Адвоинженер - Из коридора в коридор или секрет маленькой Амалии

Чего они хотят? – Видимо, познакомиться поближе. Зачем, – чтобы быть рядом с подъемом мощности, как-то повлиять на процесс.

Как? – Только убедив меня в чем-то или предложив какой-либо способ, доселе мне не известный. О втором пути думать нечего – факт отрицательный. Остается первый. Убедить, но в чем? – Не поднимать мощность. Глупо, каскадная схема не мое изобретение, контроль качества и селекция – тоже. Меня можно заменить, или нельзя?

Зайдем с другого конца. Убедить в чем-то ином, например, выдать отрицательный результат. Однако есть параллельные группы, дублеры. У них при проверке результаты будут другими – Не вариант. Предположим, что меня хотят толкнуть на эксперимент.

Где тут поле для пытливых? – Ага, вспомним Квята – нелинейные затворы и лавинный эффект. Плюс Мишкин солитон. Соединяем в гипотезу, и… Стоп. Если на крутом участке нелинейности возникнет пробой, допустим, искусственный, то… Добавится еще и низкочастотный импульс, который соберет энергию со всех непопавших в световую накачку частот, и… не может быть, неужели возникнет солитон. Ну, возникнет и возникнет – сгорит к чертям силовая установка. Хрень какая-то.

– Молодой человек задумался? – стройная Ирина щелкала пальцами прямо перед носом

– Извините, это Арманьяк, чуть не отключился.

– Да, странно, мне показалось, что Вы заняты вычислениями. Поверьте, я уже видела эти провалы. Мощность не отпускает?

– Ой, Ирина, от Вас утаить что-либо… я бы не решился. Лучше сразу в прорубь.

– Я Вам верю, как родному

– Трудно возражать прекрасной даме, я прошу прощения, что прервал – Квятковский говорил иронично, но, как мне показалось, вполне серьезно – мне представляется, что наш молодой друг решал несколько иные задачки.

– Да, и какие именно?

– Он думал о том, с чего-бы это вдруг два немолодых, хотя и не старых, нелинейщика оказались в одно время в одном месте, аккурат, подле его скромной персоны. И, скорее всего, наш друг совсем недолго решал эту задачу. Что нужно им от простого инженера – вот вопрос. Вы ведь простой, можно сказать, простейший инженер, не правда ли?

– Квят, знаешь, – это перебор. Изображаешь из себя Мессинга – Мишке явно не понравилось услышанное.

– Миша, дорогой, наш уважаемый начгруппы не производит впечатление имбецила. Я, собственно, хотел откомплимантить, не более того.

– Нет, нет. Это весьма интересно, пожалуйста, продолжайте – я решил принять игру.

– Спасибо. Я осмелился предположить, что молодой человек, конечно, понял, что и я, и Михаил появились сегодня неспроста. Я также полагаю очевидным и то, что эта «неслучайность» дала повод к дальнейшим гипотезам, типа «они что-то или чего-то хотят» А вот что именно? Это и пытался вычислить наш инженер. Более того, наверно он предположил, что в процессе роста мощности могут возникнуть некие эффекты, проектом не предусмотренные. И даже то, что они (эффекты) нелинейной природы. Чем и объяснил себе наш интерес. Однако это не объясняет того, что мы от него хотим. Я мыслю в правильном направлении?

– Да, совершенно верно, я так и рассуждал.

– Квят, перестань, очень прошу. Просто не было удобного случая поговорить, но… У нас впереди масса времени, успеем, – и выпить по-доброму, и покалякать о делах наших скорбных.

– Мальчики, как с вами интересно, может еще про солитоны, только поподробнее. Уж больно тема волнующая – Ирина была «сама заинтересованность»

– Простите нас, Ирина. Ведь все, что мы изображаем – скучнейшие кванты, лавины, солитоны – лишь пыль в глаза, чтоб получить в награду одобрение, улыбку, тайный знак от той, кто миром верховодит взглядом, наклоном головы и трепетом ресниц

– Полегчало, давно бы так. Вадим, Вы нам сыграете еще?

– Охотно, только что. Из грустного, из запрещенки, из Вагантов?

– Хайдеггера давай, Орфей! – Сява застыл на пороге – Ты-ж яго пигменула, ты-ж яго пидвела…

Напряжение

– Сява, ты как здесь?

– Стреляли. Чего зауныли, акадэмики? Либо вы пьете, как люди умственного труда, либо поражаетесь в правах.

– Пьем, пьем!! – завопили все хором.

Сява вытащил из-за спины двух женщин.

– Прошу любить и жаловать, Надя и Савва.

– Уже любим, уже жалуем…

– Тогда, отставить науки, время разбрасывать руки – и Сява заграбастал обоих прелестниц, – вперед, к победе корпускулятивизма в одной, отдельно взятой обители.

Лед был сломан и кураж, мягкой, веселой волной покатился по нашему скромному жилищу. Тот же Сява навестил соседку (Лида), выпил на брудершафт, изъял у нее магнитофон «Весна» и… конечно, по доброте душевной, притащил с собой. Лида, надо воздать ей, тут же выпила не морщась, закусила благодарным поцелуем от Сявы (высокий класс), за две секунды навела порядок на столе и приковала к себе Мишаню, полностью исключив его дальнейшее участие в дискуссии.

Квятковский танцевал попеременно, то с Надей, то с Саввой, иногда бросая призывные взгляды на Ирину, но та весело отмахивалась. На звуки музыки сбежался, подрастаявший было, народ, квартира загудела с новой силой, и праздник весело въехал в завтрашний день.

Я, Вадя и Ирина переместились на кухню. Вадяй на секунду удалился, и вскорости вернулся с поллитровкой.

– Это, – гордо произнес он – экспериментальный образец, прошу дегустации!

Разлили по чуть-чуть… Вдохновение, очарование, торжество вкуса, благородство, изысканность. Напиток пробуждал чувство законной гордости и торжественное волнение.

– Вадимчик, нет слов, – это музыка, застывшая в банке.

– Рецепт разработан лично мной, под моим же руководством – улыбнулся сомелье – но ингредиенты, пропорции, режимы возгонки, очистки, настойки, держатся в строжайшей тайне. Даже от первого отдела

– Скажите мне, мальчики – откуда вы, с каких вершин спустились, что ищите в краю далеком, кого кинули в краю родном?

Как она была хороша в тот момент!

– Себя, сударыня, себя я потерял. Себя искал, – нашел у Ваших ног. Верните мне меня, но после, только не сейчас. А ноне, – не взыщите, не отвергайте, не гоните – Вадяй умел творить на гнусных диалектах обольщения.

– Я читала, что исландцы с детства пишут саги, стихами говорят и чувствуют спиной – Ирина цвела, а может, цвет давал напиток или зелье, которое сложилось из напитка и общения.

– Ах, что за взгляд, движенье, поворот, – отрада глаз моих, Ирина, Вы беззаветно хороши, прекрасны Ваши речи, но… Вас выдают глаза.

– И что же они выдают?

– Не что, а кого. Вы счастливы, мадам, и именно сейчас, в сию минуту, а может… влюблены?