Джини Кох - Прикосновение чужого

— Когда это было? — вздохнул Гауэр. — Да и разве это была единственная спорная реклама Калвина Кляйна?

Райдер снова улыбнулся. Это была потрясающая улыбка, делающая улыбку Мартини простой и обыкновенной.

— Из-за того ролика было больше всего споров. И тогда я ушел из бизнеса, в разгар славы. А потом присоединился к этой команде, — он подмигнул мне. — Не волнуйся, малыш. С ними все в порядке. Они странные, но хорошие. Я буду присматривать за тобой и даже держать «собачий нос» в страхе, если ты того пожелаешь.

— На самом деле он гей, — сказал Мартини.

— Да, но это не значит, что я позволю изводить подругу, — сказал Ридер и отвернулся. — Мы, люди, должны прикрывать друг другу спины, иначе пришельцы отнимут у нас всю славу за спасение мира, — Райдер завел двигатель, и мы поехали.

Я посмотрела в окно — рядом с нами ехали несколько серых внедорожников.

— Все ваши люди едут вместе с нами?

— Все с нами, — кивнул Уайт. — Мы должны быть уверены, что вы защищены.

— Хм-м… Почему?

— Вы теперь известны как женщина, остановившая террориста, который, если верить средствам массовой информации, входил в состав «Ал Деджал», — ответил Кристофер, а я почувствовала недовольство Гауэра. — Репортаж предупредит других сверхсуществ о том, что вы для них опасны.

— Великолепно. Итак, с какой вы планеты?

— Ее название трудно произнести на вашем языке, — ответил Гауэр. — Ни один человек его не поймет.

— Это хуже, чем идиш, — добавил Мартини.

— Джефф, заткнись, — закатил глаза Гауэр. — Мы из системы Альфа Центавра. На Земле эти солнышки известны как Альфа Центавра А и Б. Мы называем их проще — большое солнце и маленькое солнце. На нашем языке, конечно же. Люди с разных планет похожи друг на друга больше, чем вы можете представить.

— Утверждаете, что вы человек? — я даже не удивилась, чем можно гордиться.

— Нет, человек обитает только на земле. Между нами есть различия, весьма значимые.

— Мы лучше в постели, — прошептал мне на ухо Мартини.

— Джефф! — Гауэр посмотрел на товарища взглядом, говорившим, что тот ему уже изрядно надоел. — Дай девушке отдохнуть хотя бы пять минут. За это время я успею все объяснить.

— Хорошо, — вздохнул Мартини и немного отодвинулся от меня. — Я буду вести себя как пай-мальчик.

Гауэр посмотрел на него так, словно не поверил ни единому слову, а затем продолжил:

— Наш мир — одна из планет, кому досталось предупреждение первых встретившихся с сверхсуществами инопланетян. Мы называем их Древними, потому что это была раса намного старше нашей. Корабль, прибывший на нашу планету, не разбился, но экипаж не смог выжить в нашей атмосфере. Те, кто высадился на Земле, тоже погибли. Их мир, как выяснилось, располагался ближе к родному миру паразитов. Наш мир и ваш намного дальше от того места, так что знаний о паразитах у них было больше.

— Они прибыли в наш мир на сто лет раньше, чем на Землю, — добавил Уайт. — Но у нас в то время космическая промышленность была недостаточно развита, и добраться до других миров мы могли, разве что, за десятилетия.

— Мы получили от корабля Древних все, что нам было нужно, — кивнул Гауэр. — Таким же образом, как это делают земные ученые. Но у нас было больше времени.

— На Земле сделали лучший перевод предупреждения Древних, — добавил Кристофер.

— Верно, — согласился Гауэр. — Мы выяснили все об угрозе и вычислили, когда она к нам придет, а также возможность предупредить об угрозе другие миры. У Древних была звездная карта, по которой мы определили, какие миры в ближайшее время подвергнутся опасности.

— Мы прибыли на Землю, чтобы помочь ей, — добавил Уайт. — Вы нужны нам. Вы можете нам помочь.

— Получается, что эти великолепные Древние, решившие помочь всем мирам, не носили скафандров? Это же глупо! — глупым был мой вопрос, но его нужно было задать.

— Правильно, девочка, — отозвался с водительского места Райдер. — У меня этот вопрос тоже возник первым. Ответ тебе понравится.

— Они думали, что смогут адаптироваться, — ответил Гауэр, проигнорировав реплику Райдера. — Раса Древних была оборотнями, это все, что мы можем сказать. Но их планета расположена ближе к ядру Галактики, а там все по другому, нежели у нас.

— Можете уверенно сказать, на скольких планетах им не удалось адаптироваться? — мне стало жалко этих Древних. Эти ребята делали все возможное, чтобы спасти Галактику и исправить то, что должно быть исправлено, но им не повезло даже начать.

— Почти на всех, — вздохнув, ответил Гауэр. — Большинство обитаемых планет находится далеко от ядра. Мы не знаем почему. Мы же были слишком заняты борьбой с этой чумой, чтобы хоть как-то разведать место, откуда они пришли.

— Древние могли бы все выяснить и вернуться домой, — добавил Мартини. — Мы не знаем, почему они так поступили. Связь между мирами, тем более между центром Галактики и окраинами, весьма ненадежна. Да и между нашими мирами тоже. Так что те из нас, кто пришел в этот мир, взял билет в один конец.

Впервые с нашей встречи он выглядел неуверенным и не настолько счастливым. Сейчас Мартини был одиноким и грустным.

— Вы оставили там свои семьи? — тихо спросила я, чтобы заполнить внезапно появившуюся паузу.

— Совсем не много, — ответил Мартини и добавил со своей обычной улыбкой: — Ни там, ни здесь, у меня жены нет.

— О, слава Богу, — с облегчением поняла, что момент контакта сейчас длился не больше пары наносекунд. Не то, чтобы мне это было неприятно. Они могли быть пришельцами, но они были также и мужчинами.

— У большинства из нас нет родственников в нашем родном мире, — сказал Гауэр. — Все наши семьи здесь.

— В смысле? — все страньше и страньше.

— Мы усовершенствовали систему переноса и теперь нам не нужны корабли, чтобы добраться сюда, — ответил Уайт. — Это отлично срабатывает, если из нашего мира перебираться на Землю.

— Но мы не можем вернуться, — добавил Кристофер. — Ядро нашей планеты отличается от земного. Магнитное притяжение Земли не позволяет системе работать в обратном направлении. Так что для некоторых из нас, чтобы отправиться сюда, пришлось забрать с собой и свои семьи.

— Почему? Вообще, это странно.

— Нет ничего проще, — сказал Райдер. — Думай о них, как о большом итальянском клане, и не ошибешься.

— Вы все родственники? — я осмотрела всех попутчиков. — Это многое объясняет, кроме вашего цвета кожи, — сказала я Гауэру.

— Мой отец женился на афро-американке, — Гауэр пожал плечами, — Земные гены оказались сильнее, вот и результат.