Тэд Уильямс - Гора из черного стекла

Фредерикс кивнул:

— Селларс сказал, что Джонас — пленник Братства. И что он помог ему сбежать, так мне кажется.

Два резких рывка напомнили им об обязанностях, приятели втащили мистера Пингалапа, и тот сообщил, что видел большой заснеженный лес и людей на оленьих упряжках. Нанди понравился его отчет.

— Калевала, прекрасно. — Он повернулся к Орландо и Фредериксу, на лице читалась озабоченность. — Значит, человек, которого я видел, был освобожден вашим загадочным Селларсом? Джонас рассказывал мне, что его преследует Братство, но он понятия не имел почему. Селларс говорил вам, почему Братство взяло в плен этого человека?

— Селларс ничего не говорил, — ответил Орландо. — Не было времени — кто-то убил Атаско в реальной жизни, и нам всем пришлось торопиться.

Ответ Нанди потонул в грохоте, который сотряс пол, заставив их подпрыгнуть. Голоса в зале перешли в крики и плач.

— Начинается, — мрачно сказал Нанди. — Плохо. У нас даже меньше времени, чем я ожидал.

В комнату влетел Василий, взбудораженный и испуганный.

— Они ломают дверь! Это война! Братство приближается!

— Это не Братство, — в голосе Нанди был слышен спокойный гнев. — Все происходит внутри симуляции, и большинство участников — куклы. Помоги найти детей. Кругу не станет лучше, если тебя убьют.

Похоже, Василий его не слышал.

— Они идут! Но Господь видел их, видел их святотатство, сейчас прольется кровь!

Из большого зала послышалось несколько звонких ударов, будто били в гонг. Василий бросился обратно в главную часть храма.

Нанди на миг закрыл глаза, когда он открыл их, лицо его было спокойно.

— Продолжаем работу. — Он повернулся к мистеру Пингалапу. — Думаю, нам стоит попробовать еще разок, чтобы убедиться, что я правильно понял цикл, а потом начнем открывать и закрывать проход как можно быстрее.

Старик слегка поклонился. Он вошел в только что открывшиеся ворота, когда мощный вопль боли прорезал воздух, за ним раздался ужасный удар, который потряс все здание. После короткого затишья снова раздался крик.

— Судя по звукам, ворота храма пали, — сказал Нанди. Он проследил за взглядом Орландо в направлении двери. — Держи, — предупредил он, — мы не знаем наверняка, что там происходит, но Пингалапу мы нужны здесь.

— А почему мы не можем войти в один из проходов? — заныл Фредерикс. — Разве нельзя заняться этими исследованиями в другом месте?

Нанди прервал счет:

— Это нелегко сделать.

— Что вы имеете в виду? — спросил Орландо, которому надоело, что с ним обращаются как с ребенком. — Нам обязательно ждать, пока они придут и перебьют нас всех? Ведь все ворота куда-то ведут!

— Да, — парировал Нанди, — и многие из них ведут в места, намного худшие, чем это. — Он пристально посмотрел на Орландо, и внезапная жесткость сделала его другим человеком — воином, крестоносцем. — Вы, молодежь, понятия не имеете, что у меня на сердце, о чем я должен позаботиться. Многие из этих симуляций находятся в хаотическом состоянии, во многие из них ведут только одни работающие ворота. Если я отведу вас в один из таких миров, а ворота закроются, что мы будем делать? Даже если мы выживем, мы проиграем битву! — Он поискал, на что бы облокотиться, и нашел. — За этим я сюда прибыл, — добавил он уже мягче. — Я не ожидал, что мне придется решать такие важные вопросы, да еще быстро. Сейчас это мой долг, и я его выполню.

Его прервал мистер Пингалап, который как раз выбирался из прохода.

— Не нравится мне это место, — заявил старик, — но, по-моему, это твоя Страна Теней — темнота, сплошная темнота. Какие-то бледные огоньки, что-то движется — что-то огромное.

Он скрестил руки на груди.

— Тогда мы начинаем прокручивать цикл быстро, — объявил Нанди. — А вы, мальчики, найдите миссис Симпкинс и остальных. Убедите их прийти немедленно. Можешь не сомневаться, что, если я найду место, куда их всех доставить, я так и сделаю. Нет причин приносить бессмысленные жертвы — это больше не наша война.

— Убедить? — Орландо пытался понять, но никак не мог сосредоточиться. — Разве вы не можете им просто приказать?

— Если бы я мог приказывать, наше общество не называлось бы Кругом. — Его лицо стало вдруг таким понятным — он устал, он боится, но сумел все-таки улыбнуться. — Это наша высокая миссия. У каждого своя роль в ней. А это — моя часть миссии. — Он отвернулся и взмахнул рукой, чтобы открылись ворота.

Храм вдруг странно затих.

Орландо и Фредерикс осторожно вышли из комнаты с проходом, прошли через проходную и остановились в дверях. Им нужно было найти остальных членов Круга, но нельзя было не считаться с тем, что происходило в дальней части зала у входа.

Клочок неба, видневшийся там, где раньше высились бронзовые двери, был темным, но передняя часть зала освещалась сотнями факелов, которые держат солдаты, столпившиеся у входа в храм, их было очень много. Кроме факельщиков, там стояла целая фаланга мужчин со сверкающими лысыми головами и складчатой кожей в неуклюжих одеяниях из шкур. У каждого был панцирь, прикрывающий их от шеи до паха, казалось, что панцири — часть тел. У каждого было по увесистой дубине — деревянная ручка, каменный наконечник. Осажденные в храме отодвинулись как можно дальше от разбитой двери, сбившись в плотную толпу. Перед захватчиками стоял только сфинкс Сеф, но он и один являлся достаточно серьезным противником.

— Ну что ж, страх перед Осирисом пересилил уважение к Дедушке Ра, — прокомментировал тоненький голосок где-то на уровне колена Орландо. Маленький страшненький бог домашнего очага взобрался на ритуальное возвышение рядом с ним, предварительно сбросив на пол красивую вазу, и уселся. В притихшем храме даже звон разбитой вазы вызвал бы в толпе панику, но осаждающие и сфинкс застыли, словно картинки настенной росписи.

— Посмотрите, они притащили исчадия ночи в храм солнца. — Бес указывал на молчаливые поджарые фигуры у дверей. — Люди-черепахи! Я думал, Сет давным-давно перебил их всех в красной пустыне. А сейчас Тефи и Мават выпустили их в самом сердце Абидоса — они разрушили ворота храма Ра. — Он покачал головой, выражение его лица было одновременно таинственным и отталкивающим. — Что за времена настали!

Сцена была настолько пронизана скрытой силой, что Орландо не мог отвести глаз. Он дотронулся до руки Фредерикса и почувствовал, что друг напряжен, как натянутая струна.

— Что… — начал Орландо, но так и не смог закончить свой вопрос.

Стена солдат раздвоилась, факелоносцы строились в ряд, образуя проход, переливающийся красным светом. Проход вел к огромным сорванным петлям двери. В проход ступили две фигуры, они медленно двинулись в храм. Что-то в них заставило сердце Орландо сжаться, как ни были ужасны солдаты и равнодушно молчаливые люди-черепахи, этот ужас превосходил их всех. При виде таких разных фигур он почувствовал себя слабым и обреченным. Похоже, что подобные чувства испытали и многие другие защитники храма: они застонали и попытались пробиться назад, но сзади была стена, убегать было некуда. Потерявшая равновесие женщина резко вскрикнула, ее засосало вниз под ноги толпе как в зыбучие пески. После ее исчезновения снова восстановилась тишина.