Грег Иган - Научная фантастика. Возрождение

Клэй нахмурился:

— Эти «осы», они ведь появились в ходе японских программ?

Патил загадочно усмехнулся:

— Вы довольно хорошо осведомлены о наших проблемах, сэр.

Все замолчали. Клэй теперь отчетливо представлял, что в Вашингтоне его инструктировали главным образом по части технических подробностей, но ни слова не было сказано о том, как смотрят на свои проблемы сами индусы. Ни Сингх, ни Патил не проявляли особой озабоченности, но, может, они просто смирились? Их высказывания словно исходили из какого-то скрытого —центра, как сейсмические волны из земных недр.

— Не стоит беспокоиться по поводу этих гнезд, — сказал Сингх, когда они уже проехали значительное расстояние. — Они поспеют не раньше, чем мы закончим нашу работу. В любом случае в Коларе поля полностью поражены эрозией, и только в нескольких местах созревают эти гнезда.

Клэй махнул рукой вперед, указывая за ветровое стекло:

— А вон те пузыри на стенах — это не гнезда?

К его удивлению, оба спутника расхохотались. Отдышавшись, Патил посоветовал:

— А вы присмотритесь к ним, профессор Клэй. Обратите внимание на знаки, изображенные на них.

Патил замедлил ход, и Клэй с любопытством оглядел круглые пухлые нашлепки тускло-бурого цвета на беленых стенах вдоль дороги. Они были покрыты узором радиальных линий. Клэй нахмурился было, но потом отругал себя за глупость: узоры представляли собой отпечаток ладони.

— Сушатся, — весело хихикнул Патил.

— Сушится что?

— Навозные лепешки, коллега. Мы используем коровий навоз.

— Для чего?

— Топливо. Когда лепешки высыхают, их складывают в кучу — видите, вон там?

Они проезжали мимо такой груды; женщина закончила укладывать ровный слой сухих навозных лепешек поверх остальных и аккуратно прикрывала кучу полиэтиленом.

— Зимой они хорошо горят.

— Значит, для отопления?

— Ну да, и пищу можно готовить.

Заметив выражение лица Клэя, Сингх нахмурился и поджал губы. Его брови буквально сошлись на переносице, узлом стянув две вертикальные морщины.

— Старый добрый способ, ничуть не хуже новомодных выдумок.

«Да уж, — подумал Клэй, — и старый добрый источник холеры, чумы, детской смертности». Но вслух вежливо спросил:

— Например?

— Три года назад в главную реку страны были запущены разные породы рыб, в том числе крупная рыба с Амазонки, чтобы увеличить поголовье.

— В Ганг? Я считал, что это священная река.

— Что может быть священнее, чем спасение голодающих?

— Тоже верно. Ну и что из этого вышло?

— Крупная рыба расплодилась. Очень вкусная. Настоящий деликатес.

— Надо будет попробовать, — заявил Клэй, вспомнив очень постное овощное жаркое, которое ел за завтраком.

Сингх продолжал:

— Но в этих крупных амазонских экземплярах находились икринки рыб-паразитов, которые сохранились, несмотря на тщательную обработку. Маленькие такие рыбешки. Кажется, называются кандиру, или Hemicetopsis, да? — обратился он к Патилу.

— Совершенно верно, — ответил Патил, — мелкие рыбы-паразиты, кормятся главным образом мочой крупных рыб. По мнению специалистов, икринки содержались внутри взрослых особей и потому не были обнаружены.

Голос Патила звучал невозмутимо и размеренно, хотя он в то же время выполнил весьма рискованный маневр, чтобы не сбить случайно выбежавшую на дорогу козу. Клэй ударился о дверцу машины, а Патил заложил новый крутой вираж, чтобы не угодить в грязную лужу, откуда ни возьмись возникшую прямо перед ними. Они с грохотом выскочили на обочину, а затем вернулись на дорогу, не снижая скорости. Патил сидел за рулем прямой как палка, небрежно поворачивая руль и явно не обращая внимания на эффектность виража.

— Представьте себе, профессор Клэй, что вы один из «преданных», — сказал Сингх, — и вы скопили денег, чтобы поселиться у Ганга лет на десять, а то и на двадцать. Может, вообще на всю жизнь.

— Ну? — Клэй не понимал, куда он клонит.

— И вот вы в полном восторге входите в реку, чтобы омыться. Может, даже в экстазе. Событие в духовной жизни. И вы просто сливаетесь с рекой. И совершенно неумышленно мочитесь в воду.

Сингх развел руками, как бы подтверждая, что такое происходит само собой.

— Но моча тут же привлекает кандиру. Столько пищи, поистине она исходит из очень большой рыбы! Кандиру принимает вас за очень крупную рыбу. Кандиру стремится вверх по потоку мочевой кислоты, проникает к вам в уретру, словно змея, пробирается по ходу как можно глубже. И чем мощнее ваша струя, тем сильнее стремится внутрь уретры кандиру. Когда эта тварь добирается до предела и не может двигаться дальше в силу игры эволюции, она высовывает наружу целую кучу шипов. Причудливое создание!

Сингх помолчал, улыбаясь такой шутке природы. Клэй покачал головой, во рту у него пересохло.

— Эти шипы глубоко вонзаются в стенки уретры, позволяя кандиру держаться возле желанного источника питания.

Сингх слегка повел пальцами. Клэй открыл было рот, но промолчал.

Патил объехал упряжку волов, тянувших деревянную повозку, и добавил свое слово:

— Боль ужасная. Практически никакого лекарства. Женщин, простите за нескромность, приходится вскрывать, чтобы добраться до этой рыбки-малютки, прежде чем она обожрется и разбухнет настолько, что полностью перекроет проход. А некоторым мужчинам приходится и того горше. Их мочевой пузырь переполняется, потому что обычно не полностью опорожняется к тому времени, когда туда заберется кандиру и начинает кормиться. Им остается только применить медленную процедуру отравления этой твари и ждать, пока она сморщится и втянет свои шипы. Однако мочевой пузырь может не выдержать и лопнуть, и тогда моча зальет брюшную полость, отчего человек, естественно, погибнет. Если времени мало…

— Да? — напрягся Клэй.

— Тогда остается только отрезать пенис, — сказал Сингх, — вместе с кандиру.

Последовало долгое молчание. Машину потряхивало и подкидывало на выбоинах; дорога петляла между бесконечными высохшими полями, кирпичными руинами и белеными хибарами. Наконец Клэй хрипло произнес:

— Я… понимаю, что вы справедливо возмущаетесь теми, кто… кто навлек на вас все эти беды. «Преданные»…

— Они убеждены, что все зло происходит от мировоззрения, на основе которого развивалась современная наука.

— Но послушайте, тот, кто развел эту рыбу-паразита… Сингх широко раскрыл глаза от удивления. Он даже слегка улыбнулся:

— О нет, нет, профессор Клэй! Мы не виним за ошибки, а то нам пришлось бы винить и за успехи!

Клэй был полностью обескуражен, когда Патил глубокомысленно покивал в знак согласия.