Михаил Бобров - Краткая история Арды

Тень с Легатом серьезно кивнули и разошлись в указанные стороны. Минут двадцать Мастер провел в напряженном ожидании, чертя на каменном полу схему гезенка, и пытаясь определить поточнее, куда тот выходит.

Наконец, вернулся Легат.

— Я был осторожен, и я смотрел. Камер не нашел ни одной. По-моему, их здесь и не ставили. Комбайн в исправности, насколько можно судить не включая.

Зашуршали камушки: по наклонному полу гезенка спускался Тень.

— Я обнаружил очень странную вещь, — начал он встревоженно. — Все, как ты говорил: кирки, лопаты, разные железки, в которых я ни бум-бум… Но на стене сравнительно недавно кто-то выжег ровную площадку. Там целое письмо, и по-моему, оно не для туристов.

— Почему ты решил, что надпись сделана недавно? — спросил насторожившийся Мастер.

— Надпись иероглифами? — забеспокоился и Легат.

— Рунами. Что до времени, то капли оплавленного камня упали поверх кирки под стеной. Если бы туристы нашли послание, об этом уже было бы известно в новостях — следовательно, надпись сделана после прекращения туризма, то есть, после начала войны… Думаю, писал кто-нибудь из людей Гимли, в тот день, когда был бой на заводе, или немного позже.

Мастер и Легат молча повернулись и заторопились вверх по ходу. Тень поспевал следом. Капитан Морийских гномов знал все виды и диалекты гномьих рун — большую часть алфавитов его же собственная команда и придумала. Так что Мастер не сомневался в своей способности прочесть надпись на стене.

Предчувствие не обмануло ни Теня, ни Мастера, ни Легата. Добежав до забоя, гном, хакер и промышленный шпион увидели в лучах фонариков покрытую рунами площадку, примерно локоть на локоть.

Мастер довольно быстро разобрался в тексте и прочел его вслух:

— "Нам некуда отступать… Некуда! Они захватили мост и караульную. Мы открыли шлюзы и затопили нижний ярус. Держимся в электрощитовой, но это ненадолго. Гимли отправился к печам, когда роботы сунулись в черный ход. Наверное, ему удалось вскрыть летки "Леток" — выпускное отверстие плавильных печей. и залить проходы лавой. Говорят, он сгорел, но мы не видели. После этого самураи ворвались в сборочный цех. Управление принял Балин. Мы с Игорем спускаемся к плотине — может быть, удастся подорвать разлом. Кто найдет письмо, сообщите нашим: никто не ушел с завода."

Лазутчики угнетенно молчали. Потом Мастер вздохнул и тихонько запел прощальную песню. Тень и Легат не знали, что делать, и поэтому стояли без движения. Когда Мастер смолк, Тень пробормотал:

— Земля им пухом… Удалось им все-таки подорвать разлом, как ты думаешь, Мастер?

— Ясное дело, нет! — ответил тот. — Если бы удалось, тут открылся бы вулкан. Проблем возникло бы целое море, начиная от простых подвижек породы и заканчивая возможным сбросом… Но ты подал мудрую мысль! Бегите с Легатом с комбайну и хорошенько обшарьте весь купол, где он стоит. В дальнем конце должен быть вертикальный ствол с лифтом и запасной лестницей на нижние яруса: это ближайший спуск к разлому. Двое наверняка шли через него. Если же разлом так и не взорван, то возле лифта вполне может оставаться не пригодившийся им ящик хорошей взрывчатки. Она для нас куда полезнее комбайна. Я пока что проковыряю атомарником несколько шпуров под заряды. Когда вы принесете пластит, мы запросто проникнем внутрь Мории.

— И при этом поднимем на ноги всю охрану? — усомнился Тень, — Может, не стоит?

— Мы попадем в генераторный блок, — успокоил его Мастер. — А электростанция на реке. Там подземные водопады на каждом шагу. Опять же, нарочно: чтобы никто под водой не пробрался. Грохот стоит и без наших хлопушек преизрядный. Главное, станция совсем не основная, всего лишь вспомогательная второй очереди. Гораздо меньше вероятность, что там окажутся видеокамеры. Другого-то хода, Тень, у нас вовсе нет!

Тень пожал плечами, но в темноте его недовольного лица видно не было. Он посмотрел на Легата, и удивился: главный хакер Раздола при слабом свете фонарика тщательно соскребал руническую надпись своим атомарным ножом.

— Зачем ты это делаешь?! — изумленно воскликнул Тень, — Ведь это же живая память! Наша память о войне!

— Зачем ты стер письмо? — удивился и Мастер.

Легат возразил, не прекращая своего занятия:

— Я стер не письмо, а только то, на чем оно было написано. Что же до памяти… Понимаешь, я не хочу, чтобы сюда ходили паладины, сорили тут кукурузой из пакетов, пальцами тыкали… Не хочу, чтобы это письмо залили пластиком, и чтобы экскурсовод с отработанной дрожью в голосе повествовал о героях минувшей войны, прикидывая в то же время, какую девушку из группы сегодня соблазнять, а какую — завтра… Что мы прочитали, то пусть в наших сердцах и останется.

Мастер с Тенью переглянулись, но в темноте никто из них не различил толком ни глаз, ни выражения лица собеседника. Раздосадованный этим, Мастер поторопил Легата:

— Тогда заканчивай скорее и иди искать взрывчатку… Я начну сверлить шпуры.

— Хорошо… — буркнул Легат, но все же отправился вниз не ранее, чем срезал последние буквы надписи. Мастер вздохнул, привел в порядок дыхание, и принялся делать скважины под пластит. Ширину предполагаемого хода Мастер щедро назначил полтора на полтора, поскольку не исключалось, что придется подрывать дважды. Стоило сразу позаботиться об удобстве работы в отнорке.

Тень и Легат вернулись через тридцать минут. К этом времени Мастер проковырял четыре из восьми скважин по контуру будущей сбойки "Сбойка" — ход, соединяющий две зоны выработок, развивавшиеся каждая по своему плану… Он отдыхал сидя у стены, и чувствовал, как пот градом катится по всем телу.

— Ты все точно угадал, — поспешил успокоить Мастера Легат. — У самого лифта мы нашли две упаковки пластита, но принесли только одну: слишком тяжелые, да и скользкие, заразы, из рук выскакивают. Хватит, или сразу пойти за второй?

— Хватит, — хрипло выдохнул Мастер. — У кого фляжка… Спасибо…

Напившись, гном вернул полегчавшую флягу Легату и попросил его:

— Тут в стене я сделал четыре нарезки. Найди их… Тень, твои шпионские навыки не подсказывают, из чего можно соорудить детонатор?

— Представь себе, подсказывают. — ухмыльнулся Тень. — Скрутим из пластита кишку типа зажигательного шнура, и мне не составит труда поджечь его излучателем. Если формула пластита стандартная, для буровзрывных работ, то шнур толщиной меньше сантиметра не взорвется, а будет гореть.

— Тогда давай, быстро крути его. Нужен длинный хвост, до самого главного хода, где рельсы.

— Я понял! — Тень вспорол упаковку, и принялся усердно отщипывать взрывчатку, которую тут же разминал в пальцах, превращая в длинную тонкую сосиску. По тупику распространился резкий запах пластмассы и почему-то чеснока.