе под нос и, отправившись в пищеблок, принес Черпакову воды в кружке. Тот сразу взял ее - без особого желания, но и без размышлений, как робот. Однако после нескольких глотков с Профессором произошла разительная перемена: он встрепенулся, выпрямился и обвел все вокруг осознанным взглядом, словно только что очнулся от долгого сна.

- Что... Что произошло, Андрей? - остановив взгляд на майоре, спросил Черпаков.

- Ничего особенного, Михаил Иванович. Просто гражданин Забелло действительно оказался первоклассным экстрасенсом. Если б не видел этого собственными глазами - ни за что не поверил бы.

Скворцов пытливо разглядывал Профессора, силясь отыскать в нем признаки нетипичного поведения, которое могло бы свидетельствовать о полученных от телепата инструкциях. Но нет - это был все тот же хорошо знакомый Черпаков, со своими точными, экономными движениями, неторопливой приглушенной речью и грустным, все понимающим взглядом.

- О! Он опасный противник, Андрей, не останавливающийся ни перед чем ради цели. К сожалению, он настолько оторвался от реальности на почве взаимодействия с "высшими сущностями", которых он якобы видит за обличьем артефактов... А впрочем, может быть, он и правда видит и знает нечто большее, недоступное нам; не возьмусь судить. В любом случае, здорово, что тебе удалось сохранить ясность ума и вытащить всех нас, а то это могло печально кончиться.

- Это точно... Однако же, еще не конец; нам поставлено условие выдать Саньку или "Солнышко" утром. Иначе...

- Что? - с неподдельным интересом спросил Черпаков.

- Не знаю, - небрежно отмахнулся майор. - Я не стал слушать до конца бред этого больного. Не думаю, что он сможет нам хоть чем-то навредить.

Черпаков скептически поджал губы: