Род Серлинг - Полуночное солнце (Сборник с иллюстрациями)

Инверо поднял взгляд, и леденящий страх исчез, поскольку его сердце наполнилось неожиданной радостью. Около кровати стоял его кузен, Ян Кэмпбелл, изучая его остановившимся, мрачным взором. Ян здесь — все-таки жив! Слова радости сорвались с его губ только для того, чтобы так же быстро стихнуть. В дрожащем свете лицо Яна было белее воска свечей, только кровь из-под слипшихся светлых волос струилась по его щекам и подбородку к открытому воротнику разорванной куртки. Там Инверо увидел огромные глубокие раны на горле и груди. Любой из них было достаточно, чтобы вызвать его смерть, поскольку куртка тоже была окровавлена.

Губы Яна едва двигались, когда он проговорил глухим голосом:

— Не укрывай убийцу, Инверо! Кровь должна пролиться за кровь!

Инверо недоверчиво прищурился. В то же мгновение образ Яна пропал. Это не могло быть сном, Инверо бодрствовал. И все, что он видел теперь, были белые стены, закрытая дверь, растворенное окно и деревья под ним; все было таким же, как и прежде. Потрясенный, он задул свечи и попытался заснуть.

Утром Инверо был угрюм. Члены его семьи не говорили о смерти Яна, и он, в свою очередь, хранил молчание. Охота на Мак-Нивена возобновилась; говорили, что в последний раз его видели на дороге, ведущей к холму, поэтому решили, что он находится где-то поблизости. Инверо выехал на лошади и встретил Драммонда с группой одетых в мундиры солдат из соседней деревни.

— Будьте осторожны при встрече с Мак-Нивеном, господин. Он не остановится перед новым убийством, раз его руки в крови. Он в отчаянии поэтому опасен! — предупредил Драммонд.

В отчаянии Мак-Нивен пребывать мог, но опасным он не был, скорее испуганным. Инверо осторожно осведомился:

— Это драка в таверне между Яном и Мак-Нивеном, была она честной или нет?

— Ну, можно и так сказать, — с некоторой натяжкой согласился Драммонд, — но только потому, что Ян быстро повернулся, прежде чем Мак-Нивен сумел ударить его в спину, а он бы с радостью это сделал. Мак-Нивен победил, потому что его нож был длиннее, хотя боролся он достаточно честно, когда Ян его к этому принудил. Но когда мы его разыщем, мы не будем принимать это во внимание. Собаке — собачья смерть!

Они приближались к долине, чтобы, как и опасался Мак-Нивен, обыскать ее. Позже Инверо присоединился к поискам, не расставаясь с ранцем. Он знал, что никто не найдет тайную пещеру, и, когда наконец все ушли, вскарабкался туда и тихо позвал МакНивена, который осторожно вылез из лисьей норы.

— Я снова принес еду, — объявил Инверо, — но я не могу тебя больше скрывать. Они обыскали долину, поэтому ты можешь спокойно сбежать отсюда.

— Но что, если они где-то рядом?

— Это уже твое дело. Я еще раз приду сюда завтра. Если ты к тому времени уйдешь, считай, тебе повезло. Если же нет, то будем считать, что ты злоупотребил моим гостеприимством и тебя ждут неприятности.

Инверо покинул долину и возвратился домой уверенный, что он выполнил свой долг и по отношению к непрошенному гостю, МакНивену, и по отношению к нежданному духу его кузена Яна. За ужином он почти пришел в себя. Его семья, включая несовершеннолетнего сына, почувствовала облегчение от того, как он перенес смерть Яна. Но с приближением вечера направление мыслей Инверо изменилось. Правильно ли он сделал, предоставив и сегодня убежище Мак-Нивену? Или ему следовало послушаться приказания духа кузена? Раздираемый между клятвой и долгом, Инверо решил, что утром он узнает ответ. Он лег в постель, но, прежде чем потушить свечи, снова взял книгу прорицаний, удивляясь, какую власть над ним она имела. Когда он просматривал страницы, пламя задрожало, как прежде, и через раскрытый том вновь скользнула тень.

Инверо медленно взглянул вверх. И снова он увидел фигуру своего кузена Яна, и снова с этих медленно двигавшихся губ сорвалось тихое обвинение: «Не укрывай убийцу, Инверо. Кровь должна пролиться за кровь!»

— Но я говорил сегодня с Мак-Нивеном, — тихо прошептал Инверо, — я больше его не укрываю. А ты по-прежнему требуешь: «кровь должна пролиться за кровь»!

Собственные слова Инверо отразились от стен, словно Ян повторил: «Кровь должна пролиться за кровь!» Но этого быть не могло, поскольку дух исчез, и помещик, прищурившись, в свете свечей смотрел на книгу в своих крепко сжатых руках.

Утром Инверо завтракал с семьей. Затем, намеренно осторожно, направился в долину. Сегодня он не взял с собой ни телятины, ни сыра, ни лепешек. Под его мундиром был кинжал, самый длинный из его коллекции трофеев, завоеванных на полях сражений. Клятва или не клятва, но если Мак-Нивен все еще будет там, он намеревался похоронить это оружие в трепещущей плоти убийцы, именно этой мести хотел Ян.

Но пещера была пуста. Убийца скрылся — вместе с ним исчезли и неприятности Инверо. Снова вернувшись домой, помещик тихо слушал разговоры своих домашних о погребении Яна, которое должно было состояться на следующий день в церкви на холме. В ту ночь Инверо приготовился заснуть спокойно. Он чувствовал, что с уходом убийцы дух Яна обязан успокоиться. И тогда, чтобы и самому обрести покой, он решил дочитать отрывок из предсказаний Койннича Одгара, горского ясновидца. Он нашел нужную страницу и прочитал:

«Один раз прорицатель проезжал Мильбурн, где он обратил внимание на старую мельницу очень примитивной постройки, крытую дерном. Обращаясь к мельнице, он сказал: «Придет день, когда твое колесо три дня подряд будет вращаться водой, красной от крови, изза того, что на берегу пруда произойдет жестокая битва, в которой прольется много крови». Это прорицание ждет своего часа».

Инверо прекратил чтение и громко воскликнул: — Но оно уже сбылось, после того как была написана книга! Я знаю эту мельницу, ведь она рядом с Куллоденом, где герцог Камберленд разметал армию Претендента. Да, много крови было там пролито — много крови…

Инверо говорил все медленнее, поскольку пламя задрожало и тень легла через страницу. Инверо поднял глаза, чтобы увидеть дух Яна Кэмпбелла, лицо которого оставалось таким же бледным, а тело по-прежнему было окровавлено. С уст духа сорвалось пророчество: — Да, много еще крови прольется! Теперь по-другому и быть не может. Я говорил тебе, Инверо, не укрывай убийцу. Кровь прольется за кровь!

— Но я его не укрываю, — возразил Инверо. — Он ушел своей дорогой по моему приказу.

— Но кровь осталась на его руках! — последовал неумолимый ответ.

— Эта кровь когда-нибудь будет отомщена. Я дважды предупредил тебя, но ты не прислушался ко мне. А теперь ты расплатишься собственной кровью. Инверо, мы еще раз встретимся, когда ты будешь платить.