А Аттанасио - Темный Берег

Бульдог и Тиви переглянулись издали при внезапном пастельном рассвете. Они уже много дней работали порознь - вор на отмелях в волнах, нищенка разгребала песок на линии прилива. Выматывающие ночи и сонные дни отбирали все время и оставляли мало возможностей поговорить.

Песнь звезды заставила их забыть о расстоянии. Они оба услышали эту мечтательную красоту. У Тиви музыка вызвала радость надежды, похожую на тихий восторг, испытанный в Кафе, когда зверелюди спасли ее от троллей и вылечили амулетами. Никогда раньше она не испытывала прикосновение такого количества Чарма, почти до транса...

И Бульдог испытал точно ту же надежду, как тогда в пустыне, когда он вез в окованном сундуке свое будущее. Он вспомнил то богатство возможностей, которым обладал, имея целое состояние Чарма, и каким сильным чувствовал он себя, когда впервые дал Тиви целительный амулет и видел ее исцеление от боли к радости. Он вспомнил сказанные ей слова, чтобы утешить ее: "Ты - та, кто остается жить".

Столько дней без Чарма, и вдруг они снова купаются в нем! Бульдог и Тиви испытали то же мгновенное счастье среди теперешних страданий. Они видели друг друга через озаренный воздух. Бульдог махнул рукой, и Тиви бросила грабли и пошла в нежную музыку.

Остальные тоже слышали песнь звезды, каждый по-своему. Огров она обожгла, как вопль. Они побежали прочь от берега и залегли в болоте на долгие минуты, пока темнота не задушила песню.

Вороний Хлыст слышал ту же безмятежность, что и Бульдог с Тиви, но его она перенесла в благословенное спокойствие сада колдуна. Музыка убаюкивала, как гипнотизирующие ветры в лабиринте синего и зеленого стекла возле Дворца Мерзостей, где не давали заснуть мертвым. Он подумал о Ралли-Фадже, висящем на своем шесте, все видящем пустыми глазами. Он решил, что достанет эту редкость для своего хозяина.

Появился туман - мягкий, теплый и ароматный пар оттуда, где сгорела в море звезда. Бульдог и Тиви встретились на песке и мрачные облака окружили их среди вони моря и запутанной темноты водорослей.

- Иди за волнами к берегу, - посоветовал Бульдог. Он отстегнул от трала трезубую кошку и фал, и сеть поплыла прочь в дымной воде. - Ничего не вижу в этом проклятом дыму. Пошли туда.

- Погоди. - Она остановила его, поймав за массивную руку, и его сила подняла ее в воздух. - Мне надо с тобой поговорить. Кажется, можно удрать.

Он опустил ее на мокрый песок и напряженно прислушался. Кто мог сейчас ее услышать? Удрать.

Прислушиваясь к бархатной тьме, слыша дальние крики других людей и чей-то дикий смех еще дальше за гремящим прибоем, он подумал, не иллюзия ли сама Тиви.

Амулетов при нем не было, и потому он повернулся лицом к ветру, чтобы поймать ее запах и избавиться от своих страхов. Она была реальной. Но она оставалась сильной, закаленная днями выживания в фабричных трущобах.

Бульдог успокоился. Никто ее не слышал. Он ощутил, что они совсем одни на песчаной косе, два силуэта - звериный и тонкий, хрупкий.

- У тебя закружилась голова от песни звезды, - предупредил он и поднял бухту каната, привязанного к трехлапой кошке. Он поднял голову, прислушиваясь, принюхиваясь и заглядывая так далеко, как мог в этой слепящей тьме. Воздух пах сладко и терпко, без намека на угрозу. - Я тоже это ощущаю - радость, чувство возможности. Слишком долго мы были без Чарма. Вспышка падающей звезды наполнила наши сердца надеждой.

- Нет, тут дело не только в Чарме. - Тиви шагнула ближе, и голос ее упал до шепота. - Старая Сова велела мне тебе не говорить.

- Старая Сова! - Бульдог грустно засмеялся. - Старуха, которая верит, что надежда - горькое желание!

- Ага. И еще она говорила, что ты из нас самый сильный, - мягко напомнила Тиви. - Ты можешь помочь освободиться нам всем. Вот почему она потратила опал, чтобы тебя вылечить.

- Ты ее с тех пор видала? - спросил Бульдог, отвлеченный траурным воплем где-то далеко.

- Только издали. Иногда на утренней поверке. Она работает с фуражной командой на болоте. - Тиви наклонилась к его руке ближе. - Та энергия, которую Старая Сова дала мне увидеть, - помнишь? Я знаю, кто это.

- Она тебе показала разгуливающую тень Ралли-Фаджа, - тоже шепотом ответил Бульдог, подавляя боязливую дрожь.

- Она меня предупредила о нем. Вот почему я раньше не пыталась тебе сказать. Но сейчас...

- Это глоток Чарма после долгого его отсутствия, - заключил Бульдог и взял ее за руку. - Говори поосторожнее, Тиви. "Тишина слушает", а мы чармоносные, но без амулетов! Давай вернемся на берег.

И снова она не шевельнулась.

- Это один пэр приходил и смотрел. - Она говорила с возбужденным придыханием. - Он однажды приблизился ко мне, и мы разговаривали.

- Пэр. - Бульдог слышал грубые окрики огров, ползущих среди дюн, и ухающий смех пополам с горестными стонами слепых мусорщиков. - Ралли-Фадж пэр.

- Не колдун. - Она встала на цыпочки, чтобы шепнуть ему на ухо: - Один беглец от Властелина Тьмы. Один из его врагов.

- Больше ничего не говори. - Он отпустил ее руку и шагнул назад. - Без амулетов мы не знаем, что настоящее, а что иллюзия.

- Ага, и он меня тоже предупреждал никому не говорить. - Она пошла за Бульдогом к берегу, в глубокие воды приливной полосы. - Он сказал, что наши враги жестоки.

- Этот фантом прав. - Он грустно побрел к берегу.

- Только одно, Пес. - Она остановилась. Холодноватая вода доходила ей до пояса, рябь светилась. - Мы должны быть готовы бежать.

- Куда? - Он снова потянул воздух, вынюхивая опасность. - Огры отлично умеют выслеживать.

- У нас есть предназначение! - крикнула она ему вслед. Он остановился, повернулся к ее небольшой тени.

- Я не люблю этого слова. - Он прищурился, увидел безмятежность ее лица. - Предназначение. Это штука неуклюжая. Трудно удержать в руках. Я предпочитаю волю. Там все в руках.

- Значит, у нас должна быть воля, Бульдог. - Голос ее звучал твердо, и даже без крысиных звезд он понял, что она говорит с убеждением. - Здесь зло. Мы должны его прекратить.

Он подошел к ней:

- Давай убежим сейчас.

- А другие? - Они стояли в вакуоли тумана, видя друг друга явственно. Бульдог, обтрепанный, с запавшими щеками, сильно похудел, но он стоял высоко и гордо, широкий в кости, и она сказала ему: - Старая Сова говорила, что ты самый сильный. Ты должен помочь нам всем.

- Я? Я вор. Я не воин - и я не служу пэрам. - Он грустно посмотрел на Тиви. Сам по себе он бежать не пытался, потому что чувствовал свою ответственность за нее. - Слушай, это наш единственный шанс, если ты хочешь сбежать. В тумане можно уплыть на другой остров. Мы сами устроим свою судьбу.

Она покачала головой, коротко стриженные волосы прилипли ко лбу и щекам.

- Моя судьба здесь.