Дж Лэрд - Шахриярская царица

- Ты так желаешь уединиться со мной?

- Да. - Девица почувствовала, что на ее наживку клюнули и стала натягивать снасти: - Ты такой красивый, такой сильный, мечта любой женщины! Пойдем же, всего за семь монет! Разве это деньги для благородного путешественника? Пойдем!

- А ты очень хочешь? - Блейду стало скучно.

- Ну кто же может не захотеть такого красавца! - продолжала свою игру опытная жрица любви для бедных.

Блейд отнюдь не был противником случайных любовных приключений, скорее наоборот, но эта неопрятная жирная тварь вызывала лишь отвращение. К тому же, он должен был торопиться, у него много дел и мало времени.

- Если ты очень хочешь переспать со мной, то за сотню монет я готов посвятить тебе четверть часа, - ухмыльнувшись, заявил странник.

От неожиданности опытная жрица любви раскрыла рот, отпустив поводья белого жеребца. Блейд снова усмехнулся и продолжил путь к центру этой варварской столицы. Он не прислушивался к проклятьям, которые разъяренная женщина кричала ему вслед.

Впереди уже была видна стена; за ней раскинулась обширная резиденция повелительницы Шахрияра.

Странник не спеша объехал высокую стену из белого камня, окружающую дворец царицы. Надо разведать внутренние помещения, решил он, и узнать, не здесь ли содержится дочь Толерантада.

Увидев похожую на воробья птаху, беспечно щебечущую на пыльной мостовой, Блейд выбрал укромное место в тени дворцовой стены, завладел сознанием крохотной птички и заставил ее порхнуть к огромному дворцу. Это не представило для него труда - даже в первый раз, когда в пещере Толерантада он пробовал завладеть сознанием специально приготовленного для этой цели орла, у него все получилось сразу. Сказывался опыт работы с телепортаторами - со Стариной Тилли, Сынком Ти и их потомком, Малышом Тилом; тут требовалось похожее ментальное усилие. Блейд испытал странные ощущения, завладев сознанием орла: он парил над скалами, в то время как его собственное тело распростерлось в неподвижности в пещере чародея. Он был одновременно в двух местах, только слишком удаляться от естественной и привычной оболочки не рекомендовалось.

С трудом разобравшись в лабиринтах темных коридоров, Блейд в конце концов оказался в личных покоях царицы. Внимание его привлек странный предмет на каком-то возвышении вроде алтаря, убранном черной плотной тканью. Под прозрачным колпаком лежали мужские детородные органы, сделанные из странного минерала с невероятной тщательностью. Нетрудно было догадаться, что хозяйка сего роскошного покоя поклоняется странному талисману. С привычной обреченностью Блейд понял, что ему опять предстоит сражение в постели. Он заставил пичугу пролететь дальше, под самым потолком, в поисках царицы; его мучило любопытство. Впрочем, не только оно; всегда полезно знать, с кем придется иметь дело.

Владычица Шахрияра сидела в светлом роскошном зале на троне. Как понял Блейд, шел совет высших сановников страны.

Да, признал он, эта Дельарам поразительно стройна для своих лет, и языческий наряд ей очень к лицу. Желтый шелковый тюрбан прекрасно гармонировал со смуглым оттенком ее кожи, глаза блестели, как два горных озера, тонкие брови выгибались горделивыми дугами, белые зубы сверкали как жемчуг, а густые черные косы рассыпались по груди и плечам, прикрытым длинной накидкой из синего шелка с вытканными по нему золотыми цветами. Ее платье украшали жемчужные запонки; три верхние расстегнуты - день был жаркий. На открытой шее сверкало и ослепительно переливалось в лучах солнца золотое ожерелье с бриллиантовыми подвесками удивительной красоты; пышное перо, прикрепленное к тюрбану изумрудным аграфом, также сразу бросалось в глаза.

Царица была безусловно хороша. Эта красавица чужого мира воплощала в себе негу, страсть и вожделение. И она явно знала себе цену! Непросто будет покорить такую... Непросто, но необходимо... Блейд без страха думал о предстоящем поединке - словно боец, уверенный в своих силах и в своем опыте. В варварских мирах, подобных этому, жизнь странника часто зависела от его мужских достоинств; не только на ристалище сражался он насмерть с мечом в руках, но и в императорских покоях - силой обаяния и мужской выносливостью. И побеждал! Всегда побеждал!

Блейд заставил птаху примоститься под потолком великолепного зала.

Перед царицей стоял на коленях старик с длинной седой бородой, в халате странного покроя, черном с золотыми и серебряными звездами, в чалме с подвернутым концом. Он вещал:

- ...и звезда Алун-Кальб совместилась с глазом Бога Очарования Бехрам, что в совокупности, о светлейшая, означает для тебя опасность погибнуть от сердечной раны. Тебе следует, о солнцеликая, остерегаться...

- Ты говорил это мне и месяц назад, - раздраженно оборвала его царица. - Но, как видишь, я в добром здравии!

- Но, богоподобная...

- У нас много дел, Адд-Хатиб. Предоставим же слово благородному Дамильку.

Блейду стало неинтересно; план действий уже зрел в его голове. По дороге к царской резиденции он прочувствовал мысли многих горожан и был прекрасно осведомлен о наклонностях царственной красавицы, да и Толерантад рассказал все, что знал, а знал он о шахриярской тигрице немало. Оставалось самое важное - найти дочь чародея или убедиться, что ее нет во дворце. Не пришлось бы тогда корректировать планы... Но шестое чувство подсказывало Блейду, что пленница жива и здорова, что она здесь, во дворце.

Птаха вспорхнула со своего временного насеста и полетела прочь. Через четверть часа, или чуть больше, Блейд обнаружил искомое. Девушка находилась в небольшой комнатке, которая отнюдь не походила на темницу. Вемма была в чистых опрятных одеждах, она расчесывала длинные волосы, сидя перед круглым зеркалом размером с обычный щит, которыми громыхали местные стражники. Рядом стояла огромная ваза с фруктами и кувшин - с соком или вином. Девушка была спокойна и задумчива. Она ожидала когда явится кто-то, чтобы увести ее отсюда.

"Я пришел! - мысленно сказал ей Блейд. - Завтра ты будешь в объятиях своего отца."

Но снаружи у дверей дежурили сразу шесть стражников - одни неспешно прохаживались, ведя беседу на житейские темы, которых было всего три выпить-пожрать-переспать; другие сидели у стены прямо на полу и дремали, готовые вскочить по первому сигналу тревоги. Эти воины на вид были куда серьезнее, чем виденные Блейдом у городских ворот. В конце длинного коридора он заметил еще двоих хорошо вооруженных охранников.

"А дочь Толерантада стерегут куда лучше драгоценного талисмана в покоях царицы", - отметил про себя странник. Теперь он выяснил все, что хотел и терять дорогое время было ни к чему. Птаха полетела прочь от дворца.