Илья Одинец - Условно разумный

— Ты хорошо подумал?

— Хорошо, — ответил Андрей.

Больше к этой теме они не возвращались.

Охранники у стены, огораживающей "сектор предварительного заключения", дремали. Яркий свет прожектора рисовал на земле круг, вычерчивая четкие тени от фигур двух громил и отражаясь от хромовых накладок на прикладах длинноствольных орудий.

— Чего надо? — спросил один из красномундирных. — Не спится?

— Наш зверь заболел, — ответила Илорэль и протянула карточки пропусков. — Вот, доктора привела.

— Ночью? А до завтра не терпит?

Девушка качнула головой.

— Я и сама спать хочу, но Коронер строго наказал: если хищник отбросит копыта, больше мы в боях участвовать не сможем. В изолятор зверя отдавать уже некогда — схватка утром.

— Печальная история, — охранник приложил палец к сканеру. — Но если Коронер в здравии тварюги заинтересован, тогда проходите.

Андрей первым вошел в ворота, Илорэль следом. Миновав систему «Допуск», они вошли на территорию "сектора предварительного заключения".

Клетки не освещались, горели лишь небольшие лампы в стене, а ближе к центру тьма становилась абсолютной. Тем не менее свою клетку мужчина нашел быстро. Навор их уже ждал, облокотясь на секиру.

— Меняйтесь, — скомандовал он и подошел к замку. — Га-тан на входе я отключил.

Семенов снял нелепую одежду, натянул на себя розовый защитный комбинезон и посмотрел на псевдометаморфа. Бедняга так ослаб от лекарств, что едва сумел подняться. Илорэль помогла ему выйти и натянула на него зеленые штаны и полосатую рубаху.

Андрей вздохнул и шагнул к клетке.

— Подожди! — Илорэль оставила пленника и подошла к мужчине. — Понимаю, не подходящее время, но…

Она встала на цыпочки и потянулась к нему. Андрей обнял девушку и приник к ее губам. Он ждал этого многие недели, и теперь с упоением наслаждался моментом.

— Надеюсь, ты не прощаешься со мной? — спросил он, когда понял, что еще немного, и он не сможет остановиться.

— Не прощаюсь. Наоборот. Это только начало.

Илорэль взяла псевдометаморфа под руку и повела к выходу.

Андрей, не раздумывая, вошел в клетку. Лязгнул замок, и Семенов остался в одиночестве.

Ночью Андрею снились чудовища. Большие мохнатые твари с узкими вытянутыми ртами протягивали к нему лапы, а он отбивался от них дубинкой, которая так и норовила выскользнуть из рук. Монстры наступали, выдыхая ядовитый газ, который окутывал мужчину, как пар в натопленной бане. Дубинка становилась все тяжелее и тяжелее, мышцы рук напрягались и вопили об отдыхе, а трубочки ртов уже практически дотянулись до кожи…

Семенов подскочил — в его ногу вонзилось жало и выпустило из себя мощный электрический разряд.

— Ты там жив или как?

Мужчина прижался к дальней стене клетки и непонимающе уставился на монстра. За решеткой стояло многорукое существо с слоновьей головой и голубой кожей, одетое в цветные тряпки. В одной из рук оно держало длинный острый металлический прут, которым, видимо, и ткнуло пленника.

Мужчина вытер еще чуть дрожащей ладонью лоб. Он спал так крепко, что не заметил, как клетка начала движение и привезла его к «Ганеше» — существу, отвечавшему за перемещение хищника из "сектора предварительного заключения" на арену.

— Жив, — голос «слона» звучал ровно. — Выходи.

За два тура Андрей запомнил процедуру. Как только он выйдет из клетки, его тело окажется парализованным, затем живой раствор цемента на полу отнесет его к двери и из воздуха материализуются силовая полусфера, прутья которой находятся под напряжением.

"Ганеша" открыл замок и отступил, предупреждающе выставив перед собой оружие.

— Я не собираюсь на тебя нападать, — успокоил Андрей слоноподобного и направился к двери, ведущей на арену. — Это ведь портал? Его уже настроили на нужное место?

— Ты добровольно идешь на смерть? — удивилось существо.

— Добровольно. Но не на смерть.

— Надеешься на победу? А ты знаешь, с кем тебе придется сражаться? С дикстрой с Лимбо!

— С победительницей двух боев, — откликнулся Семенов. — Мне объяснили.

— Видимо недостаточно хорошо объяснили, раз ты такой спокойный. У дикстр особое оружие. Они продуцируют сигналы, действующие на мозг соперника парализующе, и насылают кошмары. Пока жертва лежит в отключке, они доползают и перегрызают горло.

— И что, их сигналы на всех действуют одинаково?

— Не на всех, на девяносто девять процентов существ вселенной. Но не думай, что ты окажешься счастливчиком. Один процент относится к существам, мозг которых не вырабатывает электрические сигналы, а действует через давление особых жидкостей. Люди, как я слышал, к таковым не относятся.

Андрей коротко кивнул, показывая, что принял предостережение «Ганеши» к сведению, и спросил:

— Мне дадут оружие?

— Дадут.

Слоноподобный подошел к пульту и нажал несколько кнопок. Вокруг Андрея материализовалась голубая полусфера.

— Мера предосторожности, — почти извиняясь, пояснил «слон». Он бросил на пол нож и толкнул его Семенову.

Андрей поднял оружие, лезвие которого не превышало размерами ладонь, и хмыкнул.

"Не слишком-то хорошо о тебе заботится "Мирный космос", — заметил аналитик. — Но с другой стороны эта организация не всесильна. Если О'рдрин поставил на твой проигрыш, то же мог сделать и Коронер, и в его интересах вообще не давать тебе оружия, так что нужно быть благодарным даже за нож".

— Слабое оружие, согласен, — вздохнул "Ганеша", — но и оно сгодится, если сумеешь блокировать сигналы мозга дикстры. Универсального рецепта не существует, но ты должен сосредоточиться на настоящем, на ощущениях тела, чтобы не провалиться в пропасть прошлого или кошмаров, которые станет насылать на тебя дикстра. Неразумным это недоступно, но ты можешь справиться. Сделай якорь в настоящем и держись.

— Спасибо.

Андрей не ожидал от слоноподобного сочувствия и приятно удивился. Он обязательно посоветует Илорэль завербовать «Ганешу». Если выживет.

Многорукий помолчал, а потом нажал кнопку на пульте.

— Будь готов ко всему. И… удачи тебе.

Голубая полусфера загудела, дверь открылась, и живой бетон вывез человека на арену.

На сей раз арена оказалась пустой площадкой, засыпанной толстым слоем песка, а вместо прозрачного купола поле боя накрывал колпак из металлической сетки с такими мелкими ячейками, что сквозь них нельзя просунуть даже спичку. Зрителей видно не было, лишь вездесущие жуки-камеры летали по арене, передавая изображения на экраны по ту сторону металлического купола.