Blackfighter - Черный истребитель

– Сползи вниз… - скомандовал Саша тихо, но Танька не послушалась. Вывернувшись на переднем сиденье, она смотрела назад. Кто-то высовывался из окна джипа, и в руках его отблескивало нечто неразличимое. Потом с оглушительным звоном осыпалось заднее стекло.

– Вниз! - рявкнул Саша, но Танька завороженно смотрела, как их догоняет черный джип. Еще пара выстрелов - пули ударились где-то рядом с бампером. Саша отчаянно бросал машину из стороны в сторону, Таньку мотало - она обняла спинку сиденья, пыталась не упасть и не удариться. Левым локтем она все же впечаталась в стекло, но едва заметила это. Хозяин пистолета на несколько секунд скрылся внутри, потом высунулся опять и продолжил стрельбу. Танька поняла, что патронов у него больше одной обоймы. Вопрос был в том, насколько больше. Джип был уже метрах в десяти. Осыпая их градом осколков, разлетелось и лобовое стекло. Волной воздуха Таньку сшибло вниз, но она тут же вскарабкалась обратно. Еще одна пуля просвистела в сантиметре от волос.

Танька выругалась, зная, что следующий выстрел попадет по шинам, и никакое Сашино искусство вождения от этого не избавит. И тут на дороге появилась еще одна машина - серая "волга". Сначала Таньке показалось, что она возникла из воздуха, мгновением позже она поняла, что машина вывернула на дорогу откуда-то с бесконечных боковых ответвлений. В джипе "волгу" тоже заметили, на пару секунд стрельба прекратилась. Зато вот из "волги", которую за ним было видно только наполовину, раздалась очередь. Не пистолетная - автоматная, должно быть. Джип занесло, развернуло почти на сто восемьдесят градусов и вышвырнуло с дороги на обочину.

– Ну, ни хрена себе… - заорала Танька, вставая на своем сиденье на колени и пытаясь рассмотреть странную сцену - "волга" остановилась неподалеку от джипа, из нее вылезли двое в камуфляже. Но тут их "Нива" круто свернула, и продолжение сцены скрыли деревья.

– Саш, ты видел?

– Видел, - кивнул Саша, выжимая из многострадальной тачки максимум скорости.

– Что за фигня? - говорить не получалось, только кричать.

– Не знаю… - крикнул в ответ Саша. - Но я за такую фигню…

Танька истерически рассмеялась, вытряхивая из волос крошки стекла и пыль.

Саша остановил машину, вернее, то, что от нее осталось, на обочине неподалеку от знаменитого капотнинского "факела".

– Вылезай. Отсюда пойдем пешком.

– На кой? - не поняла Танька.

– Ну, куда мы теперь на ней поедем? Прицепится первый же гаишник.

Пешком идти не хотелось. Даже поняв всю уязвимость дешевой машины, не предназначенной для погонь и обстрелов, вне ее она чувствовала себя незащищенной.

Зато страшное предчувствие как рукой сняло.

Саша перекинул через плечо свою спортивную сумку, отряхнул куртку. Носовым платком тщательно протер руль, приборную панель, стекла. С разбитыми стеклами и простреленной задней дверью машина выглядела печально, но еще грустнее было бросать ее у дороги, как использованный носовой платок. Танька надела перчатку и украдкой погладила машину по капоту. "Извини, девочка. Может, со следующим хозяином тебе больше повезет…"

До МКАДа идти оказалось долго, но Саша не разрешил голосовать проезжающим мимо редким автомобилям.

– Саш… - спросила Танька, вспоминая недавнюю погоню. - А почему ты не стрелял?

– А ты когда-нибудь пробовала вести машину и стрелять? - Саша посмотрел на нее косо и насмешливо.

– Нет. Я и машину-то водить почти не пробовала.

– Ну вот поверь, что можно или вести, или стрелять. Это только в кино все получается хорошо и весело.

– А почему ты мне пистолет не дал?

– А толку?

– Ну, может, я попала бы?

– Ты бы попала максимум в лобовое стекло. И им сразу стало бы удобнее стрелять, - чуть улыбнулся Саша. - Зачем нам такие радости?

– Саш, а кто их остановил? Скиннер?

– Скиннер же не рояль в кустах? - вопросом на вопрос ответил Саша и надолго замолчал, видимо, тоже озадачившись этим вопросом.

– Это машина Маршала… - задумчиво сказала Танька спустя минут десять.

– Уверена?

– Не знаю. Марку и номера я не увидела, конечно. Но у него такая же была.

– И откуда он там взялся так быстро и удачно? - задал еще один вопрос окружающему пейзажу Саша.

Танька задумалась. Ей все больше казалось, что она попала в какое-то реалити-шоу. Что все это заранее спланировано, а все роли расписаны и отрепетированы заблаговременно. Этим наблюдением она поделилась с Сашей. Тот долго молчал, монотонно меряя метры асфальта широкими шагами.

– Есть такое дело, - проронил он, скорее себе или асфальту под ногами.

– Ну и кто у нас достаточно крутой, чтобы организовать такое шоу?

– А кто у нас способен внушить мне поехать именно в Люблино? Кто способен точно просчитать время, в которое мы там окажемся и по какой дороге поедем обратно? Господь бог и его архангелы?

– Саш, а кто был способен свести нас вместе? Кто подсказал мне пойти в то агентство, я уж его названия и не помню, кто подсказал Николаичу позвонить тебе?

– Никто. Или это все одна сплошная Матрица. Веришь в Матрицу?

– Не-а, - улыбнулась Танька.

– Вот и я не верю. Только совпадений действительно многовато.

– Угу.

– Вот тебе и "угу"! - довольно зло сказал Саша. - Полная чертовщина и ничего больше. Еще не хочешь умотать отсюда подальше?

– А Скиннер? Выловит же.

– Ну, все эти жучки-телефоны, на самом деле, не проблема. Скорее так, игра. Чувство юмора у него такое. Нетривиальное. Или они там в своей лаборатории совсем с ума посходили и играют поперек всех обычных правил…или мы уже давно лежим под каким-нибудь препаратом, и все это нам снится.

– Это еще почему?

– Да потому что не делают так! Нужен тебе человек - берешь его, и все. А не отпускаешь скакать по городу и попадать в такие вот засады. Ну, грохнут нас. Что, ему за это премию дадут? Звездочку на погоны? Да нет, наверное, если главный всего этого проекта не законченный псих…

– А если все это нарочно? Если это игра на выживание? - осенило Таньку. - Если им нужны не просто все подряд, а только способные барахтаться?

– Это российские спецслужбы или игра "Последний герой"? - задал резонный вопрос Саша.

– Не знаю… Но больше похоже на игру.

Саша остановился, плюнул себе под ноги.

– А я не желаю! Не желаю играть в такие игры! Да! Вот такой вот я слабонервный псих, исключите меня из шоу! - заорал он на всю улицу.

– Не поверят, - улыбнулась Танька. - Не напрягайся.

Саша покивал, вздохнул:

– Да и я боюсь, что не поверят. А жаль. Знаешь, чего еще я боюсь?

Танька удивленно подняла брови. Саша и слово "бояться" у нее в голове как-то не увязывались. Опасаться он мог. И осторожность проявлять. Но бояться - едва ли.