Сергей Спящий - Наташа и будущее

— Блин, Новосибирск! — шёпотом возмутилась Ташка — А если бы кто-нибудь увидел?

— Доброе утро Наташа— сказал искусственный интеллект — Я выбрал момент когда никто не смотрел в эту сторону. Почему скачешь по площади как мячик при игре в теннис?

— Ой, Новосибирск, ты не представляешь— вздохнула Ташка — И больше пожалуйста так не шути.

Развернувшись Ташка пошла через площадь к институту: —Раз уж ты здесь, хочу задать один вопрос…

— Конечно, я весь внимание. Семь тонн электроники и внимания. Кстати, ты слышала о первых всесоюзных соревнованиях? Впрочем сначала вопрос, давай говори— этим утром Новосибирск казался весёлым, взволнованным и несерьёзным как человек. Неужели хочет участвовать в соревнованиях?

— Что такое любовь? — спросила Ташка едва шевеля губами — То есть я знаю определение, теоретическую и практическую части. Но то, что я чувствую по отношению к Петьке или к Егору, это любовь или нет? Оно не кажется мне любовь. Я ожидала большего. Но может быть не стоит требовать много и сразу?

Интеллект молчал, как показалось Ташке, растерянно. Впрочем, скорее всего, растерянна была как раз она, а Новосибирск просто молчал, ничего не говорил.

— Прости, я не должна была задавать вопросы без ответа— сказала Ташка — Ты говорил, что такие вопросы тебе неприятны как скрип ногтя по стеклу, извини. Но мне пора на работу. Всё, пока. Я вхожу.

Она вошла в здание института и канал связи с искусственным интеллектом оборвался.

Задумчивая молодая женщина кивнула столкнувшись в коридоре с Ташкой: —Доброе утро.

— Без сомнения— согласилась Ташка — Без сомнения утро. Но я ещё не поняла доброе оно или не очень.

Женщина улыбнулась: —Поторопись, у тебя мало времени. Утро вот-вот закончится.

— Тогда я побежала— ответила Ташка, но вопреки словам неторопливо и спокойно, как и полагается старшему научному сотруднику ведущей лаборатории, пошла по коридору.

В лаборатории творился «бедлам и столпотворение» — по словам руководителя лаборатории Ивана Александровича. Он так и сказал: —Что за бедлам и столпотворение вы здесь устроили?

На этаже, где работала Ташка сотрудники азартно и со вкусом обсуждали последние новости. Говорили о выставленном Империей ультиматуме, обсасывали известие о проведении «всесоюзных соревнований». При этом никто не знал больше чем было написано на новостных порталах, но каждый хотел высказаться и только редкие одиночки погрузились в работу. Впрочем официально рабочий день ещё не начался. Времени было без тринадцати минут девять часов утра. Поэтому Тищенко Иван Александрович грозно вопросив о причинах бедлама и столпотворения смягчился и добавив, что будет у себя, прошёл через общую комнату в свой рабочий кабинет.

Не успела за руководителем лаборатории закрыться дверь как разговоры возобновились. Сквозь прикрытые наушниками уши можно было услышать обрывки: —… вот я тебе скажу… Геннадий, ты не прав… слабы империалисты против союза тявкать!.. Москва победит, я люблю свой город и его интеллект, но Москва победит на соревнованиях, без вариантов… не сбрасывай со счетов белковые команды. Модики-вычислители последней серии, когда объединяются в кластер, способны на равных соперничать с любым интеллектом… Ну ты и сказанул «белковые команды»!… последней серии, это дети что ли?… император щёки дует. Грозный вид, а на деле пшик. Последнее китайское предупреждение, слышал?… без обид Ли Сэнь, я китайцев привёл только для примера…. так насчёт модиков-вычислителей, это ещё что за птицы? Да прекрати тыкать меня локтём!.. Тихо оратор, то о китайцах рассуждать начинаешь, то о модиках. У нас в лаборатории собственный модик имеется. Доброе утро Наташа, ты уж не обижайся пожалуйста.

— Здравствуй Артём, я не обижаюсь. Всем доброе утро— взяв со стола планшет Ташка вчиталась в данные отражающие динамику развития подкорректированной модели. Примерно на третьей минуты чтения она поняла, что данные оказались совершенно не те, но весьма похожие внешне на нужные. Кто-то взял оставленные ею вчера планшет и положил на его место другой. Собираясь повторно запросить динамику из Сахалинского инкубатора искусственных интеллектов Ташка направилась к себе. Как у старшего научного сотрудника у неё был собственный рабочий кабинет, что весьма нравилось Ташке. Особенно в такие дни как сегодня, когда без малого пять десятков сотрудников из четырёх комнат активно эксплуатируют голосовую коммуникацию — проще говоря молотят языком так, что собственные мысли с трудом слышишь.

Размышляя о недостатке инкубаторов для интеллектов действующих ровно до тех пор пока в них не вырастит первый полноценный искусственный разум. А потом всё, переноси инкубатор на несколько сот километров. И вместе с инкубатором всю сопутствующую инфраструктуру — жуть как неудобно. Поэтому после нескольких удачно выращенных интеллектов было принято решение построить постоянный инкубатор, а вывозить как раз пророщенные в нём интеллекты. Между прочим это также не просто. Нужно вывести не только суперкомпьютер с интеллектом, сам по себе весящий несколько тонн, но и источники питания для суперкомпьютера и множество предохранительных и дублирующих систем потому, что малейший сбой в работе сложнейшей электронике означает жесточайшие, непередаваемые страдания, а возможно и смерть, для разумного существа, чего разумеется никак нельзя допустить. Передать интеллект по каналам связи нельзя, не придумали ещё настолько скоростные каналы. Только прямая сверхскоростная передача из памяти в память между суперкомпьютерами, но и это, как говорят интеллекты, для них сходно с игрой в рулетку с представленным к виску стволом револьвера — заранее не знаешь выпадет чёт или нечет. Поставленная перед лабораторией задача заключается в сокращении «аппаратных требований» для новорождённых интеллектов при сохранении всей их интеллектуально-вычислительной мощности. Они много добились и собственно только благодаря последним разработкам лаборатории стало возможно построить стационарный Сахалинский инкубатор и доставлять новорождённые интеллекты к местам их проживания-работы, а не переносить инкубатор и сопутствующую инфраструктуру каждый раз. Но всё равно — сделано слишком мало. Можно добиться гораздо больше, пример находится перед глазами и зовётся Кассиопей. Есть только одна проблема — Кассиопея сама не знает почему и отчего она такая как есть.

Стоило вспомнить и она уже здесь. Лучший и бессменный старший научный сотрудник лаборатории по разработке искусственных интеллектов, работающий двадцать четыре часа из двадцати четырёх, интеллект Кассиопея. Если другие интеллекты играли со своим графическим представлением постоянно пробуя новые и новые образы, то Кассиопея как впервые примерила Ташкину внешность, так и придерживалась её с упорством фанатика.