Blackfighter - Черный истребитель

После получаса под горячим душем Танька уже не смогла различить себя в зеркале - в ванной ничего не было видно из-за клубов пара. Это ее устроило куда больше. Голова кружилась - дышать было нечем, но зато пришло любимое ощущение чистой до скрипа кожи. И относительное спокойствие в мыслях.

На кухне ее ждал ставший уже привычным горячий крепкий кофе и насмешливый Саша, улыбающийся уголками губ при взгляде на розовую от пара Танькину физиономию.

– Сам енот. Сам полоскун, - она с удовольствием вдохнула запах и изрядно отхлебнула из кружки.

Саша только хмыкнул.

– Что мы будем делать в ближайшее время?

– Поедем к одному хорошему человеку.

– На чем поедем?

– На попутке. А оттуда, если повезет - уже на своих колесах.

– А потом?

– Потом - посмотрим. Либо по одному интересному адресу, либо будем спать.

– По какому еще адресу?

Саша загадочно прищурился. Танька швырнула в него крекером. Саша поймал крекер на лету и засунул в рот.

– По тому адресу, по которому ездит иногда тот, из Люблино.

– Ты еще и адрес узнал? И молчал!

– Ну, могут у меня быть маленькие секреты, из которых получаются маленькие сюрпризы?

Танька опустила голову на руки, потерла ладонями вдруг онемевшие щеки. Все могло получиться уже сегодня. Долгожданная встреча Маршала с пулей. Смысл ее кривой и нелепой жизни. А что потом? Пуля в собственный висок и дорога куда-то на тот свет? Лаборатория Скиннера? Что-нибудь еще? Вопросы без ответов.

Через час они уже ловили машину на знакомой по прошлой поездке улице. Повезло далеко не сразу, но наконец кто-то согласился отвезти их в Люберцы. Танька загадала, что цвет машины будет знаком. Та оказалась красной. Точнее, вишневой. Какая-то иномарка, точнее Танька определить не смогла. Но цвет ей не понравился. Кровь. Он напоминал кровь.

Водитель высадил их на въезде в город, и Саша повел Таньку куда-то в гаражи, потом велел постоять за одним из гаражей. Сам же несколько раз свернул и окончательно исчез за очередной постройкой, взяв перед этим у Таньки штуку баксов. Не было его долго - целых три сигареты и десяток сеансов прыжков на месте. Потом вдруг возле нее остановилась, подъехав бесшумно, какая-то машина, распахнулась дверца. Танька испуганно отпрыгнула на метр назад, ударилась спиной о железную стену и матерно выругалась, увидев на водительском месте улыбающегося до ушей Сашу.

– Экая ты пугливая…

– Лучше быть пугливой, чем мертвой, - мудро ответствовала Танька, усаживаясь в салон. Воняло в нем так, словно там проводили чемпионат по курению в замкнутых помещениях. И вообще машина выглядела так себе. Что-то такое советское и модели "пикап", явно видавшее лучшие годы. Но когда Саша стронул ее с места, и машина бесшумно и плавно не поехала - покралась по заснеженным выбоинам дорожки, Танька поняла, что ошиблась. Кто-то тщательно поработал над начинкой, оставив в покое салон и краску на кузове.

– Куда теперь?

– Сначала в супермаркет, потом домой, отдыхать перед финальным аккордом. Я надеюсь, что финальным.

– Может, сразу поедем?

– Нет уж, - Саша упрямо помотал головой. - Я не железный. Я уже засыпаю на ходу. Это не дело - ехать в таком состоянии. Ночь уже… спать пора.

– Спать надо днем. Саш, ну его, твой супермаркет. Поедем сразу домой.

– В чем дело?

Танька пожала плечами.

– Не знаю. Не езди туда. Пожалуйста…

– Хорошо, - коротко кивнул Саша, выезжая на шоссе. - Как скажешь.

Обратная дорога заняла от силы минут двадцать - к ночи шоссе опустело. В "круглосутке" неподалеку от дома Саша купил какой-то еды, потом припарковал машину у подъезда, недовольно покачал головой. Окна квартиры выходили на противоположную сторону, но поставить машину там было нельзя - дом стоял на углу улицы, и дорога проходила прямо под окнами первого этажа.

– Сигнализации нет? - догадалась Танька.

– Нет. Вернее, есть, но совсем паршивая.

– Ну, будем надеяться, что никто на эту колымагу не позарится.

– Не люблю надеяться, - буркнул Саша, захлопывая и запирая дверь машины.

Они поднялись и почти тут же, не сговариваясь, симметрично повалились в кресла.

– Да-а-а-а… Денек, - сказала Танька, затягиваясь сигаретой и оглядываясь в поисках пепельницы. - Ехали, стреляли, машину потеряли, новую достали. Ты мне еще будешь говорить, что жизнь не похожа на голливудский боевик?

– Буду. Если бы не этот паршивый Скиннер, она и вовсе была бы на него не похожа. Потому что мы действовали бы совсем по-другому. Умнее и осторожнее.

– Как, например?

– Элементарно. Наняли бы человека по маршалову душу. Легли бы на дно. Посмотрели бы, продолжит ли кто его дело. Если нет - мирно всплыли бы где-нибудь через годик.

Танька смяла бычок, с недоумением разглядывая знакомую уже Сашину физиономию. Потом до нее дошло.

– Саш. А почему ты вдруг говоришь так, словно собираешься делать все это вместе со мной? Или я ошибаюсь?

Саша склонил голову набок, внимательно посмотрел на Таньку, потом склонил голову к другому плечу, взглянул еще раз. В этом жесте Танька узнала мягкую пародию на свою любимую манеру. Потом Саша пристально посмотрел ей в глаза.

– Саша… - Танька попыталась просочиться через обивку кресла куда-то внутрь. - У тебя же девушка… и все такое…

– Наивное дитя Чукотки. Откуда у меня девушка при моем образе жизни? - усмехнулся Саша, но глазами все так же удерживал ее взгляд. Танька не могла отвернуться, как ни хотелось - словно две ладони аккуратно зафиксировали ее лицо.

– Ну… ты сам говорил.

– Я про тебя говорил, дурочка.

– А теперь это уже похоже на дурную голливудскую мелодраму… - поежилась Танька. - Не шути так.

– Я не шучу. Просто завтра мы поедем делать важное для обоих дело. Что будет потом - писано вилами на воде. И я хочу, чтобы ты знала все, как есть. Чтобы решать.

– Что решать?

– Чего ты хочешь потом.

– Саша, - осторожно сказала Танька, чувствуя, что в ней борются два весьма противоречивых желания - прекратить сцену, как слишком сентиментальную и мелодраматичную, и продолжать ее до бесконечности. - А моего мнения ты спросить не хочешь?

– Я, кажется, предоставил тебе полную свободу выбора… Разве не так? - две невидимые ладони на щеках превратились в тиски, не дававшие ей спрятать, наконец, лицо в ладони.

– Нет, не так. Ты связал мне руки. Я теперь должна буду думать о тебе. Не так, как раньше. А учитывая этот интересный факт.

– Никто тебя не заставляет.

– Ну, разумеется. Я должна наплевать на судьбу человека, который с какой-то стати изволил влюбиться в меня!