Марина Казанцева - Космический Патруль

— А, по-моему, ты просто не понимаешь, во что вляпался, и каковы последствия этого. — пробормотала Нэнси.

— А ты не понимаешь, что по сути дела совершенно не важно, в какой конкретный образ воплотить наступление на Рушера. Единственное, что решает вопрос — это личное желание участника поединка. Тот образ, то окружение, в котором он чувствует себя героем. Мне нравится Патруль, а тебе — нет. Какой бы образ ты выбрала, чтобы заставить противника тратить Силы на борьбу с тобой?

Ну вот, дождалась!

Этот разговор ни к чему и не привёл. Нэнси поспешила уединиться, а Боб снова облёкся в любимую им роль Аргентора и ушёл на встречу с экипажем в кают-компании корабля. Так получилось, к её великой досаде, что она отошла на второй план его интересов. Как же — мужчины и их любимые игрушки!

Резкий сигнал общекорабельной тревоги вырвал её из сна. Несколько мгновений Наяна пыталась вспомнить, что же ей снилось, но вдруг осознала, что сирена горланит неспроста — что-то случилось. Она быстро вскочила с постели, хотела разбудить Боба, но того не было рядом.

Из кают выскакивали полуодетые люди и, на ходу одеваясь, бежали кому куда предписывали правила: средний командный состав — в рубку, младший и пилоты — к своим машинам. Наяна направилась тоже в главный пилотский отсек.

Три кресла, неприкосновенных для любого на корабле, кроме командора Аргентора, старшего пилота Джека Бегунка и Наяны, пустовали. Но в самом отсеке стоял гомон, и толокся весь офицерский состав. Глаза всех были направлены на центральный экран. А там, в опасной близости от «Беовульфа» висел в черноте Космоса огромный боевой корабль. Недвусмысленные приспособления на его носу были нацелены на линкор.

— Откуда он?! — в возбуждении спрашивали люди. — Как сумел подобраться незаметно?!

— Вынырнул из нуль-пространства! — так же лихорадочно отвечал дежурный.

Джек склонился над сложной линией, танцующей на индикаторе.

— Он сигналит с самого начала появления. — пояснил дежурный. — В радиодиапазоне слышно только хрипение и визг. Мы не знаем ни его частоты, ни вида волн.

Совершенно очевидно, что Рушер перестал бегать от преследователей и перешёл в наступление. Очевидно также, что разведчик Гриф был захвачен им и допрошен. Корабль Рушера вернулся к уничтоженной им планете, чтобы встретиться с противником.

Внезапно шум в рубке прекратился — все офицеры бегом отправились к своим боевым расчётам — назревала драка. Против крейсера врага пока бросили лишь одну боевую группу — вторую. Сотня катеров вынырнула из шлюзов корабля и пустилась в облёт гостя, а линкор «Беовульф» окутался пеленой защитного поля.

Корабль противника скрылся за мерцанием — очевидно, тоже применил защитное поле. Это и неудивительно — ведь Рушер и раньше широко использовал такой метод. Мерцающую плёнку прорезали длинные вспышки, и снаряды полетели прямо в корпус «Беовульфа». Но не достигли цели — все они отразились полем, отрикошетили далеко в сторону и там взорвались.

Основной бой вёлся между манёвренными катерами и чёрными глиссерами противника — совсем не такими, какие принадлежали уничтоженному транспортнику. О, это были настоящие боевые машины! Скорость, с которой перемещались в пространстве истребители, была велика — пилоты этих машин, если бы они были живыми, должны испытывать страшные перегрузки. Но катера «Беовульфа» всё же были маневреннее. Дело в том, что для экипажа боевых единиц перегрузки не имели значения — в них была изначально заложена противоперегрузочная программа. Каким образом это осуществлялось физически — непонятно, но желание Аргентора было исполнено — что-то поглощало колоссальную инерцию движения. И за это, как догадывалась Наяна, было хорошо заплачено из запасов Сил, которые им дали в это предприятие.

Теперь в картине боя это преимущество наглядно проявлялось: чёрные машины противника несли урон, а серебристые катера легко выскальзывали из-под града снарядов. В пространстве меж двух кораблей противников расцветали огненные цветы, метеорами проносились трассирующие лучи, клубились воронки импульсного излучения, мелькали чёрные и серебряные корпусы истребителей.

— Второй расчёт, отходите на базу. — заговорил Джек Бегунок. — Третьему расчёту выйти на передовую.

Никто из людей не мог выдержать более десяти минут такого интенсивного боя — сдавала нервная система. Первый расчёт начал отход — его прикрыли новые боевые машины. Навстречу им выходили новые истребители противника, а старые не покидали поля боя. И вышло врага гораздо больше, чем было. Это, очевидно, был первый, пробный бой. Теперь Рушер оценил силу «Беовульфа» и взялся за дело основательно. Следовало ожидать подвохов.

— Чем же можно пробить это поле? — невольно спросила Наяна, глядя, как случайные попадания легко отражаются корпусом вражеского линкора.

— Может, оно не пропускает материю? — ответил вопросом на вопрос Джек, который, очевидно, ломал голову над этой же проблемой. Поле против поля — это безнадёжная битва. Но попытки ударить во врага импульсным оружием тоже не принесли удачи — лишь вспыхнула мертвенным голубым сиянием и долго не гасла окружающая крейсер защита. А когда всё же успокоилась, то стало видно — потерь вражеский корабль не понёс.

Тем временем вышли из строя шесть катеров — они стали отходить тяжело к базе, и один из них вспыхнул от прямого попадания. Это была первая потеря.

— Аргентор, пора пустить в дело инвертор. — обратился к командору Джек.

— Я сам так думаю, но ты же знаешь, сколько он жрёт энергии. — ответил командор, не отрывая взгляда от картины боя. — А я не думаю, что на этом крейсере засел Рушер собственной персоной. Он, по его привычке, скорее всего, наблюдает откуда-нибудь со стороны.

— Тогда какой смысл гоняться за его киборгами? — вмешалась в разговор Наяна. — Он водит тебя за нос, заставляя тратить Силы на отстрел его механических собачек!

— Альтернатива?! — резко отозвался Аргентор. Бой занимал всё его внимание.

Картина боя изменилась. С изумлением все трое увидели, как один из катеров резко замедлил скорость, далее и вовсе завис в черноте космоса, а потом с линкора в него ударил тонкий луч, и на месте катера вспыхнула белая звезда аннигилирующего вещества. Таким же манером был захвачен и второй катер.

— Боевому расчёту — отступать! Очистить пространство! — крикнул Аргентор. И сказал, повернувшись к Джеку:

— Включай инвертор.

Едва только поле боя освободилось от катеров «Беовульфа», крейсер Рушера подобрал свои чёрные глиссеры, и два огромных боевых корабля, начинённых самыми могущественными возможностями, какие только может придумать разум, замерли друг против друга. На вражеском крейсере было заметно движение — вывинчивались вверх какие-то установки, открывались какие-то люки — Рушер собирался нанести новый удар.