Джулия Чернеда - Тысяча имен для странника

— Я уже поняла, что нужно запасаться впрок, пока можешь, — проговорила я, когда в меня уже ничего больше не могло влезть. — Спасибо, женщина из Клана.

Она потемнела лицом.

— У меня есть имя.

— Прости, Раэль, — искренне извинилась я. Пока я видела от нее только добро, а взамен она не потребовала ничего, даже объяснить мое поведение, которое явно было для нее источником постоянных страданий. — Я ведь сказала тебе, что не помню своего прошлого, — проговорила я медленно. — Мне хотелось бы вспомнить тебя.

Хотя Раэль не пошла на мысленный контакт, в ней угадывалась какая-то крепко взнузданная сила, энергия, которую я ощущала, даже не глядя на нее.

Чтобы разорвать эту крепнущую между нами связь, но и не только, я сказала резко:

— Но мне трудно поверить в то, что мы сестры. Только сравни себя со мной. — Я махнула рукой на свое, лишенное ее плавных изгибов, худое тело, до сих пор облаченное в не по размеру большой космический костюм с «Торквада».

Ее ответная вспышка удивила меня.

— Среди людей ты стала жестокой.

У Раэль были такие обиженные голос и лицо, что мне стало не по себе. Как будто походя пнула какого-нибудь поверрнутого.

— Почему ты так говоришь? — спросила я, намеренно стараясь себя разозлить, чтобы не чувствовать вины. — Ведь и так видно, что мы очень разные.

После секундной заминки она грациозно кивнула. Ее удлиненная белая рука начертила в воздухе жест, в котором я потрясенно узнала тот, что когда-то бессознательно продемонстрировала Моргану.

— Прости меня, Сийра. Мне приходится постоянно напоминать себе, что ты не понимаешь, что говоришь. — Теперь смущенный вид был у, Раэль. — Мне придется многое тебе объяснить. Жаль, мы не знаем, что с тобой случилось. Так ты уверена, что не хочешь дать мне заглянуть в твою память? Конечно, целительных рук Сенебара у меня нет, но…

— Нет. — Я решительно покачала головой, чтобы у нее не осталось никаких сомнений. — Раэль, я знаю, что побуждения у тебя самые добрые. Но разве ты можешь быть уверена насчет остальных? — Вспомнив о Гистрис, я передернулась.

Раэль приняла мои объяснения, медленно кивнула головой.

— Наверное, на твоем месте я думала бы точно так же. Только не надо говорить «ваши», Сийра. Как бы с тобой ни поступали, ты одна из Тех, кому доступен м'хир. Ты — не человек. — Последнее слово было произнесено с нажимом. Я тут же вспылила.

— А чем плохо быть человеком? Если вы так уж сильно их ненавидите, почему живете с ними бок о бок? — Я бросила на нее яростный взгляд. — И вообще, почему нужно их ненавидеть?

— Мы живем бок о бок с людьми, потому что у нас нет другого выхода. Нас недостаточно, чтобы заселить целый мир, не говоря уж о том, чтобы вести его экономику. — Она помолчала. — Да даже если бы и было достаточно, не в обычаях Клана жить друг у друга на плечах. Хотя бы потому, что сила должна перемещаться — почву, для того, чтобы она становилась плодороднее, следует вспахивать.

Эта фраза прозвучала избитой, но мне показалось, что я поняла. Ведь я сама, чтобы добраться сюда, воспользовалась коридором, который пробила в м'хире чья-то чужая сила. Я мысленно решила обдумать это чуть позже, не желая уклоняться от затронутой вначале темы.

— Ты не ответила на мой вопрос.

Раэль облизнула губы и отвела взгляд.

— Я не испытываю ненависти к людям. Видишь ли, куда лучше просто не обращать на них внимания. К сожалению, в твоей… ситуации… это сейчас невозможно. Придется брать в расчет Моргана.

— И что? — Если она столь же искусно различала оттенки выражений в голосах, как в мыслях, то скрытое в моих словах предупреждение должна была уловить. Но почему-то не уловила.

— Из-за Моргана нам придется обсудить некоторые деликатные вопросы. И мне нелегко об этом говорить, Сийра. Есть вещи, о которых обычно не говорят. — Она пробормотала себе под нос что-то вроде: «Только бы Пелла об этом не узнала».

Потом продолжила, уже громче:

— Начнем с того, что Клан и люди — два отдельных вида, хотя мы и можем казаться похожими друг на друга. Причем такими и должны оставаться.

Если бы палатка была чуть повыше, я поднялась бы в полный рост. А так просто раздраженно фыркнула.

— Ты прямо как Морган — тоже вечно говоришь загадками. Объясни, что ты хотела сказать.

— Слова здесь бесполезны.

— А я хочу их услышать! — Это был ультиматум.

— Твой отказ открыться мне — пустая трата времени, — сердито сказала Раэль. — Я не улавливаю твоих чувств, Сийра. Я не знаю тебя!

— Значит, мы с тобой в равном положении. — Пожалуй, я вложила в эту улыбку всю ту жестокость, в которой она обвинила меня чуть раньше. — Ты помогла мне. Мне хотелось бы понять, какую роль ты во всем этом играешь, Раэль. Но в свои мысли я тебя не пущу.

Темные озера глаз взглянули на меня со странной печалью.

— Значит, придется мне объяснить то, что можно, словами. — Она скривила губы. — Хотя они и не всегда могут верно отобразить суть.

Я поняла, что обладаю существенным преимуществом перед этой женщиной. У нее никогда не возникало необходимости попытаться истолковать выражения чужого лица; возможно, она просто не умела этого делать. Выражения своего собственного лица ей тоже, видимо, скрывать никогда не требовалось.

— Ты уж постарайся, Раэль, — сказала я уже более мягко.

— Ты находишься сейчас в очень опасной поре своей жизни, Сийра, — начала она, и каждое предложение явно давалось ей с немалым трудом. — Ты все еще Избирающая. Но у тебя нет и не может быть Выбора. — Ее щеки залил румянец, оставив на них бледно-розовые пятна. — Совет проверил каждого возможного кандидата. Никто не подошел — и в следующем поколении тоже. Это и было их так называемое основание для указа, чтобы скрывать тебя от всех, кроме членов семьи. — Раэль улыбнулась, но почти сразу же ее лицо вновь приобрело серьезное выражение. — Ты стала почти легендой.

Я устала и начала чувствовать между бровей знакомую тупую боль. Все стремительно становилось куда более запутанным. Я даже не потрудилась скрыть сарказм в своем голосе.

— Ничего удивительного, что мне больше понравилось быть человеком. Это было определенно проще, — заметила я. — Что еще за Избирающая? Какой такой Выбор? Почему я стала легендой? И по какому праву этот твой Совет распоряжается моей жизнью?

Она замахала руками, чтобы остановить поток моих сердитых вопросов.

— Нет, это невозможно! Я отказываюсь общаться подобным образом.

Раэль покраснела. Она была просто не способна на обман. Ее выразительные черты выдавали все обуревавшие мою сестру эмоции с откровенностью, которую я нашла весьма успокаивающей. В данную минуту беспокойство в ней боролось со смущением.