Геннадий Тищенко - Операция «Гильгамеш»

— А я, признаться, думал, что он помер. Ведь у него рак был, в последней стадии. Ты когда его видела?

— Я не знаю, сколько времени прошло с тех пор. Это было вскоре после операции… Он тогда был… типа робота, с человеческой головой…

— Как же ты до такого додумалась? — Широков покачал головой. — Ведь это самый страшный грех, — лишать себя жизни!..

— Вы не представляете, Павел Иванович, как мне тогда тяжело было! Девять месяцев я жила ожиданием, а потом ребёнка у меня забрали и наступила пустота…

— Как же тебя вылечили? — Широков покачал головой.

— Сама не знаю… У меня шрам на шее. Круговой. Наверное, поэтому Аркадий Петрович приготовил для меня водолазку. Чтобы воротник шею прикрывал… — Алла оттянула воротник водолазки и продемонстрировала широкий багровый шрам.

— Понятно… — Павел Иванович подошел к своему столу и нажал кнопку вызова.

В кабинет вошел Саша Бугров и оторопел.

— Отдаю на твое попечение, — сказал Широков. — Накорми, купи всё, что нужно из одежды, и вообще…

Эпилог-2.

2018 год. Июль

Ранним утром, Андрей заехал в гости к Виктору, который вернулся на юг, к тренерской работе в «Дайвинг-клубе». В последние годы вместе с ним жила Розалия Николаевна, окончательно переехавшая к своему бывшему оппоненту.

— В Аркадии проснулось нечто вроде отцовских чувств к своему донору, — рассказывал Андрей, сидя за столом, накрытым Розалией Николаевной. — Он даже занялся его воспитанием и обучением…

В честь приезда Андрея на веранду был вытащен старинный самовар и вишневое варенье, впервые в жизни приготовленное Розалией Николаевной.

— Неужто и он прозрел? — Виктор Киселев с сомнением покачал головой.

— Он и раньше терзался, осознавая бесчеловечность подобного решения проблем. Потому и метался между нами и Брижинским. Говорят, ему создали фантастически сложную систему жизнеобеспечения… Нечто вроде очень навороченного робота… Так что теперь, став киборгом, Завеса ещё всех нас переживет…

— А что с Брижинским? — довольно спокойно спросил Виктор.

— Ему срок дали. Правда, условно. Адвокатом Брижинского был господин Варновский, которого мы посещали в начале нашего расследования по делу об исчезновении женщин… По решению суда Клиника превращена в пансионат, в котором бывших доноров пытаются превратить в нормальных людей.

— К счастью, появились новые методы клонирования органов, — Розалия Николаевна, сделала вид, что не замечает нетерпеливости Андрея. — Их можно восстанавливать из стволовых клеток, изъятых из пуповины при рождении человека. Стволовые клетки можно хранить в замороженном виде хоть десятки лет, а когда человек постареет… Короче, нам, увы, данный метод уже не поможет, но вот грядущим поколениям…

— Только не углубляйся в свои любимые стволовые клетки, — вклинился в разговор Виктор. — Не видишь, человек торопится?

— И с этим человеком я связала свою судьбу! — Розалия Николаевна нежно поцеловала Виктора в щеку.

— Про Ингу ничего не слышно? — после некоторого молчания спросил Виктор.

— Она изредка связывается со мной по телефону и Интернету, — Андрей усмехнулся. — Говорит, что скучает, но не может бросить эксперименты…

— И с нами она связывается редко. А ведь Витя так скучает по мамке! Но ничего… Он у нас скоро и деда, и мамку за пояс заткнет!..

— По поводу деда — согласен, а вот с мамкой, думаю, тягаться будет труднее, — сказал Виктор-старший.

— А что, Инга теперь действительно может часами находиться под водой? — спросила Розалия Николаевна.

— Ну… если верить газетам и интернету… Из сообщений следует, что она, в принципе, может вообще под водой жить. То есть постоянно…

— Я хочу знать о том, что известно тебе…

— Ну, похоже, это правда… — Андрей пожал плечами. — Мне кажется: с ней я скоро тоже стал бы ненормальным… Вы простите, но я ведь всего на несколько минут…

— Вот так, прямо сейчас, и поедешь? — всполошилась Розалия Николаевна.

— Скоро отпуск у меня намечается. А пока: «наша служба и опасна и трудна»… — пропел Андрей начало популярной некогда песни. — А если серьезно: вчера из Штатов Вайс звонил. Говорит, в Техасе подпольную клинику обнаружили. В качестве суррогатных матерей, у них нелегальные мексиканки задействованы…

— Едешь делиться опытом?

— Не столько делиться, сколько обмениваться… — Андрей начал спускаться вниз по деревянным ступенькам. — Заодно непутевой мамке привет от сына передам. Как у него с учёбой?

— В этом году школу закончит экстерном, — с гордостью сказала Розалия Николаевна. — Хочет поступать, на факультет биоинженерии…

В это время недалеко от берега, из-под воды появилась голова в маске.

— А вот и он, — Розалия Николаевна встала с шезлонга и помахала рукой.

Пловец, тоже замахал руками.

— Папка! — раздался мальчишеский голос. — Ты надолго?

— Прости, но пока — проездом! — прокричал Андрей. — А вот через пару недель приеду на целый месяц!..

Вскоре он уже обнимал мокрого сына, повисшего у него на шее.

Витя выглядел обыкновенным двенадцатилетним мальчишкой. И похож он был больше на Ингу, а не на Андрея.

— Я судно нашёл, — сообщил мальчик. — На семидесятиметровой глубине.

— Без акваланга? — Андрей погладил сына по белокурой голове.

— А для чего же мне жабры? — мальчик огляделся по сторонам и, убедившись, что поблизости нет посторонних, закрыл глаза.

— Не торопись, — предупредил его Виктор-старший. — Помнишь, как я учил?

Когда Андрей вновь обернулся к сыну, на шее мальчика и в верхней части его груди уже прорезались жаберные щели.

— Всё, достаточно!.. — предостерёг мальчика Виктор-старший. — Засушишь!

— Этот процесс я научился чётко контролировать, — мальчик открыл глаза и, спустя несколько секунд, жабры стали почти незаметны.

— Я вам маски привёз, — Андрей кивнул в сторону джипа. — Какие-то особо навороченные… — он вытащил из кармана ключи от машины и отдал сыну.

— Я мигом! — крикнул вундеркинд и помчался к джипу.

— Может быть всё-таки задержишься? — Розалия Николаевна подошла к Андрею и обняла его.

— Нет, мне действительно надо ехать, — сказал Андрей. — Что показали последние анализы?

— Всё нормально, — успокоил Андрея Виктор. — Взрослеет мой тёзка так же, как и остальные дети. Честно говоря и мечтать не мог, что у меня такой внук будет…

— Новая модификация вида Гомо Сапиенс? — спросил Андрей. — Так сказать, Гомо Акватикус?