Филип Дик - Нарушенное время Марса

Чувствуя изменение курса, Арни сказал:

— Ну их! Давай прямо, мой мальчик.

— Я должен подчиниться, сэр, — возразил пилот. — Это — закон.

«Христосики», — подумал Арни с отвращением. И отметил про себя, что следует уволить пилота, или, по крайней мере, отстранить от полетов, как только они вернутся из поездки.

Они на большой скорости полетели к точке, указанной диктором.

«Черномазые бликманы, — думал Арни. — Нужно будет сделать все возможное, чтобы вышвырнуть их отсюда. Проклятые дураки не могут нормально ходить по своей собственной пустыне. Как они тут обходились без нашей помощи в течение пяти тысяч лет?»

Когда Джек Болен сажал вертолет И-компании на ферму Мак-Олиффа, он неожиданно услышал сообщение о происшествии. Он не раз слышал нечто подобное и поэтому не особенно удивился.

«…группа в открытой пустыне, — сообщал бесстрастный голос,…умирающие от жары и жажды… Вертолеты к северу от Левистоуна…»

«Я отправляюсь туда», — решил Джек. Он включил микрофон и сказал:

— Техпомощь И-компании берет курс 4.65003, согласно вашему распоряжению. Буду над ними через две-три минуты. — Джек развернул вертолет к югу, чувствуя удовольствие от мысли о том, как рассердился Мак-Олифф, видя удаляющуюся машину и гадая о причине такого поворота событий.

Никто не заботился о бликманах меньше, чем крупные фермеры. Бедняки, кочевники-аборигены, заходили на ранчо то за едой, то за водой, то за медицинской помощью, а иногда и просто за милостыней. И, казалось, ничто не могло взбесить процветающих производителей молока больше, чем предложение помочь созданиям, чью землю они занимали.

По радио раздался ответ из другого вертолета. Пилот сообщал:

— Только что вылетел из Левистоуна в направлении 4.78995. Свяжусь с вами, как только прибуду на место. Имею на борту пятьдесят галлонов воды. — Он сообщил позывные и дал отбой.

Молочная ферма вместе с ее коровами осталась на севере, а Джек Болен снова напряженно вглядывался в пустыню, пытаясь разглядеть группу бликманов. Наконец обнаружил. Пятеро — в тени маленького каменистого холмика. Они не шевелились. Возможно, уже умерли. Спутник-то их обнаружил, но, к сожалению, ничем не мог помочь. Операторы-наблюдатели были бессильны. «Нам нужно помочь им, но как это сделать?» — размышлял Джек.

Так или иначе, бликманы вымирали, их жалкие остатки с каждым годом выглядели все более несчастными и оборванными. Они находились под опекой ООН. «Хоть какая-то защита», — подумал Джек.

Что можно сделать для исчезающей расы? Время аборигенов Марса закончилось еще до того, как в шестидесятых годах первый советский корабль появился в небе, тщательно исследуя поверхность телекамерами. Никто не собирался их истреблять — в этом просто не было смысла. Они и так сразу стали большой редкостью. Исследование Марса стоило миллиардных затрат.

Здесь реализовалась мечта человечества — внеземная раса.

Джек посадил вертолет на песок рядом с бликманами, дождался, пока остановятся лопасти, и выпрыгнул наружу.

Горячее утреннее солнце обжигало его по пути к неподвижно лежащим бликманам. Искра жизни теплилась в них и широко раскрытые глаза устремились на него.

— Дожди изольются от меня на ваши драгоценные головы, — приветствовал Джек бликманов в свойственной тем манере.

С близкого расстояния он увидел, что группа состояла из сморщенных старика и старухи, молодого парня и женщины, без сомнения, мужа и жены, и ребенка. Семья, отправившаяся пешком через пустыню в поисках воды и пищи.

Видимо, оазис, в котором они жили, высох. Обычное для бликманов явление закономерный итог их путешествия. Они лежали не в состоянии двигаться дальше, как кучка увядших овощей, и, конечно, так бы и умерли, если бы спутник их не заметил.

Едва передвигая ногами, молодой бликман привстал на четвереньки и сказал слабым, дрожащим голосом:

— Дожди, изливающиеся от вашего восхитительного присутствия, придают энергию и восстанавливают наши силы, Господин.

Джек бросил ему свою фляжку с водой, тот рухнул обратно и протянул ее, отвинтив пробку, старухе. Та вцепилась в нее и стала пить.

Изменение в ее состоянии наступило немедленно. Казалось, сама жизнь вливалась в нее — из глаз стал исчезать грязно-серый цвет смерти.

— Можно, мы наполнил наши скорлупки? — спросил Джека молодой бликман.

Прямо на песке лежало несколько бледных яиц, как заметил Джек, действительно совершенно пустых. Бликманы держали в них воду — их техническое развитие было таким низким, что они не знали даже глиняной посуды. И, тем не менее, их предки построили огромную систему каналов.

— Конечно, — ответил Джек. — Сейчас прибудет другой вертолет с большим запасом воды. — Он сходил к вертолету за банкой с ленчем и подал бликману.

— Еда, — объяснил Джек, как будто они сами не понимали. Старики были уже на ногах и протягивали дрожащие руки.

Позади Джека послышался усиливающийся шум второго вертолета. Большая двухместная машина приземлилась рядом, ее лопасти медленно вращались.

— Вам нужно помощь? — крикнул пилот. — А то я полечу дальше!

— У меня мало воды для них! — откликнулся Джек.

— О’кей! — крикнул пилот и выключил двигатель. Захватив пятигаллоновую канистру, он выпрыгнул наружу. — Они могут забрать всю воду. Джек и молодой пилот молча стояли и смотрели, как бликманы наполняли свои скорлупы. Все их имущество выглядело довольно жалко: колчан отравленных стрел, звериные шкуры для каждого члена семьи и пара пестов единственное ценное имущество женщин, с помощью которых они растирали мясо, зерно и другую попадавшуюся пищу. Помимо всего прочего, они имели несколько сигарет.

— Моему пассажиру, — тихо сказал молодой пилот Джеку, — не нравится, что ООН заставляет нас помогать бликманам. Он не понимает, что спутник следит за всеми передвижениями на планете, и они могут заметить, если не подчиниться их требованию изменить курс. А невыполнение, черт возьми, стоит большого штрафа.

Джек обернулся и посмотрел на стоящий вертолет. Крупный лысый мужчина, откормленный, с самодовольной физиономией, раздраженно смотрел на них, не обращая никакого внимания на бликманов.

— Нужно было подчиниться распоряжению ООН, — оправдывался пилот. Если бы они заметили, что мы продолжаем двигаться прежним курсом, то именно меня, как пилота, оштрафовали бы, а не его.

Обойдя чужой вертолет, Джек обратился к сидящему внутри толстяку:

— Неужели вы не чувствуете удовлетворения от того, что спасли жизнь пятерым людям?

Лысый мужчина посмотрел на него сверху вниз и ответил: