Игорь Забелин - Человечество - для чего оно

Вопреки этим ответам, бог существовал и существует по сей день; бог реальный исторический и социальный феномен, и это единственное справедливое заключение, к которому может прийти действительно диалектически мыслящий исследователь. В религиозной мифологии - и исторически это вполне объяснимо - бог занял не принадлежащее ему место, ибо не бог создал человека, а человек создал бога. Но - создал. И после того, как идея бога охватила массы, он стал объективной реальностью, влияющей на ход исторических событий, на человеческие судьбы, на народные судьбы, - примеров тому сколько угодно, и именно поэтому нет нужды их приводить.

Мир человеческой донаучной фантазии, мир идеальных явлений, реально существующих и реально взаимодействующих с явлениями материальными уже как производное от науки, - этот мир изучен нами все еще недостаточно. Имеет это отношение и к идее бога. Из общей картины природы бог, как ее начало и ее сущность, был изъят наукой, - материалистические, атеистические по духу своему учения возникли давно.

Но время наше характерно, в частности, тем, что идея бога начинает отрицаться теологами, "боговедами", - они, специалисты по боговедению, ныне сами убедились, что бог - не более чем образ, созданный человеческой фантазией, и что человечеству он теперь уже не нужен. Я имею в виду "безрелигиозное христианство" западноевропейских теологов и теологическое направление "смерть бога" американских специалистов по боговедению.

Внешне столь парадоксальную позицию теологов просто объяснить достижениями естествознания, некоторыми социологическими идеями, получившими общее признание, и т. п.

Но небездоказательна и такая мысль: возникновение идеи бога - это отнюдь не выражение слабости человека перед окружающим миром, а интуитивно угаданное ощущение могущества человека. Совсем не исключено, что в боге-творце наш очень далекий предок угадал свое будущее, угадал сегодняшнее наше состояние и наши возможности.

На мой взгляд, уход идеи бога в историю, в прошлое, в учениях даже боговедческих, объясняется, в частности, тем, что человечество достигло богоподобного могущества, и самообман ему больше не нужен. Во всяком случае, религиозный самообман и космическая эпоха исключают друг друга.

В заключение - несколько слов об интимных сторонах бытия, о любви.

Но тут я не могу удержаться, чтобы не рассказать об одном курьезе. Более десяти лет тому назад, при подготовке к печати XXV тома БСЭ, который начинается словом "Лесничий", а заканчивается словом "Магнит", в самый разгар редакционной работы кто-то из сотрудников заметил, что в словнике пропущена

статья "Любовь".

Ввиду чрезвычайности происшествия крупные силы были немедленно брошены на изучение зарубежных энциклопедий, и выяснилось, что, за редким исключением, все они публикуют такую статью. Стало быть, неудобно уклоняться от этой темы и советскому справочнику.

Статья была заказана крупному психологу и написана им умно, взволнованно, с хорошим тактом. Дальнейшая ее судьба складывалась двояко. Во-первых, статья "подстольно" ходила в списках по редакциям, и ее с интересом читал, как говорится, и стар и млад. Во-вторых, статья медленно ползла вверх по начальственной лесенке, и каждая следующая ступенька все труднее давалась ей... В конце концов - так я это себе представляю - вопрос был поставлен ребром: "А типична ли любовь для советского человека?" Судя по результатам - ответ был дан отрицательный. "Любовь" - "зарезали".

Право же, я не стал бы сейчас вспоминать о такой нелепости, если бы проблема эта не имела важного значения.

Все уже теперь оказалось бы предельно просто, будь мир грядущего действительно миром кнопок и пилюль, как это порою себе представляют, или миром суперрационалистов из неких фантастических романов... Прощай, Земля?.. А в чем, собственно, дело? Глотается таблетка "антилюбвина" и - никаких тебе эмоций, никаких тебе желаний. Это в первом случае. А во втором и "антилюбвина" не требуется. Милый вернется из космоса через пятьдесят лет?.. Прекрасно! Дождусь, рожу ему двух детей, как положено всякой здоровой женщине, и... гуд бай, очевидно.

Ну, а если мир будущего - это мир таких "нетерпеливых" людей, как Шекспир и Веласкес, уже в восемнадцать лет официально вступивших в брак?.. Если это - мир Гете и Пушкина?.. Вообще - мир людей высокого эмоционального накала и в то же время сурового реализма, строгой логики в творчестве?

К сожалению, в этой статье мне самому незамедлительно придется перейти от эмоций к логике, и "утешаю" я себя лишь тем, что в действительности нет между ними незаполнимых пропастей.

Уже давненько многими авторами подмечено, что не было еще такого случая (официально подтвержденного, разумеется), чтобы молодожены не знали, что им делать. В наши дни просвещению юных умов способствует, между прочим, и Большая Советская Энциклопедия, постеснявшаяся любви, но зато подробно описавшая половые органы.

И получается уродливая картина. Человеческие отношения, сохраняя свою естественную первооснову, эволюционировали от инстинктивно-физиологического влечения к богатому и сложному миру чувств, к чувству любви, очень тонкому и трудному чувству, что, в общем, не секрет. А мы, начиная со школы, обучаем детей половому примитиву, ни слова не говоря о человеческой стороне взаимоотношений, о чувствах, об эволюции чувств, которые предшествуют и сопутствуют интимным отношениям... В этом плане наше "воспитание" детей ничем, по сути, не отличается от того, которое получало подрастающее поколение и при первобытнообщинном строе.

На первый взгляд может показаться, что все эти проблемы воспитания, проблемы любви, важные и интересные сами по себе, все-таки никак не связаны с темой статьи... Прошу извинить за сухость слога, но развитое чувство любви и развитая теория любви - это тоже одно из важнейших стартовых УСЛОВИЙ.

Как и ко всему, о чем я здесь пишу, к любви не подойдешь с однозначным выводом. Что без любви не было бы и проблемы роста народонаселения - факт самоочевидный. Но любопытно, что развитие этого чувства в историческом аспекте привело не только к эмансипации женщин (во всяком случае, как одна из причин: пока любовь подменялась династической или торговой сделкой, о какой эмансипации могла идти речь?), но и к сокращению рождаемости. Последнее лишь внешне парадоксально. Любовь к женщине-другу, заменяющая изначальное влечение к самке, ограничивает бездумное проявление инстинкта, заставляет заботиться о любимой, думать о ее здоровье, о предупреждении слишком раннего изнашивания от многочисленных родов или абортов, и в этом тоже одна из причин сокращения рождаемости в развитых странах, хотя это и не главная причина.