Вадим Деркач - Меч митры, пепел и тим

- Да, брось ты, - махнул рукой старичок, - сынок, зови меня просто, дядя Рза. Проходите друзья, проходите. Располагайтесь. Я пока чаек организую. Как говорили наши деды: чай не попьешь - откуда силы возьмешь?

Дядя Эльдара жил в однокомнатной - язык не поворачивается сказать "квартире". Все было завалено книгами, журналами, бумагами, даже кровать, на которой он, видимо, спал в перерывах между своей научной деятельностью, более походила на письменный стол.

- У меня здесь такой беспорядок, - извинился профессор, невероятно быстро рассовывая бумаги и книги по углам и ящикам. - Садитесь, пожалуйста, - предложил он, когда в результате бурной деятельности под бумажными наслоениями обнаружились стулья.

Дядя Рза скрылся на кухне и вскоре вернулся с чайным подносом. Несмотря на экзотическую обстановку, очерствелость пряников и принадлежность чашек к трем разным сервизам, чай был просто изумителен - приятно иметь дело с профессионалами.

- Эльдар мне рассказывал, - начал беседу хозяин дома, усаживаясь в кресло у стола, - что у вас, мой друг, состоялось занимательное посещение народного врачевателя, вульгарно выражаясь, "знахарки".

Я кивнул и отхлебнул из прекрасной, японского фарфора, чашки.

- Не скрою, - продолжал он. - Я был удивлен и заинтригован случившимся с вами и хотел бы, мой друг, услышать все, говоря научно, в изложении первоисточника.

- Да, - согласился я, - мне чертовски надоел этот мерзкий "запорожец".

Эльдар поперхнулся и закашлялся.

- Что-что? - переспросил профессор.

- Это несущественно, - заявил я, одарив его потрясающей американской улыбкой. - Но, с другой стороны, скажу вам откровенно, у меня не было намерения предавать огласке случившееся и до сих пор я сомневаюсь, стоит ли это делать.

- Ах, молодой человек, сколько талантов погубило сомнение! Неужели, листая учебники, вы никогда не задумывались, что сделало людей, описанных на их страницах, предметом вашего изучения?

Я недоуменно развел руками, готовый услышать тайну бытия. Профессор сощурил глаза, проникая в глубины моего сознания, и, воздвигнув указательный палец перед моим носом, сказал:

- Случайность. Да-да, молодой человек, история закономерна, а вот человек в истории случаен. Ньютон, Менделеев, Кекуле - движение предметов, сон, видение - случайности, подвинувшие гениальные умы к бессмертию. Так вы... Неужели вы не желаете, чтобы ваше имя стояло в одном ряду с выдающимися личностями человечества?

"Лучший ответ глупцу - молчание" - как всегда не к месту, возник в моей голове афоризм старого иудея. Подавив соблазн поделиться с профессором мудростью Соломона бен Иегуды, я кивнул и согласился, хотя мне было не совсем понятно, какое место отводит старик моей личности среди яблока, сна и галлюцинации, а вот себя он несомненно видел где-то между Шампольоном и Шлиманом.

В какой раз наградив мир скорбным вздохом, я нехотя принялся за рассказ: "Маг Мобедан стоял на вершине черной башни храма Ахуры и город..."

Признаюсь, способностей к устному изложению у меня прежде не наблюдалось, но сегодня я был в ударе. Из нагромождения бумаг и книг восставали древние стены, в чайных чашках мерцало священное пламя, а в глазах решимость и вера. Всплывали такие подробности, о которых ранее не подозревал даже я сам. Профессор слушал с нескрываемым интересом. Его лицо, как зеркало, отражало перипетии моего рассказа, а когда я дошел до самоубийства Огненной Девы, он, как мне показалось, прослезился - сила слова неизмерима.

-...умер огонь, умер храм. Это трагическое событие произвело неизгладимое впечатление на жителей города. Многие покончили с собой, ибо что им жизнь? Когда уходит вечное, бессмысленно временное. Все свершается по воле Всевышнего. Как писал поэт: " Была б на то господня воля, не отдали б Москвы..." - с пафосом, стыдливо прикрывая иронией свою сентиментальность, окончил я рассказ и умолк опустошенный.

- Причем здесь Москва? - спросил Эльдар.

Я всегда подозревал, что он напрочь лишен художественной культуры.

- Ничего ты не понимаешь, - махнул я рукой, - здесь необходимо подчеркнуть фатальность события. Что? Тебе не нравится Лермонтов?

- Нравится, но-о...- засомневался он.

- Это замечательно! - восторженно воскликнул профессор.

Я удовлетворенно кивнул - дать иную оценку моему таланту было бы несправедливо.

- Изложение, признаюсь, оставляет желать лучшего, но поразительно, просто поразительно! - продолжал восторгаться профессор. - Но многое странно... Я полагал, мой друг, что в Вас пробудилась наследственная память, но тогда, несомненно, вы отождествляли бы себя с каким-нибудь конкретным персонажем вашего повествования. Здесь же... то вы описываете восприятие жреца, то осаждающего город неприятеля, и что совсем непонятно - Огненной Девы.

- Так что, я лгу!? - воскликнул я, краснея от возмущения.

- Что вы, молодой человек! Ваш рассказ чрезвычайно ценен для науки, чрезвычайно. Но не в плане сказочной истории, а в разрезе фактического общения с чылдагчи. Все факты свидетельствуют, что мы имеем дело с последовательницей древнеиранского религиозного культа, возможно зороастризма. Упомянутое вами имя "Ахура Мазда", что буквально означает "Господь Мудрый", являлось обозначением верховного и единственного божества этой религии. Ваше встреча с лицом, практикующим его культ, сама по себе может считаться сенсацией местного значения, ибо полагалось, что в нашем регионе эти корни напрочь утеряны. Но более важно то, что имеет потенцию мирового открытия. Дело в том, что зороастризм как религия практически мертв. Современные его последователи немногочисленны и они, более, чем на половину, потеряли древние знания.

- Простите, ваши слова лишены для меня всякого смысла, - извинился я, с ужасом осознав, что дядя моего друга относится к тому ответственному типу людей, которые считают святой обязанностью поделиться ношей своих знаний с ближними, независимо от их желания.

- Не думаю, - покачал головой профессор, - дело в том, что мы пользуемся разной терминологией. Вам, наверное, было бы проще называть их огнепоклонниками. О них-то вы несомненно что-то знаете и наверное посещали их прекрасно сохранившийся храм на окраине города. Кроме этого вы, несомненно, слышали об Авесте - священной книге зороастрийской религии. Кстати, о ней очень любят упоминать наши модные астрологи.

- Представления достаточно общие, - признался я, тяжело вздохнув, - но все-таки, возвращаясь, как вы выразились, к "сказочной истории", она ведь не могла взяться ниоткуда!

- Я как раз таки и подхожу к этому вопросу. Причина вашего сна вполне может стать мировым открытием. Имя ему "Хаома".

- Хаома, - бессмысленно пробормотал Эльдар, уже достаточно утомленный нашим разговором.