Роберт Мак-Каммон - Кусака

Внимание девочки все еще было сосредоточено на котенке.

- Хорошенький, - сказала Дифин. Она пришла к выводу, что держит в руках молодую особь того же вида, к которому относилось и поджидавшее неподалеку существо, так же, как занятое ею самой тело принадлежало юной женской особи вида "человек". Она осторожно погладила тельце. - Хрупкая конструкция этот котенок.

- А?

- Хрупкий, - повторила она, поднимая глаза на Коди. - Разве так нельзя сказать?

Несколько секунд Коди молчал. У него пропал голос. Очень, очень странно, подумал он и осторожно ответил:

- Котята крепче, чем кажутся.

- Дочки тоже, - сказала Дифин, главным образом - себе самой. Она осторожно нагнулась и поставила котенка на то место, где нашла его. Старшее четвероногое немедленно схватило его за шкирку и убежало за угол дома.

- Э... как тебя зовут? - Сердце Коди опять учащенно забилось, по спине поползла струйка пота. Под мышками уже проступили мокрые круги: ночь была жаркая и душная. - Сэнди, правильно?

- Дифин. - Девчонка пристально смотрела на него.

- По-моему, я скоро созрею для психушки. - Коди пригладил пятерней спутанную шевелюру. Может быть, его приложили сильнее, чем он думал, и крыша у него съехала? - Ведь ты дочка мистера Хэммонда?

Она взвешивала правильный ответ на его вопрос. Маячившее где-то в вышине лицо этого человека покрывали странные пятна. Дифин заметила, что ее новый знакомец больше не злится: злость уступила место недоумению. Она понимала, что кажется ему такой же странной, каким он кажется ей. Что за диковина свисает у него со звукоприемной раковины, именуемой тут "ухом"? Почему одна зрительная сфера меньше другой? И что за молчащий теперь монстр с ревом вылетел на нее из мутной пелены? Загадки, загадки. Но Дифин не чувствовала в этом человеке ужаса, переполнявшего тех, с кем она бежала из разрушенного культового дома.

- Я избрала... - Как правильно перевести? - ...своим облачением эту дочку. - Она подняла руки, словно демонстрируя новое чудесное платье.

- Своим облачением. Угу. - Коди кивнул, широко раскрыв один глаз и подмигнув вторым, заплывшим. - "Ну, мужик, ей-ей, ты сделал мертвую петлю!" - сказал он себе. Перед ним как будто бы стояла дочка мистера Хэммонда, однако разговаривала она совершенно не по-детски. Разве что девчонка была не в себе... Коди в этом не сомневался: ведь кто-то из них двоих точно был не в себе. - Тебе надо домой, - сказал он. - Нельзя бродить по улицам одной - тут вон какая хреновина торчит.

- Да. Эка-пакость, - согласилась она.

- Точно. - Еще один медленный кивок. - Хочешь, я отведу тебя домой?

- О! - Девочка быстро втянула воздух. - О, если бы ты мог, прошептала она и посмотрела на зарешеченное небо. Тьма заявляла свои права на все ориентиры.

- Ты живешь на Селеста-стрит, - напомнил Коди. Он ткнул пальцем в сторону конторы ветеринара, от которой их отделяла всего пара кварталов. Там.

- Мой дом. Мой дом. - Дифин, раскрыв ладони, тянулась к небу. - Мой дом очень далеко отсюда, и я не вижу дороги. - Занятое ею тело дрожало, а под горным хребтом собственного профиля она почувствовала жар. Дело было не только в стремительном токе жизнеобеспечивающей жидкости по удивительной сети артерий, не только в согласованной с мозгом работе мышечного насоса. Глубоко внутри, в самом центре ее существа, тоска раскручивала воспоминания о родине. Рожденные серебристым перезвоном родного языка Дифин, пропущенные через человеческий мозг, они лились с языка земной речью. - Я вижу приливы. Я чувствую их: подъем, спуск. Я чувствую в этих приливах жизнь. Я чувствую своих родных. - Коди увидел, как тело девочки неприметно заколыхалось, словно повторяя ритм течений спектрального океана. - Великие города и мирные рощи. Приливы приходят из-за гор, катят по долинам и садам, где всякий труд - любовь. Я чувствую их. Даже здесь они касаются меня. Зовут домой. - Тело Дифин внезапно застыло. Она уставилась на свои руки, на пугающие отростки чужой плоти, и ужас действительности рассеял воспоминания.

- Нет, - сказала она. - Нет. Таким _б_ы_л_ мой мир. С этим кончено. Теперь приливы несут боль, а сады лежат в развалинах. Пение умолкло. Покоя больше нет, моя родина стонет в тени ненависти. В _э_т_о_й_ тени. - Она протянула руку к пирамиде, и Коди увидел, как пальцы "девочки" скрючились, а рука задрожала. Дифин закрыла глаза, не в силах вынести проносящихся перед ними видений. Когда она вновь подняла веки, перед глазами все расплывалось, их жгло, а вокруг них было мокро. Дифин поднесла руку к щеке, желая исследовать новую неисправность, и отняла заблестевшие пальцы. На кончике самого длинного висела нерастекшаяся капелька какой-то жидкости.

По рельефу лица в уголок рта сбежала другая капля. В ней Дифин ощутила вкус приливов своей родины.

- Ты не победишь, - прошептала она, не спуская глаз с пирамиды. Коди почувствовал, как внутри у него что-то сжалось, - в глазах пацанки горела такая сила, что делалось страшно: а ну как они нацелятся на него и его охватит пламя? - Я не дам тебе победить.

Коди не шелохнулся. Сперва он был уверен, что кто-то из них нырнул в Великую Жареную Пустоту, но теперь... теперь эта уверенность пропала. Должно быть, черную пирамиду привел пилот или какой-то экипаж. Возможно, и эта пацанка, прикинувшаяся дочкой мистера Хэммонда, была одной из них. В эту знойную, душную, безумную ночь все казалось возможным. Поэтому с языка у мальчика сорвался вопрос, который в любую другую из прожитых Коди ночей скрепил бы печатью его вечное пребывание в Великой Жареной Пустоте:

- Ты не... не тутошняя, да? В смысле... это... не с нашей планеты?

Сморгнув остатки пугающей сырости, Дифин грациозно повернула к нему голову:

- Нет. Не с вашей.

- Ух ты. - В горле у Коди застрял ком размером с баскетбольный мяч. Он не знал, что сказать. Девчонка бродила ночью одна и не знала, что такое котенок... теперь в этом появилось больше смысла. Но почему существо, так бережно и нежно обращавшееся с котенком, уничтожило вертолет? И если это пришелец из пирамиды, тогда что же роет ходы под улицами? - Твое хозяйство? - Парнишка показал на пирамиду.

- Нет. Это принадлежит... Кусаке.

Коди повторил:

- Кусаке... капитану, так, что ли?

Дифин не поняла, о чем речь, и сказала:

- Кусака - это... - И замялась, мысленно просматривая заложенные в память тома "Британской энциклопедии" и словарь. Через несколько секунд она отыскала выражение, которое на языке Земли точно передавало то, что ей хотелось объяснить: - Наемный охотник.

- За чем он охотится?

- За мной.

Понять так много сразу Коди было не под силу. Достаточно странно было столкнуться посреди Брасос-стрит с маленькой девочкой из космоса, но галактический наемный охотник внутри черной пирамиды - это уж было слишком. Боковым зрением Коди уловил какое-то движение, оглянулся и увидел двух кошек, которые шныряли вокруг чахлых кустов во дворе миссис Стелленберг. Еще одна кошка стояла на ступеньках крыльца и жалобно орала. Из куста примчались котята и принялись гоняться друг за дружкой. Время подходило к часу ночи, почему же кошки миссис Стелленберг разгуливали по улице?