Надежда Навара - Олимпийские игры

Ознакомительный фрагмент

– Спасибо, Вилли, – поблагодарил коллегу журналист. – Ты мне здорово помог, с меня причитается.

Пухлая физиономия Путкаммера расплылась в довольной ухмылке.

– Приятно слышать – звезда эфира признает заслуги скромного кабинетного работника.

По выражению глаз собеседника Йохан понял: материал имеет продолжение.

«Давай же, давай. Выкладывай!» – так и вертелось у него на языке.

Однако демонстрировать излишнюю заинтересованность не стоило. Чего доброго, коллега возгордится и наболтает потом лишнего. По редакции пойдёт слух, что Тойфер собирает материал на Кузнецовых. Неизвестно, до чьих ушей и с какой скоростью его донесут. Не надо забывать об осторожности.

Меж тем упитанный эксперт поудобнее устроился в кресле и неторопливо спросил:

– Скажи-ка, Йохан, с чего это тебя потянуло на экономику? Финансовые дайджесты – не твой профиль, на них карьеру не сделаешь.

– Старею, наверное. Захотелось тишины и покоя, – в тон ему ответствовал Тойфер.

«Вот теперь можно», – решил он и деловым тоном осведомился:

– Кстати, о дайджестах. Я так понял, свеженький ты приберёг для себя. Со мной не поделишься?

Толстяк достал из кармана клетчатого пиджака конверт, соблазнительно помахал им перед носом знатока уличной преступности, затем ловко отдернул руку.

– Э нет! Сначала ответь, зачем тебе Александр Кузнецов.

– Он делал очень крупные ставки, – невозмутимо соврал Йохан. – Ты же знаешь, меня интересуют все, кто вертится около чемпионата.

– А-а… – разочарованно протянул Вилли. – Должен тебя огорчить. Его деньги чистые, корпорация принадлежит обоим братьям.

– Похоже на то, – согласился Тойфер. – Так что там у тебя?

– Приглашение и пропуск на пресс-конференцию. Пришло в редакцию с утренней почтой. – Экономист показал приятелю бланк приглашения и пластиковую карточку аккредитации. – Пятого числа «Кузнецов Энтерпрайзис» и правительство Ямбурга подписывают в Торговой палате крупный инвестиционный контракт. Речь идёт о…

Специалист по криминальной хронике деликатно прикрыл рот рукой и зевнул. Путкаммер заметил, прервал повествование на полуслове и грустно констатировал:

– Я же говорил, не твой профиль.

Он собрал документы обратно в конверт и положил его в боковой карман просторного пиджака.

– Извини, не выспался. – Йохан ещё раз зевнул и заверил: – Дружище, ты сэкономил мне уйму времени и не дал уйти по ложному следу.

Он поднялся, проводил гостя до дверей кабинета и уже там объявил:

– Еще раз, спасибо. Не забудь, за мной ужин в «Акрополе».

Путкаммер расслабился, притормозил и полуобернулся, видно, хотел спросить – когда. Тойфер дружески похлопал его по спине, подталкивая к выходу – дескать, не теперь, позже договоримся. В это же время другая рука знатока уличной преступности нырнула в карман гурмана.

Путкаммер вышел.

Журналист переложил похищенные документы в бумажник, а конверт отправил в шредер. Затем уселся за стол и принялся считывать минуты.

На тридцать шестой дверь открылась, на пороге вновь появился эксперт по экономике. Не говоря ни слова, Путкаммер внимательно осмотрел пол кабинета и удручённо вздохнул.

– Опять что-то забыл, Вилли? – участливо осведомился Йохан.

Помимо пристрастия к гастрономическим изыскам, тот славился чудовищной рассеянностью.

– Представляешь, посеял аккредитацию! – трагическим шепотом сообщил несчастный.

– На чемпионат? – спросил Тойфер и тут же успокоил коллегу: – Не волнуйся, я тебе сделаю другую.

– Какой чемпионат?! – взвыл тот. – На пресс-конференцию в Торговой палате! Я ж её тебе показывал. Ты что, забыл?

– Ах, эту… – задумчиво протянул хозяин кабинета и тут же добавил: – Вообще-то ты показал мне только конверт, а не его содержимое.

– Письмо и чип-карточка были внутри… – неуверенно пробормотал Вилли. Похоже, он окончательно запутался.

Помолчали.

– Слушай, а сколько всего пришло приглашений?

– Два. Второе у шефа. Он меня точно убьёт!

– Дела… – Йохан нахмурился и покачал головой. – Ну, как же ты так опростоволосился, дружище?

Толстяк беспомощно развёл руками и окончательно пал духом.

– Ладно, не горюй, – неожиданно ободрил его хитрила. – Сделаем так. Иди к шефу и повинись. Дескать, ты рассказывал о прессухе в кантине, я заинтересовался, надавил на тебя авторитетом и вынудил отдать аккредитацию. Усвоил?

Путкаммер обалдело посмотрел на своего спасителя и машинально кивнул.

– Только давай по-быстрому. У меня куча собственных проблем, – распорядился Тойфер и подтолкнул незадачливого коллегу к дверям. – Ты летишь пулей, а я дублирую. Звоню твоему боссу, вешаю лапшу на уши и прошу выслать на меня подтверждение в Торговую палату. Уж мне-то он не откажет.

Глава V

Интер-сектор Олимпик-сити, Олимпия, 2 января 3002

Начальник планетарного управления безопасности суперинтендант Самуэль Фарроу насупил кустистые брови и пробасил в своей обычной прямолинейной манере:

– Если б вы только знали, советник Данкельд, как я устал от ваших причуд. Похоже, вам просто скучно. Решили скоротать вечерок в приятной компании?

Щеголевато одетый мужчина неопределённого возраста возмущённо нахохлился, но всё же упрямо продолжил:

– Какие причуды, Фарроу? Я вам прямо заявляю – исчез один из членов нашей комиссии. Извольте принять надлежащие меры!

Алиссон Мак-Кинли, специальный представитель Коллегии безопасности Новой Ганзы, с трудом подавил зевок. За последние две недели ему одинаково надоели и хамоватый суперинтендант, и впечатлительный посланник провинциальной планеты Ямбург. Тем не менее он счёл долгом поинтересоваться:

– Коллега Данкельд, с чего вы взяли, что господин Кузнецов исчез?

– Я заезжал за ним, – веско объявил тот. – Майора не было в номере.

Шеф УБ мучительно состроил брови домиком и устремил глаза в потолок. Дескать, нашёл аргумент – нечего сказать.

Данкельд уразумел, что сморозил глупость, и поспешил объясниться:

– Я хотел сказать: его нет в гостинице уже больше суток!

Вот тут Фарроу действительно заинтересовался и грузно повернулся всем телом к четвертому участнику экстренного совещания.

Молодая светловолосая женщина в элегантном деловом костюме спокойно ответила на немой вопрос:

– Майор Кузнецов ещё не совсем оправился от полученной в бою тяжелой контузии. Иногда он испытывает необходимость побыть в одиночестве.

– Если госпожа Ларсон утверждает, что именно меланхолия заставила господина Кузнецова покинуть гостиницу в пять утра в спортивном костюме, то я… – Данкельд сделал вид, что умывает руки.