Марина и Сергей Дяченко - «Если», 2000 № 07

Так же, как, на наш взгляд, и некоторые предложения организаторам. В частности, развести критику и публицистику по двум номинациям. Действительно, с точки зрения журналистики, это совершенно разные жанры. Выяснять, кто достойнее — стайер или спринтер — занятие бесперспективное, но когда спринтеру предлагают соперничать с прыгунами в высоту, оно становится и вовсе бессмысленным. Хотя, конечно, и то, и другое, и третье — легкая атлетика…

В рамках «Интерпресскона» прошли семинары. Темы были самые разные — от «капустника» до анализа серьезных проблем фантастической прозы, — так что каждый смог выбрать то, что диктовало ему настроение.

Вручение премий «Небьюла»

состоялось 20 мая в Нью-Йорке. Эта премия (наряду с «Хьюго») до сих пор остается самой престижной профессиональной премией в англоязычной фантастике, ибо вручается по результатам голосования членов Ассоциации американских писателей-фантастов за лучшие произведения года, предшествующего церемонии. Вот имена победителей:

в номинации «Лучший роман» — Октавия Батлер за роман «Притча талантов»;

в номинации «Лучшая повесть» — Тед Чан за повесть «История твоей жизни» (с ней российские читатели уже смогли познакомиться в «Если» № 2 за этот год);

в номинации «Лучшая короткая повесть» — Мэри Турзило за произведение «Марс — не место для детей»;

в номинации «Лучший рассказ» — Лесли Уот за рассказ «Сколько стоит сделать бизнес».

Победа в категории «Лучший сценарий» досталась режиссеру и сценаристу фильма «Шестое чувство» М. Найту Шьямалану.

«Великим Мастером» в этом году был назван Брайан Олдисс, а премию «Эмеритус» (вручается известному в прошлом автору, ныне отошедшему от активной творческой жизни) получил Дэниэл Киз, автор знаменитых «Цветов для Элджернона».

Очередными экранизациями классики

готовятся порадовать зрителей западные кинорежиссеры. Наконец-то обретет киновоплощение знаменитый метафизический триллер Умберто Эко «Маятник Фуко». Сам Эко очень долго сопротивлялся уговорам многих известных режиссеров (даже таких грандов, как Милош Форман и Стэнли Кубрик) и не давал согласие на экранизацию, ссылаясь на те неприятные чувства, что он испытал после просмотра киноверсии другого своего известного романа «Имя Розы». Однако компания «Fine Line Features» умудрилась все-таки уговорить писателя…

Сценарист Джим Тэйлор разработал для режиссера Спайка Джонза («Быть Джоном Малковичем») киноадаптацию рассказа Ф. Скотта Фицжеральда «Странный случай с Бенджамином Баттоном». Мелодраматическая история человека, в день своего пятидесятилетия ставшего «контрамотом», будет сниматься на студиях компании «Paramount Pictures».

Анакин найден!

Джордж Лукас за месяц до начала съемок второго эпизода «Звездных войн» наконец определился с кандидатурой исполнителя роли Анакина Скайуокера. Конкурс, в котором приняли участие более четырехсот молодых актеров, в том числе и знаменитостей уровня Ди Каприо, выиграл Хейден Кристенсен, 19-летний канадец, мало известный широкой публике. До этого он снимался в основном в сериалах и киноэпизодах.

Литературная премия «Высота»

за повесть «Зеленая карта» была вручена в конце мая киевским писателям Марине и Сергею Дяченко в Русском Культурном Центре столицы Украины. Учредителями премии являются газета «Зеркало недели», журнал «Радуга» и авиакомпания «Международные авиалинии Украины». Участниками конкурса стали 445 авторов из России, Украины, Израиля, Канады, Польши. Повесть «Зеленая карта» будет вскоре опубликована в «Радуге»; также ведется работа по ее экранизации.

«Бастион»

— так называется литературно-философская группа, организованная московскими писателями, историками, литературоведами. По словам участников, группа ставит перед собой задачу выстроить целостную картину прошлого, настоящего и будущего России. Литературный семинар при «Бастионе» возрождает традиции знаменитых «Малеевок». Недавно «Бастион» наградил призом московского писателя Олега Дивова, а дипломами — известного фантаста Владимира Михайлова и историка Николая Борисова.

In memoriam

12 мая скончался один из крупнейших отечественных исследователей фантастики Юлий Иосифович Кагарлицкий (1926–2000). Профессиональный литературовед и театровед, доктор филологических наук, профессор ГИТИСа, он стоял у истоков отечественной науки о фантастике. Первым из советских фантастоведов Кагарлицкий был награжден премией «Пилигрим», присуждаемой американской Ассоциацией исследователей научной фантастики. В историю жанра Юлий Иосифович вошел прежде всего как один из крупнейших мировых специалистов по творчеству Герберта Уэллса; до конца жизни он оставался вице-президентом Международного уэллсовского общества (Великобритания). Английскому романисту посвящены книги исследователя «Герберт Уэллс» (1963), «Вглядываясь в грядущее» (1989) и многочисленные публикации. Монография Ю. И. Кагарлицкого «Что такое фантастика?» (1974) вошла в анналы фантастоведения.

Борис Стругацкий:

«ОТВЕТ ОЧЕВИДЕН И ОДНОЗНАЧЕН»

Э. Геворкян: Борис Натанович, ваша триединая формула ЧУДО-ТАЙНА-ДОСТОВЕРНОСТЬ, на мой взгляд, носит универсальный характер. Возможно, вы сумели формализовать единые критерии художественности для искусства в целом. Ведь Чудо — это не только фантастический элемент, вводимый в повествование, но и заранее программируемая — возможно, неосознанно — установка на удивление читателя. Механизм психического восприятия чуда чем-то напоминает действие психотропного вещества наподобие алкоголя или наркотика, поскольку выводит потребителя из нормального состояния в состояние аффекта. Помнится, как произведения братьев Стругацких действительно вызывали в первом чтении экстаз, близкий к религиозному. Собственно, любое настоящее произведение искусства поражает, шокирует своей неожиданностью, необыденностью. Но вот какой возникает вопрос: чудо в «чистом виде» — не вызывает ли оно быстрого привыкания? Ведь единственный вид-род-жанр литературы, имеющий устойчивый контингент фанатов, — это фантастика, в которой чудо представлено в «очищенном» виде?

Б. Стругацкий: Формула ЧУДО-ТАЙНА-ДОСТОВЕРНОСТЬ возникла, нетрудно догадаться, как некая литературная реплика знаменитого (и мрачного) лозунга иезуитов — «чудо-тайна-авторитет». И с самого начала под словом ЧУДО подразумевалось у нас именно чудо: нечто невероятное, невозможное, абсолютно «несообразное с реальностью». Для нас ведь фантастика всегда была вторжением необычайного в обычное — в этом суть фантастики, соль ее, «патентообразующая формула», если угодно. Без чуда нет фантастики, как нет исторического романа без исторического фона или романа эпистолярного без переписки кого-то с кем-то, используемой как некий литературный прием. Поэтому я не стал бы распространять нашу формулу на всю беллетристику вообще, хотя при желании это действительно можно было бы сделать, лишь немного сместив акценты.