СБОРНИК - «ДОЖИВЕМ ДО ЯНВАРЯ»

Я постепенно отрывался от преследования, оставляя за собой контролера и медлительных зомби. Вместе с этим и ушла головная боль, которая долбила мозг во время стычки – вероятно, мутант-псионик и меня пытался подчинить, да расстояние не позволило.

Я продолжал бежать по припорошенному льду, а солнце тем временем уже полностью зашло…

* * *

«Монолитовцы» не могли обнаружить меня на реке, это факт, поэтому, выйдя на берег в пригороде Припяти, я со всей осторожностью осмотрел окрестности в тепловизер, дабы не быть замеченным на подходах к главной цели. «Монолитовцев» нигде не было, да и вряд ли сектанты дежурили в городе и слышали стрельбу – на их месте я бы и не подумал, что найдется какой-то сталкер, в Новогоднюю ночь решивший прогуляться к центру Зоны, а потому и не был бы начеку.

Я вошел в Припять, которая встретила меня холодным взглядом черных провалов окон. Было очень темно. Я посмотрел на часы в КПК – половина девятого. Я быстро преодолел прибрежную часть покинутого города и углубился в район пятиэтажек. Было страшно. Особенно – если смотреть внутрь распахнутых подъездов. Их мрак затягивал, словно черная дыра, высасывал все человеческое, оставляя только страх… Я мотнул головой, отгоняя неприятное ощущение. ЧАЭС была совсем близко, а потому пси-влияние, расходящееся от нее, было тут мощнее. Я шел, пересекая улицу, как вдруг меня на секунду ослепила картина – город, в домах горит свет, по дороге проезжают редкие автомобили. Видение пропало, я ошарашенный, побрел дальше. Через пару минут перед глазами снова встало видение, то же самое: улица, по которой я шел, только живая, с людьми, с автомобилями, с теплыми желтыми окнами… Я схватился за голову. Что же это? Какой-то извращенный садизм. Опять видение – еще более четкое и долгое. Я упал на колени, схватившись за голову. Закрыл глаза. Открыл. Люди, Свет… Я встал и бросился по улице – никто не обращал на меня внимание. Я бежал, по пути расталкивая всех, кто попадался на пути. Быстрее, быстрее… Опять тьма… Я бежал по тьме, по мертвой Припяти. Черные провалы окон, пустынные потрескавшиеся дороги.

Череда смены фаз становилась реже – все более длинные видения живого города посещали меня… Я видел живых людей, их лица, вполне реальные, я мог оттолкнуть любого из них, и те в свою очередь начинали недоуменно озираться, я видел номера автомобилей и сами машины – в основном «Запорожцы», «Жигули» и прочие советские марки. Снова тьма… Потрескавшийся асфальт, обветшалые дома…

Вот и АЭС. Я увидел ее вдалеке, вынырнув из-за угла дома на главной улице. Живую. Работающую АЭС. Увидел и направился к ней…

* * *

Станцию я достиг в «живой фазе», поэтому мне не мешал ни аномалии, ни «монолитовцы», ни мутанты. Я вошел во внутренний двор, по прежнему никем не замечаемый, и направился к входу.

* * *

Как только я вошел внутрь, фаза сменилась. Защелкал дозиметр. Я осматривал открывшийся моему взору коридор. На стене был план – почти не пострадавший за более чем двадцать лет. Удивительно. Я определи по нему, куда идти и направился вглубь станции. В покои Монолита – в саркофаг. Снова смена фазы – в коридоре – никого. Радиации нет, счетчик молчал. Я бросился к четвертому блоку с удвоенной энергией. Все было как-то легко, будто меня ждали.

Я достиг цели через несколько минут, выйдя на балкон, опоясывающий зал энергоблока. Реактор работал исправно, ярко светили лампы. Смена фазы – и тьма. Зал превратился в развалины, но был идеально чист. На стенах были непонятные пятна, но после того, как я пригляделся, я понял, что это мусор, вероятно, размазанный по стенам выбросами. А в центре расположился Он. Монолит. Похожий на то, как его описывают в сталкерских байках. Параллелепипед, но не черный. Вернее, лишь отчасти. По его поверхности медленно, как улитки, переползали пятна, цветом как протуберанцы на Солнце, и медленно скапливающиеся в верхней части Монолита. Я спустился к камню. Ничего не происходило. Я прикоснулся к холодной и гладкой поверхности и медленно проговорил:

– Я хочу, чтобы ничего этого не было, не было Зоны, не было аварии на ЧАЭС, хочу чтоб жизнь моя, в конце концов, сложилась по-человечески, чтобы была семья…

Я закончил говорить, и посмотрел на Монолит. Оранжевые пятна наконец покрыли его.

* * *

Грянул выброс. Перед тем, как сознание покинуло меня, я услышал голос… Без эмоций, монотонный и жуткий: «Ты услышал мой зов, глупец. Я вел тебя, и ты пришел. Влейся в меня!…»

ЭПИЛОГ

Два месяца спустя…

Бармен стоял у стойки, и занимался тем, что и надлежало нормальному бармену – протирал стаканы. К нему подошел человек. Это был сталкер.

– Здорово, Норыч. Как всегда?

Человек кивнул. Бармен плеснул в стакан сто грамм «Казаков». Сталкер залпом выпил.

– Как в Припяти дела?

– Да вроде как всегда.

– А от сталкеров что слышно?

– Ах, да, точно! Поговаривают, что в Припяти сумасшедший какой-то завелся. Его никто не трогает – ни мутанты, ни «монолитовцы» даже. Аномалии все обходит, но будто, не знаю, в другом мире живет. Те, кто подходили, поговаривают, что в упор он их не видит, но так себя ведет, будто люди вокруг, жизнь кипит. В магазины бывшие ходит, в иногда «Энергетик» забредает. Говорят, постоянно с кем-то тепло так разговаривает, будто семья рядом.

– Одет-то хоть как?

– Да потрепанный такой, форма на «долговскую» похожа. Говорят, ничего не ест никогда. Прямо призрак какой-то.

Бармену вспомнился ушедший куда-то два месяца назад сталкер Кедр. Странно это так было. Взял и рванул куда-то прямо в Новый год. После того, как он ушел, выбросы мощнее стали, будто Зона получила дополнительную силу…

– Интересно… – Бармен оставил Норыча в покое, А сам вернулся к извечному занятию. Он протирал стаканы и думал. Ему казалось, будто еще тогда, перед уходом, Кедр пытался ему сказать что-то для того очень важное, но что, Бармен вспомнить не мог. Он так и не вспомнил этого никогда. Как не вспомнили и преследуемые этим же странным чувством молодой ученый Антон Остапенко и сталкеры Ковыль, Маятник и Гриб.

Сергей Долгов

Оазис

1. Свет в конце туннеля

На Зону спустился кровавый непроглядный сумрак, сквозь пелену которого было сложно что-то рассмотреть. Вокруг царила пугающая мертвая тишина, что было совсем не свойственно для тех мест, где постоянно кто-то кого-то убивал, рвал на части или поливал свинцом. Неужели произошло чудо, и вездесущая Смерть покинула эти края? Возможно, кто-то бы так и подумал, случись ему окинуть взглядом ту спокойную умиротворяющую атмосферу, что царила вокруг – невысокие скинувшие листву деревья высились над серой землей, которая была покрыта белым ослепительно ярким снегом, искрившимся при свете полной луны. Одинокие, непонятно отчего возникшие сугробы образовывали небольшие холмики, и из далека казалось, будто сама земля на манер настоящего моря покрылась волнами, которые то вздымались, то опадали, разбрызгивая во все стороны капли воды – мерцающие искры света. Природа прекрасна, и она способна рисовать чудесные картины даже в таких ужасных местах, как Зона. И неважно, что еще всего пару дней назад здесь умирали люди, а земля, покрытая сейчас девственно чистым белым снегом, впитывала кровь. Искатели приключений наравне с ужаснейшими монстрами Зоны приходят и уходят, они вновь рождаются и гибнут, истинный же свидетель и творец всего происходящего – природа – всегда остается неизменной.