Алекс Карр - Сфера Танатоса

Если человек проявляет хоть какой-то интерес к новым знаниям, то до определённого, но при этом довольно высокого уровня он может получить их совершенно бесплатно. В школу начальной ступени, дающую не только начальное, но и общетехническое образование, позволяющее получить хорошо оплачиваемую работу, принимают людей любого возраста, да, и дальнейшее образование не является привилегией только состоятельных граждан. Платное образование, это удел тех людей, которые ставят перед собой большие планы и это тоже особый разговор. Ну, а бесплатное образование человек в современном обществе может получить следующим образом:

1). Классические учебные заведения. Это широкий спектр учебных заведений начиная от дошкольных образовательных учреждений и заканчивая институтами, университетами и академиями. Полный цикл классического образования может занимать до семидесяти пяти лет в некоторых мирах, таких, как Лекс, Руссия, Мидор. Каких-либо особых преимуществ классическое образование перед всеми остальными формами обучения не имеет, а в некотором смысле его очень часто и вполне заслуженно критикуют.

2). Гипнопедические учебные заведения. Их спектр несколько уже, так как дошкольное образование и школа для людей детско-юношеского возраста из него исключены. Гипнопедию разрешают применять только с двадцатилетнего возраста, хотя никаких медицинских противопоказаний для гипнопедии учёные так и не обнаружили. Обычно гипнопедию применяют в комплексе с классическим образованием и она даёт превосходные результаты, хотя некоторые снобы и считают её ущербной. Правда, кого ни спроси, никто так тебе и не скажет, в чём же заключается эта ущербность? Полный цикл гипнопедического образования составляет в среднем двадцать пять лет и на финише человек становится чрезвычайно широко образованным учёным-исследователем.

3). Сенситивные учебные заведения. Ранее они имелись только в варкенских кланах и о них в галактике слагались легенды. Ещё бы, где ещё вы сможете всего за каких-то три, четыре года усвоить такой же объём знаний, который вам даёт самый лучший университет смешанного типа за двадцать пять, а то и все тридцать лет? Правильно, нигде. Теперь, когда в галактике узнали о всех галанских чудесах, галанские сенситивные училища стали очень популярны и в них поступают даже давно признанные светила современной науки и в этом нет ничего удивительного. Только в них вас научат техникам научно-исследовательских медитаций.

(Из рассказа Стинко о том, чему и как учат в галактике)

Рассказ Оливера Стоуна

Как только Юм предложил Оливеру Стоуну рассказать императору галактики, что подвигло его на такие труды, тот улыбнулся, вежливо склонил голову и ответил:

– Юм, в это нет ничего удивительного, ведь я по профессии фортификатор. Кому, как не мне, человеку, отдавшему военной службе полторы тысячи лет, думать о том, как самым наилучшим образом защитить родную планету? Чтобы вы могли лучше понять историю моей жизни, которая хотя и кажется такой долгой, всё же гораздо короче, я расскажу вам сначала о том, как я познакомился с Эмилем Борзаном. Произошло это так. Отслужив в военном космофлоте ровно полторы тысячи лет, я решил выйти в отставку и найти себе какое-нибудь новое занятие. За годы службы я побывал практически во всех мирах Содружества Терры. Доводилось мне бывать и на Новой Атлантиде и я даже имел там друзей. В основном таких же молодых людей, как и я сам, что и не удивительно. Когда люди живут по сто шестьдесят тысяч лет, то они волей неволей начинают общаться с теми, кто имеет примерно одинаковый с ними возраст.

Джейн Коллинз усмехнулась и подтвердила:

– О, да, старые грымзы действительно либо тянулись к совсем юным созданиями, либо друг к другу.

Оливер улыбнулся и продолжил:

– Я находился, можно сказать, в критическом возрасте. – Если император и те, кто моложе его, удивлённо вскинули брови, то Удугу Бхор и Джейн Коллинз закивали головами и Оливер немедленно пояснил – Мне исполнилось тысяча пятьсот двадцать девять лет, я прослужил в армии полторы тысячи лет, не меняя флага, в её инженерно-техническом корпусе, дослужился до звания генерала армии, но при этом вся моя служба прошла в стенах одного и того же здания, в Главном научно-исследовательском проектном институте военно-космических сил Терры. Более того, мой послужной список оказался очень коротким, ведь я последовательно прошел путь от рядового до главного конструктора и в моём подчинении никогда не находилось больше пяти сотен человек. Зато и я сам, и мои коллеги считали меня корифеем фортификации, непререкаемым авторитетом, но при этом в больших научных кругах на меня смотрели, как на зелёного юнца. Ещё бы, ведь в академиях, в том числе и военных, командные посты частенько занимали старцы в возрасте по сто двадцать, сто пятьдесят тысяч лет. Подойдёшь к такому с каким-нибудь изобретением и выясняется, что новое, это просто хорошо забытое старое.

Долгое время меня это нисколько не задевало, но фортификация, как наука, тесно соприкасается с многими другими науками, а потому я то и дело сталкивался с ироническими улыбками прославленных учёных и вот почему. Не знаю, как сейчас, но в то время считалось, что сидеть более двухсот пятидесяти лет в какой-то одной дисциплине, это смерть для учёного. Поэтому в то время все те молодые люди, которые стремились стать учёными, в моём возрасте ещё оставались студентами, последовательно погружаясь в одну науку за другой, но не изучая её более пятидесяти лет и не покидая стен университета всё это время. Поступая двадцатилетним юношей в военную академию, я изначально хотел сразу после её окончания, как только получу погоны инженер-лейтенанта, приступить к несению службы в стенах проектного института и именно так и сделал, хотя и имел возможность продолжить обучение. Правда, непонятно за чем. Космодесант в то время остро нуждался в мобильных передовых укреплениях, которые можно устанавливать за считанные минуты и я ещё будучи курсантом разработал несколько оригинальных проектов.

Собственно именно благодаря двум проектам, ранцевому, переносному силовому брустверу "Крепость" и сапёрной тахионной гранате "Окоп", которые, после полевых испытаний, уже через год пошли в серию и были приняты на вооружение во многих десятках миров, меня и приняли в проектный институт. Уже через каких-то четыре года меня наградили орденом "Мужества" за то, что мои "Окопы" и " Крепости" спасли от полного уничтожения целую дивизию космодесанта во время боестолкновения на Харизме, где сошлись интересы Терры и Лады. Отстаивая свои права на эту планету, военный космофлот Терры демонстративно высадил на ней космодесантную дивизию, но без тяжелого вооружения. Ладиане отреагировали мгновенно и уже через шесть часов на высадку пошла их бронетанковая дивизия, ну, а у нас, терранцев, имелась вредная привычка, всегда стоять насмерть. У ладиан имелись все основания праздновать победу, но и космос-полковник Смирнов тоже отреагировал мгновенно.