Коллектив авторов - Фантастика 1981

Но Паттерлюх стоял на своем. Он должен создать универсальное средство — мочегонное и против закупорки вен, для склеивания резины и полировки мебели, для шпаклевки потолков и натирки полов, подкормки аквариумных рыбок и травли москитов…

У Паттерлюха не было никакой системы: он попросту собирал свой состав из ингредиентов, действующих по прямому, строго определенному назначению. Это было потешно и на удивление невежественно для химика-профессионала — ведь составляющие зачастую нейтрализовали друг друга, а однажды наивный Паттерлюх получил взрывчатую смесь. Он чудом уцелел (отделался переломом запястья и нервным тиком), а его эликсир разлетелся вокруг в виде ошметков горящей липкой дряни и покрыл живописными пятнами кафельные стены и потолок лаборатории. Все это не прибавило Паттерлюху привлекательности, но и не отвратило его от цели. С рукой в гипсе он соскреб чудодейственный состав с потолка и стен в большой термос (взамен разорвавшейся полиэтиленовой канистры) и продолжал работу.

— Пат, — говорили ему коллеги, — а знаешь ли ты, что доктор Шмуклер может получить премию международного треста «Гидролиз» за свой фундаментальный труд — анодное оксидирование циркония в хромовой кислоте при градациях температуры раствора 48°-73,5°?

Нет, этого Паттерлюх не знал. Ему плевать было на достижения узкой отрасли химии — электрохимии, он собирал свое универсальное средство.

— Люх, старина, на конгрессе органиков в Антверпене…

Но он поворачивался спиной к собеседнику и уходил в магазины хозяйственных товаров и в аптеки, на склады удобрений и бытовых реактивов — ему надо было работать. Да-да, в лаборатории бывал он крайне редко, в конце дня, когда деловито шпателем сбрасывал в термос тщательно отмеренные дозы своих дневных находок. Со временем термос стал мал, его заменила ванна старого автоклава, а потом и вовсе кухонный котел с герметичной крышкой, вышедший из строя и выброшенный за ненадобностью. Паттерлюх работал и работал.

Его имя потихоньку забывалось в среде профессионалов, лишь изредка о нем. вспоминали к случаю, как о курьезе, как о паршивой овце. Когда он заявился в клуб концерна «Октан» в визитке, сидящей на нем как рабочий халат, и заявил о том, что его средство уже создано, поднялся несмолкаемый хохот. Все сбежались посмотреть на чудака-алхимика; даже посторонние, ни бельмеса не смыслящие ни в химии, ни в чемлибо другом, потешались до упаду над Паттерлюхом, в одиночестве пьющим за стойкой шампанское, невозмутимым, как всегда.

Но средство в самом деле было создано — густое желе приятного розового цвета, так как Паттерлюх хотел, чтобы оно ласкало взор. Так же оно ласкало нюх. И вкус, оно было съедобным и полностью усваивалось организмом. Оно служило пастой для чистки зубов и смазкой для двигателей. Средство Паттерлюха, будучи вспененным, было гораздо лучше пенополиуретана, а будучи отштампованным на термопласте, имело прочность и упругость полиэтилена. Розовое желе было эффективным красителем — цвет окрашенной поверхности определялся режимом высыхания. Оно легко растворялось в воде и приобретало вкус и крепость отличной хлебной водки. Примечательно, что раствором меньшей концентрации можно было подкармливать младенцев. Оно снимало стресс и уменьшало слабоумие.

Стоило регулярно неделю-две подержать «жвачку Пата» во рту, как там начинали расти новые зубы! Лысины, смазанные розовой настой, прорастали волосами, как весенний газон; напротив, неуместный волосяной покров уничтожался им за деньдва, все дело было в концентрации раствора. Трудно перечислить все области человеческих интересов, затронутые средством Паттерлюха, Оно стимулировало умственную деятельность, но и могло тормозить критическую способность мышления. Будучи высушенным, оно становилось сильнейшей взрывчаткой, а в обычном виде его можно было использовать как напалм (вспомните взрыв в лаборатории). Оно годилось для уничтожения кроны деревьев в джунглях над предполагаемым неприятелем. Пустяковым количеством средства можно было отравить резервуары питьевой воды огромного города. Пропущенное через реактор, средство Паттерлюха приобретало необычайную радиоактивность и могло использоваться как начинка для так называемых «неразрушающих» бомб. И так далее. Как облучающий состав, средство было удивительно тонко отрегулировано: оно действовало детерминирование на белых, желтых и черных людей.

Концерн «Октан» немедленно заполучил право на монопольное изготовление розовой пасты по рецепту и технологии нашего старого недотепы, тут же превратившегося в гения, в спасителя западной цивилизации, зашедшей в тупик социального, энергетического и экологического кризисов. Концерн свернул некоторые виды своего производства и, наоборот, заложил с десяток крупных заводов по производству средства в разных районах мира — от Исландии до арабских эмиратов. Конкуренты трепетали и заранее перемещали капиталы в другие отрасли, не связанные с химией, ведь и последнему кретину ясно стало, что невозможно выстоять против такого изумительного, всеобъемлющего средства, изготовляемого к тому же из всевозможных отходов. «Октан» расправлял крылья, поговаривали о том, что ему не хватает жизненного пространства, ястребы потирали руки, безработные надеялись на тюрю из розовой пасты, старине Паттерлюху светила Нобелевская премия…

И тут он помер, скончался наш эмпирик-универсал, надежда домохозяек и генералов, политиканов и алкоголиков, бездетных, недоумков, бизнесменов и неудачников, детей и старцев, отравился собственным средством — так уж повелось у первооткрывателей гибнуть от собственного детища. И вряд ли кого это так уж опечалило — Паттерлюх был закоренелым нелюдимом и анахоретом и в личном общении не вызывал никакой симпатии, но ведь он не просто помер, он унес с собой ключевые секреты технологии изготовления средства, ибо, как человек крайне недоверчивый и подозрительный, утаил их даже от руководства «Октана». Надо сказать, к этому никто не был готов. Много голов полетело, некоторые из поторопившихся вконец разорились, а концерн был тут же оттеснен назад и значительно помят обнаглевшими конкурентами.

Скоро годовщина со дня недолгого триумфа Паттерлюха.

Армия химиков тайком друг от друга в поте лица своего старается воспроизвести универсальное средство, его незначительные количества, полученные на экспериментальной установке, нынче на вес золота и расхватаны лабораториями всех стран: очевидно, недалек тот день, когда некий счастливчик увидит в своей колбе вожделенный розовый студень. Недавно на эту тему высказался известный социолог Л. Хаймендорф.