Стивен Дональдсон - Мордант превыше всего!

Однако один из Мастеров сказал — или предположил? — что Тор не способен совершить подобное путешествие. Времени было слишком мало? Расстояние слишком велико?

Джерадин внезапно проскочил мимо нее, почти бегом спускаясь по ступенькам.

— Пойдемте! — крикнул он через плечо. — Это, несомненно, Тор! И он везет с собой какой-то сверток!

На секунду она замерла в нерешительности. Сверток? Но затем поднятая Джерадином спешка вынудила ее помчаться вслед за ним.

Он спускался, преодолевая по две ступеньки за раз. Длинное платье не позволяло Теризе спускаться с той же скоростью, но на первом же повороте лестницы он оглянулся, увидел, как она мучается, и замедлил шаги.

Они вместе торопились спуститься с башни.

Несколькими минутами раньше ей было холодно; теперь ее бросило в жар. Несмотря на спешку, она остановилась на лестнице, чтобы снять полушубок. Джерадин пытался сдерживать свое нетерпение, но на его лице отразилось раздражение ее медлительностью.

— Извините… — пробормотала она, когда они продолжили спуск.

Прежде чем Джерадин успел ответить, он оступился, издал вопль и покатился вниз, ударяясь о каменные ступени.

— Джерадин! — Териза в панике бросилась вслед за ним.

Когда она догнала его, он уже встал на четвереньки, затем оттолкнулся руками с пола. Голова у него моталась из стороны в сторону, словно он не мог вспомнить, где верх. Териза схватила его за руку, помогая подняться:

— С вами все в порядке?

Хотя Джерадин выглядел ошеломленным падением, он оперся на нее, поднимаясь на ноги. И встал.

— Не беспокойтесь. Если бы подобное перестало происходить со мной по меньшей мере раз в день, я бы начал волноваться, не случилось ли чего. — Он с трудом помотал головой. — Пойдемте. Я и так пропустил уже почти все, что только можно. И не хочу пропустить еще и это.

Но все же он заметно замедлил шаг, ведя ее по ступенькам к воротам.

Воздух внезапно вновь стал холодным. Они достигли высокой, широкой двустворчатой двери, за которой находился огромный двор Орисона. Дверь была обита полосами железа и снабжена засовами, чтобы запирать ее при необходимости; сейчас она была открыта настежь.

От стен замка эхом отразились крики. По коридору промчались стражники; еще несколько солдат показались в дальней части плаца. Через мгновение появился Смотритель Леббик. На морозе его команды звучали отрывисто, и он тоже помчался к воротам.

— Застегните полушубок, — настойчиво прошептал Джерадин.

Когда Териза подчинилась, он взял ее за руку и вывел на открытое пространство.

Ее ноги по щиколотку погрузились в грязь. Она охнула, жалея красивые сапожки, но затем забыла о них, сосредоточиваясь на каждом шаге.

Они с Джерадином оказались в юго-восточной, относительно чистой оконечности замкового двора; палатки базара и телеги фермеров сгрудились на северо-западе, среди них виднелись лотки торговцев и гвардейцы, ответственные за поддержание порядка и спокойствия. Но даже эта часть двора казалась достаточно большой, чтобы там можно было проводить парады с участием сразу нескольких эскадронов всадников.

Дорога из замка не была закрыта. Ворота — колоссальная деревянная конструкция из толстых бревен, обитая сталью, — были подняты, как и в любой другой день; во время их прогулок Джерадин показал ей в архитраве гигантские вороты, которые поднимали ворота. Териза смотрела, как Смотритель строит своих людей, в почетный караул, чтобы приветствовать владыку провинции Тор. Трубач проиграл приветствие. Джерадин подвел ее, насколько солдаты позволяли подойти, поближе к месту, где всадники Тора должны будут, въехав в Орисон, спешиться, и здесь они стали ждать.

На дороге к Орисону были видны всадники; они уже почти достигли замка, хотя передвигались еле заметно. Териза обратила внимание на то, что все всадники были в черном. Дыхание лошадей оставляло на сбруе серебристую изморось; попоны их были черными, и черная ткань покрывала носилки, которые держали в руках четверо всадников. Лицо мужчины, возглавлявшего процессию, было скрыто в тени черного капюшона, черный плащ был наброшен на его плечи.

Этот человек был столь грузным, что Териза удивилась, как лошадь может нести такую тяжесть.

Вместе со своими спутниками он приблизился к Смотрителю Леббику и остановился перед ровной шеренгой почетного караула. Все лошади, казалось, проседали под тяжестью груза, который они несли.

— Приветствую вас, милорд Тор, — мрачно сказал Смотритель. Его плечи поникли, словно на них давила вся тяжесть зимы; пурпурная лента на лбу делала более заметными мрачно приподнятые брови. — Добро пожаловать в Орисон. Какова бы ни была причина, приведшая вас в наш замок в такую пору,

— добро пожаловать.

Тор медленно поднял руки в черных перчатках и откинул капюшон, открывая редкие седые волосы, прикрывающие его лысую макушку, черты лица, формой и цветом похожие на вымороженный картофель, выцветшие глаза. Его толстые щеки были пощипаны морозом.

Хриплым басом он спокойно произнес:

— Я хочу видеть короля.

Холод делал сцену еще более контрастной. Териза увидела тень гримасы недовольства на суровом лице Леббика.

— Милорд Тор, — ответил он. — Короля Джойса известили о вашем прибытии. Но в настоящий момент он занят другими делами. — Он не смог сдержаться и не выразить интонацией своего отвращения к этим другим делам — король, вероятно, играет в перескоки. — Я уверен, что вскоре он удостоит вас аудиенции.

Облака, обложившие небо, были цвета могильных плит. Холод, казалось, сгустился на плацу. Долгое время Тор не двигался и не говорил ничего. Его глаза смотрели куда-то в пространство, словно он ослеп. Затем он с видимым усилием перебросил ногу через седло и спешился. Гвардейцы молчали; было отчетливо слышно дыхание лошадей и хлюпание сапог Тора по грязи, когда он направился к носилкам.

Он снял с носилок черный сверток в форме человеческого тела более высокого роста, чем он сам. Лорд казался достаточно сильным, чтобы удерживать такой вес; тем не менее он, неся, прижимал его к животу, пока не оказался перед Смотрителем Леббиком.

Тем же самым спокойным безжизненным тоном он сказал:

— Это мой старший сын. Я хочу видеть короля.

Тревога в глазах Смотрителя стала явной.

— Ваш сын, лорд Тор? Какая потеря. — Териза припомнила, что Леббику было хорошо известно, что такое потери. — Весь Мордант будет печалиться вместе с вами. Как он умер?