Сергей Байбара - Цветы на камнях

— Значит, претензий к обвиняемым не имеете? — спросил полицейский офицер Сенцова.

— Да нет… Если это не наш, какие могут быть претензии?

— Действительно, какие могут быть претензии?! — снова вскочил неугомонный горец в черном.

— Обвиняемый, вы пять минут помолчать можете? — скривился офицер

— Пять — нет! Две — могу.

— Значит, так и запишем, — сказал слуга закона. — «Грузинская сторона претензий к обвиняемому не имеет». А вы, господа? Вы имеете претензии к грузинам, — спросил он у Столярова.

— Никаких, кроме благодарности, — ответил раненый майор. — Грузины здесь ни при чем. Мы сами разберемся.

— Хорошо… — пробормотал полицейский. — «Осетинская Армейская фракция претензий к грузинской стороне не имеет».

Потом он пошамкал губами и спросил у Столярова, как бы, между прочим:

— А вы сами-то не представляете, кто мог вас … заказать?

— Пока не представляю, — соврал майор. — Будем думать.

— Подождите, — Сергея вдруг осенило. — А Хорошев?

— Что? — не понял офицер.

— Вчера в лагере осетин я стал свидетелем…

— Нет! Это исключено! — вдруг вскочил Столяров. — Считаем, что полковник Хорошев из Фракции Внутреннего Порядка ни в коем случае не может иметь отношения к этому грязному делу!

— Как же так, Дима? — изумился Сергей.

— Я еще раз заявляю! — повторил Столяров. — Полковника Хорошева мы даже не рассматриваем! К тому же он вчера находился у тоннельщиков.

Сергей ничего не понял. Ведь вчера в его присутствии Хорошев, гнида такая, угрожал и ему, и другим бойцам. Чуть не застрелил самого Столярова. Ведь он — единственный, у кого был повод! Почему же Дмитрий так яростно заступается за своего врага?

— Ясно…, — пробормотал офицер. — То есть, проводить расследование вы не требуете?

— Не требуем, — подтвердил Столяров.

— Ладно… Раз стороны не имеют претензий друг к другу, прошу подписаться здесь… и здесь…

… Когда вышли на улицу, Столяров вдруг накинулся на своего спасителя:

— Серега, мать твою, правдолюбец хренов! Тебя просили вспоминать про вчерашние дела?!

— А что я сказал? То что тебя вчера этот мент порешить хотел?! — возмутился Сергей. — Зря я им это сказал? Пусть убивает нахрен?!

— Зря! Им, — Столяров ткнул пальцем в дверь комендатуры, — об этом вообще знать не надо! Что будет, если заведут дело о причастности Хорошева? Если пойдут разговоры о конфронтации между нами и ментами, знаешь, что может случиться?! Была у нас уже одна свара полтора года назад! Фракции всегда враждуют, но когда враждуют армейцы и ВэДэшники, это уже прямая угроза безопасности рынка! Знаешь, что торгаши могут сделать?! Да просто рынок эвакуируют! Перенесут его к чертовой матери в другой город! В Джаву, например, или к Рокскому тоннелю, или вообще на север, куда-нибудь к Владикавказу! А нам что делать тогда?! Лапу сосать?! Ведь остатки Цхинвала только и держатся за счет этого базара! Если его переведут, нам можно пулю в лоб пускать!

— Так что же теперь?! Пусть Хорошев живет и радуется?!

— Серега, ты забыл, из какой страны ты уехал перед войной? Забыл?! Из той страны, где самый главный царь и бог, — это бандюган в погонах! Поздравляю тебя, Серега, ты вернулся на осколки этой страны! И ничего не изменилось!

Потом Столяров поостыл. Опустил голову:

— Ладно, Серега, ты прости меня за резкость. Ты-то здесь человек новый, непривыкший к местным реалиям! А за Хорошева не беспокойся. Разберемся, не впервой! Вы, кстати, тоже держите ухо востро! Если мусора этого киллера подослали, они не случайно его в грузинский прикид обрядили! Вас хотели подставить! А вдруг прокатит?!

— Спасибо, Дима! Будем иметь в виду, — заверил Сергей.

— А вообще-то, Серега, ты мне уже второй раз шкуру спасаешь! Спасибо тебе, Серега! — Столяров обнял Сергея и вдруг сказал:

— Знаешь, Серега… А что, если… Переходи к нам! А что?! Ты и Николаич! Переходите к нам! Да, я все понимаю, но… Ты пойми. Вы, русские, там — чужаки! Никогда русский человек на Кавказе до конца своим не станет, хоть он там сто лет проживет! Даже здесь, в Осетии, мы это ощущаем. А у вас, тем более, еще и пендосы заправляют! Ведь подставят вас при первой же возможности! Погубят ни за грош! Мы — русские, а русские должны держаться вместе!

— А Хорошев, — тоже русский? — переспросил Сергей.

— Да что ты с Хорошевым, со своим! — разгорячился Столяров. — Хорошев, — дерьмо! А с нами, армейцами, все будет в порядке!

— А жена?! Дети?! Кому мы здесь нужны, кроме тебя, ну, кроме Ивана и еще трех-четырех человек? Ты пойми, Дима! Вон Сенцов и другие бойцы, воевавшие в Афгане! Они, когда воевали под советским флагом, уже тогда были нахрен никому не нужны! А теперь?!

Столяров ничего не ответил, только вяло улыбнулся. Ответить ему было нечего.

В этот момент распахнулась дверь, и из здания вышли Сенцов, осетинские офицеры и сержант Гага. Сенцов что-то рассказывал им из своего боевого прошлого, вызывая всеобщий смех.

— Ну что, мужики?! — сказал седоусый десантник. — Пора по домам?

— Да уж… Насыщенный денек был!

— Дима, ты как? Плечо нормально?

— До свадьбы заживет, Николаич! — улыбнулся Столяров.

— На свадьбу-то пригласи, майор! — озорно рассмеялся Сенцов.

— Обязательно. Почтового голубя пришлем!

— Тогда давайте прощаться! Если что, обращайтесь. Мы, люди служивые, всегда друг друга поймем!

— До завтра! Завтра все равно на базаре увидимся!

Впервые за двадцать с лишним лет люди с российским триколором и грузинскими крестами пожимали друг другу руки, обнимались, улыбались. Столяров же подошел к молчаливому Гаге, протянул ему руку:

— Ну, до встречи. Спасибо за помощь, сержант! Как у вас говорят, гисурвэб царматэбас!

Гага помолчал. Посмотрел в глаза майору. Потом вздохнул, пожал ему руку и сказал:

— Щенц. Мадлобт дахмарэбисатвис!

— Чего он говорит? — спросил Столяров у Сергея.

— «И тебе удачи. Спасибо за помощь»!

Солнце клонилось к горизонту. Заканчивался второй день торговли. День тревожный, горький, но все же, немного добрый…

Глава 20

Мистер и миссис Ричардс

В небе над городом Хашури люди уже долгое время наблюдали кружение необычных летающих существ. В бинокль с крыши можно было увидеть, что эти существа имели длинные конечности, телосложение, отдаленно напоминающее человеческое. Но удивительнее всего было наличие у этих существ широких крыльев, напоминавших крылья летучих мышей.

Твари кружились по большому кругу над городом, будто высматривали кого-то. Люди на земле, задрав вверх головы, следили за непрошеными воздушными гостями. Резвившихся на улице детей матери на всякий случай уводили домой. Солдаты держали оружие наготове. Несколько американцев-военных забрались на крыши самых высоких зданий, кто-то из них уже прикидывал в уме расстояние до крылатых тварей, кто-то брал их на прицел.