Игорь Забелин - Человечество - для чего оно

Мне неоднократно приходилось писать об одном крупнейшем научном открытии, до сих пор все еще остающемся в тени. Я имею в виду открытие географами упоминавшейся выше биогеносферы, все составные части которой находятся в сложнейшей взаимозависимости и взаимообусловленности. Практическое значение этого открытия очевидно: в последнее время все чаще пишут об изменении природы, об улучшении климата и т. п., но все дело в том, что ни при каком техническом и энергетическом могуществе невозможно управлять хаосом, конгломератом, случайным набором вещей. Управлять можно только целостными взаимосвязанными явлениями, подчиненными общим законам развития. Физическая география и доказала, что земная биогеносфера - система в принципе управляемая.

Но астрогеографией доказано, что биогеносферы имеются и на других планетах, на Марсе и Венере в частности, а о них мы чаще всего думаем как о возможных плацдармах при освоении человечеством околосолнечного пространства. Разумеется, ни на Марсе, ни на Венере природные условия в их теперешнем виде для жизни человека не пригодны. Но если земная биогеносфера - система в принципе управляемая, то в принципе управляемы и биогеносферы других планет. Выводы физической географии и астрогеографии убеждают, что при надлежащем уровне развития науки и техники, используя земной опыт, человечество в будущем сумеет приспособить для жизни и Марс и Венеру, что со временем в околосолнечном пространстве окажутся три крупные планетобазы, на которых человек будет жить свободно, в естественном природном окружении (разумеется, будет и множество искусственных баз, искусственных биогеносфер, рассеянных в межпланетном пространстве).

Важнейшее условие старта - развитая автоматика, развитый автоматический процесс, - автоматам предстоит роль разведчиков, а в значительной степени и "пионеров" заселения других небесных тел, создателей первых производственных очагов.

УСЛОВИЯ СТАРТА.

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА.

А теперь - о стартовых условиях интеллектуально-психологического порядка.

Не нуждается в особых пояснениях широко известное положение марксизма: капиталистический строй, утвердившись на Земле, породил и своего "могильщика", пролетариат. И при капитализме возникла такая социально-экономическая прослойка - интеллигенция, первоначально поставленная на службу капиталистическим порядкам. Рабочий класс стал той исторической силой, которая проложила человечеству путь в коммунистическую эру. Показателен, однако, следующий нюанс. Буржуазия, совершая свои антифеодальные революции, заботилась о себе как о классе, о своем классовом благополучии.

Ликвидируя эксплуататорский класс буржуазии, пролетариат внешне шел тем же путем, действовал в своих классовых интересах. Классовые интересы, разумеется, наивно было бы сбрасывать со счетов, но историческая миссия рабочего класса сложнее и внутренне величественнее, чем у какого бы то ни было другого: РАБОЧИЙ КЛАСС ПРИШЕЛ К ВЛАСТИ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ УСТУПИТЬ МЕСТО НА ИСТОРИЧЕСКОЙ АРЕНЕ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ, КЛАССУ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ.

Мы привыкли к определению интеллигенции как "прослойки", а не как класса, и это справедливо по отношению к прошлому. Известно, однако, что ныне наука, пронизывающая все стороны нашего бытия, стала непосредственной производительной силой, что возникла мощная интеллектуальная индустрия, и уже поэтому интеллигенция перестала быть "прослойкой". Она вполне определила себя "по отношению... к средствам производства", по своей "роли в общественной организации труда" среди рабочих и крестьян, а это и есть, по Ленину, признаки класса*. (* В.И.Ленин. Сочинения, изд. 4,т. 29, стр. 388). Производственный процесс при коммунизме, по выражению Маркса, "является поприщем практического применения сил, экспериментальной наукой, материально-творческой и предметно-воплощающей наукой" *, (* См. "Большевик", 1939, No 11-12. "Из неопубликованных рукописей К. Маркса", стр. 65) - то есть, весь он осуществляется работниками умственного труда, интеллигенцией.

Сняв социальные преграды для широчайшего распространения технических и научных знаний, достижений культуры, рабочий класс тем самым подготовил свое собственное, а также крестьянства, постепенное перерастание в класс интеллигенции, которому в дальнейшем суждено быть - во веки веков! единственным классом человеческого общества. Но "единственный класс" - это и есть бесклассовое, то есть коммунистическое, общество.

М. Горький еще в дореволюционное время писал: "Научная, техническая вообще квалифицированная интеллигенция, с моей точки зрения, революционна по существу своему..," Он называл интеллигенцию - научную и рабочую - "ломовой лошадью, запряженной в тяжкий воз истории России"**. (** Сб. "В. И. Ленин и А. М. Горький". М., 1961). Разумеется, эти высказывания пролетарского писателя не следует трактовать внеисторично, не следует распространять произвольно на разные исторические периоды. Но безусловно, что сейчас лидирующим революционным классом (это дальнейшая конкретизация эволюции), классом, возникшим в канун космической эры, стала интеллигенция, многообразная деятельность которой изменяет и определяет судьбы стран и народов.

В интересующем нас плане ситуация эта вполне логична и закономерна. Да, такова логика исторического процесса и таково объективное стартовое условие: осваивать космическое пространство, строить новую жизнь могут только высоко и разносторонне образованные люди, обогащенные всеми достижениями науки и культуры человечества. И эмоционально развитые, конечно, - это две стороны одной медали: интеллигентность предполагает и умственное и духовное богатство, а что может дать духовная щедрость, обостренное чувство прекрасного в космическом далеке - едва ли нужно объяснять.

Любопытна и такая внешняя аналогия. Человеческие коллективы имели бесклассовую структуру на заре истории, когда враждебные им природные силы планеты требовали от них единства, коллективных усилий в борьбе со стихиями.

И человечество вновь объединяется, ликвидируя всяческие классы, перед лицом космоса. Оно остается как бы один на один с природой - единое, цельное, лишенное сколько-нибудь серьезных антагонистических противоречий; они, эти противоречия, навсегда останутся в прошлом.

Вполне также естественно, что при переходе к новому своему состоянию человечество освобождается от религиозной мифологии, от идеи бога как реального правящего миром существа. Проблема эта, кстати сказать, не проста и имеет, как всякая сложная проблема, различные аспекты. К сожалению, она весьма и весьма запутана атеистической литературой с ее почти неизбежным заголовком-вопросом "Существует ли бог?" и с ее неизменным отрицательным ответом в тексте.