Грег Бир - Академия и хаос

— Ста тысяч человек для этого хватит?

— Нет, сэр, — мягко возразил Гэри. — Этого слишком мало.

— Вы уверены?

— Прошу вас принять во внимание, ваша честь, что население Трентора составляет более сорока миллиардов человек. Кроме того, учтите, что тенденция к распаду охватывает не только Трентор, но и всю Империю в целом, а в Империи проживают около квинтиллиона человек.

Поверенный сделал вид, что задумался.

— Понятно. Тогда, вероятно, сто тысяч ваших сотрудников смогут хоть как-то противостоять разрушению, если и они сами, и их потомки будут работать над этой проблемой в течение пятисот лет?

Поверенный с плохо скрытым любопытством взглянул на Гэри.

— Боюсь, что нет, — покачал головой Гэри. — Пятьсот лет это слишком непродолжительный промежуток времени для решения такой глобальной проблемы.

Похоже, адвокат только такого ответа и ждал.

— Ну-ну, — удовлетворенно произнес он. — В таком случае, доктор Селдон, из всех ваших заявлений можно логически вывести следующее: вы собрали сто тысяч человек для работы над вашим Проектом, однако этого явно недостаточно для того, чтобы изменить ход истории Трентора за пятьсот лет. Другими словами, ваши сотрудники не в состоянии предотвратить упадок, как бы упорно они ни трудились.

Гэри думал о том, что вопросы поверенный задает ужасно непродуктивно. Он негромко ответил:

— К моему величайшему сожалению, вы правы, ваша честь. Мне бы хотелось…

Однако поверенный не намеревался дать Гэри возможность продолжать.

— Но, с другой стороны, собранные вами для работы над Проектом люди не занимаются ничем противозаконным, нелегальным?

— Совершенно верно.

Поверенный сделал шаг назад, на несколько секунд задержал на Гэри полный притворного добродушия взгляд и проговорил медленно, со злорадным удовольствием:

— В таком случае, доктор Селдон, — только прошу вас, обдумайте свой ответ самым старательным образом, ибо нам нужен только обдуманный ответ… — Неожиданно он выбросил вперед руку и ткнул в Гэри взыскующим перстом с великолепным маникюром. — Какова цель работы ста тысяч ваших сотрудников?!

Голос поверенного прозвучал визгливо, хрипло, скрипуче. Казалось, что до этого момента он как бы темнил, таился, а теперь вышел из засады и был уверен, что ловко забросил сеть и загнал Селдона своим вопросом в угол и теперь у того нет положительно никакой возможности предоставить суду хоть сколько-нибудь убедительный ответ.

Присутствовавшие в зале Пэры Империи, судя по всему, нашли эту эскападу весьма убедительной. Они разжужжались, словно пчелиный рой, а комитетчики — все как один — склонились к столу и вперили в Гэри торжествующие взгляды. Все, кроме Линь Чена. Тот только еле заметно облизнул губы и прищурился. Гэри заметил, что Чен лишь мимолетно взглянул на него, но более никоим образом своей реакции на вопрос поверенного не выдал. Похоже, он искренне скучал.

Гэри ощущал некоторую долю сочувствия к Чену. Тому, по крайней мере, хватало ума осознавать, что вопросы поверенного падают на абсолютно бесплодную почву. Гэри ждал, пока в зале наступит тишина. Он тоже знал, как верно разыгрывать сценарий этого спектакля.

— Цель работы моих сотрудников состоит в том, чтобы свести к минимуму последствия упадка, — произнес Гэри четко, но негромко.

Тактику он рассчитал верно. Комитетчики и аристократы мгновенно умолкли и теперь пытались обдумать его ответ.

— Я плохо расслышал вас, профессор Селдон, — проговорил поверенный, наклонился, сложил пальцы чашечкой, прижал ладонь к уху.

Гэри повторил свой ответ — слово в слово, громко, сделав ударение на слове «упадок». Буи снова скривился.

Поверенный выпрямился, оглянулся на комитетчиков, обвел взглядом аристократов — так, словно надеялся встретить в их взглядах подтверждение своим подозрениям.

— Точнее, профессор Селдон. Что вы имеете в виду?

— Объяснение элементарно.

— Готов поспорить, что это вовсе не так, — заявил поверенный.

Аристократы зашептались, начали посмеиваться. Гэри на провокацию не поддался, но не проронил ни слова, пока поверенный наконец не изрек:

— Прошу вас, продолжайте.

— Благодарю вас, ваша честь. Будущее разрушение Трентора — не изолированное событие, стоящее в стороне от всей истории человечества. Оно станет кульминацией сложнейшей драматической коллизии, возникшей несколько столетий назад, развитие которой все ускоряется. Я имею в виду, господа, полный упадок и разрушение всей галактической Империи.

Перешептывание аристократов перешло в возмущенный гул. Им вторили и комитетчики. Все они были связаны договорами и даже брачными узами с родом Ченов. Именно на это и рассчитывал поверенный — он надеялся разжечь зов крови, а пролить намеревался кровь Гэри, и пролиться она должна была, согласно расчетам поверенного, из уст самого Гэри, и никак не иначе.

Поверенный, как бы потрясенный до глубины души этим заявлением, произнес, пытаясь перекричать разбушевавшуюся публику:

— Значит, вы открыто заявляете, что… Но его слова потонули в общем хоре:

— Измена! Измена!! — вопили Пэры Империи многоголосым стаккато.

«Вот и скуке конец, — подумал Гэри. — Как развеселились!» Линь Чен выждал несколько мгновений, держа в руке поднятый молоток. Затем медленно опустил его. Раздались два мелодичных удара имитатора судейского гонга. В зале стало тихо, только некоторые вельможи позволили себе еще немного поерзать и пошептаться.

Поверенный вложил в свое следующее высказывание профессиональное изумление:

— Осознаете ли вы, доктор Селдон, что говорите об Империи, история которой насчитывает двенадцать тысячелетий, за плечами которой превратности судьбы многих и многих поколений, благие порывы и любовь квадриллионов людей?

Гэри ответил медленно и внятно — так, словно перед ним были не взрослые люди, а несмышленые детишки:

— Прекрасно осознаю. Мне известно как теперешнее состояние Империи, так и ее прошлое. Не желая проявить неуважение ни к кому из присутствующих, скажу, что мне все это известно намного лучше, чем любому из них.

Некоторых из Пэров слова Гэри все-таки, похоже, задели. Чен поспешно призвал зал к порядку ударом в гонг. Тишина наступила полная — даже ерзанье прекратилось.

— И вы предсказываете разрушение всей Империи? — осведомился поверенный.

— Мое предсказание основано на математических расчетах. Здесь нет никаких личных суждений, соображений морали. Я и сам не рад, поверьте, ваша честь, что все складывается именно так. Даже если предположить, что Империя плоха на сегодняшний день, состояние анархии, которое неизбежно наступит в ней после распада, будет во много раз хуже. Именно с угрозой анархии и призван бороться мой Проект. Падение Империи, господа, — катастрофа, противостоять которой чрезвычайно трудно. Империей правит бюрократия, и ее власть все более усиливается. Всякая инициатива снизу пресекается, воздвигаются кастовые барьеры, задыхается научный поиск, и прочее, и прочее. Повторяю: это слишком непостижимый и грандиозный процесс для того, чтобы его можно было остановить.