Ольга и Сергей Бузиновские - Тайна Воланда

Повторяющиеся символы — первое, что должен отмечать дешифровщик.

Он ищет невидимый порядок в видимом хаосе. Сталь по-гречески —

«адамас». А полная дешифровка этой коллективной криптограммы такова: Адам — «машина», «перевозочное средство». В «Золотом теленке» Бендер

рассказывает притчу о советских комсомольцах Адаме и Еве. Он же говорит:

«Автомобиль — не роскошь, а средство передвижения». «Антилопа-гну» —

«адамическая» машина: имя владельца — Адам Козлевич. «…В городе

Арбатове появился первый автомобиль. Основоположником автомобильного

дела был шофер по фамилии Козлевич». Четкая параллель: первый человек

— первый автомобиль — животное (Козлевич). Иначе говоря — «живая

машина»,

пьющая,

подобно

булгаковскому

Бегемоту,

какой-то

необыкновенный бензин. А что предлагает Бендер Адаму Козлевичу?

Большую железную бочку с авиационным бензином!.. «Вам нравится

авиационный бензин?»

Из реки можно пить, — и по ней же легко добраться до соседних селений

и городов. Наверное, это и есть «перевозочное средство» для путников но

Вселенной — ветвящийся трубопровод, дающий «возможность передвигаться

в нем, почти мгновенно достигая любой точки нашей вселенной».

«Стоило мне перед сном потушить лампу в маленькой комнате, как мне

казалось, что через оконце, хотя оно и было закрыто, влезает какой-то спрут

с очень длинными и холодными щупальцами». Он кажется чернилами, в

которых можно захлебнуться. И далее: «Проснулся я от ощущения, что спрут

здесь». В словах булгаковского «мастера» (в действительности это был

иностранец) скрыта тайна «первой трубы», по которой поступает «топливо»

для планетарной машины. «Единственный живой» Воланд, склонившийся над

глобусом — «ноосферный» Адам Кадмон, единый и неделимый с

миллиардами человеческих существ. Наша кровь — Его кровь. Она «ушла в

землю» — в символическую Голгофу, в «адамову голову», в череп, который и

есть наша планета. Лысый Череп. В этой чаше кровь загадочным образом

пресуществляется и возвращается к своему истоку, из которого пьет

человечество: «И там, где она пролилась, уже растут виноградные гроздья».

Кровь — в вино…

Что же течет на Землю? Не та ли огненная мазь. которую

многозначительно втирают в больную ногу Воланда? Подсказка есть: глобус,

«с одного бока освещенный солнцем», и «сожженное солнцем» лицо

Воланда. А какое масло разливает Аннушка — перед тем, как пролиться

крови? Подсолнечное! Перечитайте то место, где Бегемот сбегает от

чекистов: в одном предложении упомянуты две трубы — водосточная и

дымовая (вниз и вверх). Намек на «неразлучную парочку»? Левиафан —

низводит на Землю невидимое «подсолнечное масло», порождающее

органическую жизнь. То есть — библейского бегемота, тварь Божью (Воланд

о Бегемоте: «Убить проклятую тварь!»), которая пьет эту огненную жидкость

и купается в ней. Затем «…кот смылся в заходящем солнце, заливавшем

город».

Солнечное масло «заливает город», и от этого у Берлиоза было «что-то

вроде галлюцинации». Кто же сгустился из знойного воздуха?

«Левиафан»-Коровьев, жизнедатель. Иначе говоря. в излучении светила

присутствует

какой-то

загадочный

компонент,

управляющий

материализацией того, что мы полагаем объективной действительностью.

Чтобы нам стала понятнее роль труб, питающих Землю «солнечным маслом», Булгаков завершает бал Воланда этой картиной: «Колонны распались, угасли

огни, все съежилось, и не стало никаких фонтанов, тюльпанов и камелий».

То же самое происходит в Варьете: материализовался и исчез «дамский

магазин».

(Не напоминает ли это «Солярис»? Загадочная планета Станислава Лема

тоже «лепит гомункулов» — абсолютно точные копии давно умерших людей.

Латинское слово «солярис» — «солнечный». Нетрудно догадаться, что

«фантаст» Лем имеет в виду наше светило).

Солнце не просто большой калорифер — это управляющий центр

«материализации духов и раздачи слонов». Такая мысль прослеживается на

многих алхимических гравюрах Средневековья. Вот один из сюжетов: человекоподобный гигант высится над миром людей, голова его — солнечный

диск, руки — лучи, а ноги — толстые трубы. Мистический Адам Кадмон.

(О.Бендер: «Вы знаете. Адам, новость — на каждого гражданина давит столб

воздуха…»). О «тайном огне», исходящем от Солнца, писали алхимики. Они

предупреждали, что без этой незримой субстанции, называемой также

«огненным маслом», не получится никакое превращение. Не потому ли масло

настойчиво упоминается в текстах бартиниевских учеников? Воланд

предупреждает, что «Аннушка уже купила масло». О.Бендер интересуется: не на машинном ли масле готовится обед для старушек? Воробьянинов "…еще

неясно представлял себе, что последует вслед за получением ордеров, но

был уверен, что тогда все пойдет как по маслу: «А масломЮ — почему-то

вертелось у него в голове, — каши не испортишь». В начале первого романа

Остапу снится заведующий Маслоцентром, в конце второго Бендер подарил

Адаму новый… маслопроводный шланг! А эти слова мы прочитали в

гурджиевском предисловии к книге «Все и вся»: «Надо мной была

произведена церемония великого посвящения в Братство по изготовлению

масла из воздуха».

12. «ПО ЭТОЙ ДОРОГЕ, МАСТЕР, ПО ЭТОЙ!..»

О чем думает голодный герой повести «Понедельник начинается в

субботу»? О бутерброде с маслом… А что он получает в избушке на курьих

ножках? Картошку с топленым маслом… На другой день будущий маг

залезает под машину с масляным шприцем в руках. Перед этим он видит

стенд «Развитие идеи философского камня» и слышит фразу, никак не

связанную с сюжетом: «Прозрачное масло, находящееся в корове, не

способствует ее питанию, но оно снабжает наилучшим питанием, будучи

обработано наилучшим способом».

Подобные вещи можно лишь угадать, — без малейшей надежды на то, что кто-нибудь одобрительно похлопает тебя по плечу или хотя бы молча

кивнет: верной, мол, дорогой идете! Но допустим, что мы поняли правильно: река «огненного масла» течет на Землю, питая все живое. Невидимый поток

можно сконцентрировать в определенной точке мозга — для того. чтобы

пробудить забывшего себя «филиуса». Не так ли действует Философский

Камень, называемый также «Тинктурой Адептов»?