Андрей Имранов - Реальность где-то рядом

Сергей фыркнул и поперхнулся элем. Откашлялся и спросил с усмешкой:

– А есть разница?

– Конечно, есть, – возмутился Кир, – система заклинаний – это отдельная надстройка над миром, и она взаимодействует с физикой мира по своим правилам, не нарушая фундаментальных законов. Иначе кранты балансу.

– А если мы в комнату уйдем, что им помешает таким же способом меня на улицу вытащить?

– Двери здесь невзламываемые. Если запрешься, то никто зайти не сможет. Тоже, типа, заклинание.

– А… ладно. – Сергей с сожалением отставил пустую кружку. – Тогда п-пошли.

Чесноков встал, постоял, держась за стол, пару секунд, затем пошел к трактирщику. Путь оказался неожиданно извилистым.

– Тридцать процентов… – бормотал Сергей, пробираясь между столиками, – на мой взгляд, десяти было бы вполне достаточно… реалисты, блин… интересно, похмелье тут такое же, как в реальности?

– Не-а, – весело сказал Кир, – похмелья тут нигде нету. Уж очень клиенты протестуют.

– Эт хорошо, – кивнул Сергей, – эт правильно.

Загреб монет из кошелька полной горстью, высыпал на столик трактирщику.

– Сдачи не надо.

– Тю, – сказал Кир, – это вообще-то много. Это раз в десять больше, чем много. Еда тут дешевая…

– Усохни, – сказал Сергей, – тоже мне голос совести. Легко пришло, легко ушло.

Трактирщик (несомненно, все слышавший) и бровью не повел. Достал массивный медный ключ с биркой и протянул его Сергею.

– Второй этаж, дверь в торце коридора, – сказал он с легким кивком, видимо обозначающим поклон, – у вас люкс. Ежели чего пожелаете, звоните в колокольчик, что у изголовья кровати.

– Даже не сомневайтесь, – сказал с широкой улыбкой Сергей и нетвердой походкой отправился вверх по лестнице.

– Эй! – прозвучал сзади возмущенный оклик. – А я?!

Сергей обернулся и увидел Кира, по грудь зашедшего в лестницу. Усмехнулся, со словами: «Извини, забыл» – выдернул легкое тело из-под ног, обхватил его правой рукой и, держа под мышкой, пошел наверх.

– Ну ты, алкоголик, блин! – завозмущался и заерзал Кир. – Аккуратней можно?

– Если я буду нагибаться, чтобы ты на шею мне залез, – возразил Сергей, – то, во-первых, не факт, что я снова на ноги встать смогу, а во-вторых, ты все косяки лбом соберешь.

– Ну второе, допустим, фигня полная, но ты прав. Пошли, пошли, – быстро сказал Кир.

Со стороны входа послышался какой-то шум и громкие голоса. Сергей полуобернулся, заметил краем глаза ввалившуюся в таверну толпу, но Кир больно ткнул его в бок и прошипел:

– Пошли быстрее.

Сергей споткнулся, кое-как извернувшись, устоял на ногах и быстро зашагал дальше. Дошел до конца скудно освещенного коридора и принялся искать ключом замочную скважину. Ни алкогольный дурман, ни слабое освещение, ни ерзающий под мышкой Кир процессу особо не способствовали. Сзади донеслись звуки шагов – похоже, много людей спешно поднимались по лестнице. Сергей занервничал, но тут ключ вдруг провалился в дверь и неожиданно легко повернулся. Дверь мягко открылась. Чесноков ужом скользнул внутрь, закрыл дверь, в последний момент вспомнив про ключ и выдернув его из скважины. Нащупал на двери засов и быстро его задвинул. Почти сразу же кто-то снаружи осторожно попытался дверь открыть.

Сергей замер.

Дверь тихонько толкнули еще раз, потом послышался деликатный стук.

– Перехвати меня поудобнее, – придушенным голосом сказал Кир, – и скажи им что-нибудь уже.

Сергей молча закинул Кира на плечо (Кир коротко вякнул) и попытался осторожно отойти внутрь комнаты. Но тут под ногу подвернулась какая-то табуретка и с грохотом покатилась по полу. Сергей шепотом выругался, потом прокашлялся и громко спросил:

– Кто там?

– Интересуемся насчет реального дела, – вкрадчивым голосом ответил кто-то из-за двери.

– А, – сказал Сергей, – проще простого, свяжитесь с начальником службы безопс… б-безопасности «Реалити-два» с… как его…

– Русланом Егуновым, – подсказал Кир.

– Да, Русланом Егуновым. И скажите ему, что Кирилл сбежал от Лахнова и последний ничего ему сделать не может. С-совсем ничего.

– Вот как? – сказал голос. – А вознаграждение?

– Вознаграждение? – удивился Сергей. – Ах да. Тыщ десять евро вас устроит? Реальных, разумеется, а не игровых.

За дверью замолчали. Потом послышались приглушенные звуки разговора, а потом чей-то другой голос сказал с насмешкой:

– Ну не жадничайте так, Кирилл Аркадьевич. Счет-то идет на миллиарды, а вы своему спасителю – десять тысяч. Не стыдно?

– Лахнов, что ли? – спросил Кир с удивлением. – Голос вроде его. Неужели сам приперся?

– А тебя, сука, не спрашивали, – сказал Сергей, – на суде наговоришься.

– А вы, Сергей Си-плюс-Плюсович, – сказал голос жестко, – вообще молчали бы. Вы в этой игре даже не пешка, а так, пыль на доске. Если бы не игра случая, никто бы и не заметил вашего рождения, жизни и смерти.

– Интересно, – сказал Кир задумчиво, – чего ему надо?

Сергей икнул, оглядел привыкшим к полумраку взглядом комнату и присел на стул. Лахнов тем временем продолжал уже более мягким тоном, очевидно обращаясь к Киру:

– А передать Егунову ваше сообщение, извините, не могу. Не потому, почему вы подумали, а потому что не люблю врать. Вовсе я не так бессилен, как вы предполагаете. Просто теперь мое вмешательство в игру не останется, увы, незамеченным. Поэтому я его приберегаю на крайний случай, до которого, я надеюсь, дело не дойдет.

Лахнов сделал паузу, видимо ожидая ответной реплики, но Кир ничего не сказал, а от себя Сергей решил ничего не добавлять. Лахнов продолжил:

– Я предлагаю вам прекратить ваш нелепый бег. Откройте дверь.

Кир молчал, Сергей – тоже.

– Я занятой человек, и у меня немного времени. Не испытывайте мое терпение, открывайте. Иначе мне придется прибегнуть к последнему средству. Да, меня осудят. Но вам от этого будет не легче, вряд ли вы к тому моменту вообще будете понимать, что происходит вокруг вас. И подумайте о вашем отце – каково ему будет?

– Он врет! – воскликнул вдруг Кир и засмеялся. – Нет у него пароля на редактирование. Ни у него, ни у кого из его людей. Ладно, меня он свести с ума не торопится, потому что за это его сразу повяжут. Так кто ему мешает тебя стереть? Сказал бы кому из своих операторов – никто и глазом не моргнет и ни одного вопроса не задаст, если какой-нибудь оператор возьмет и сотрет «заключившую» программу. А ты под определение «заглючившей» программы очень даже подходишь. Ха!

– А может, он просто не догадался еще? – тихо спросил Сергей.

– Да обо всем он догадался! Он хоть и скотина, но не дурак. Тогда все проще. Не надо искать Егунова, достаточно передать моему папе, что я на свободе и что Лахнов врет.