Джини Кох - Прикосновение чужого

— И как называется эта уродина?

— Толстокожий.

— Подходяще. Весьма, — я попыталась не бояться, но так и не смогла полностью утихомирить внутреннюю дрожь, не помогали и бесконечное повторение строчки из песенки: «Розовые слоники на параде».

— Хочешь быть рядом с Кристофером?

— Остановись уже, — я развернулась и в упор посмотрела на Мартини. — Хочешь злиться на меня? Прекрасно. Но дай своему гневу выход в другую сторону, хотя бы сейчас. У меня была большая задумка. И она отлично сработала. Мефистофель здесь, спасибо, что был очень зол. Но я не предполагала, что сюда нагрянут и другие, и я сейчас не знаю, что делать. К тому же, прежде, чем ты выльешь на меня весь свой праведный гнев, давай обсудим все эти «Она моя» и «Выходи за меня замуж», которыми ты замучил за эти два дня, в то время как тебе запрещено жениться на мне. Ты тоже не мистер Чистенький.

Я развернулась обратно и, увидев еще одно сверхсущество, постаралась перестать беспокоиться о том, что мне нравится Мартини, что я мечтаю о том, чтобы он снова поцеловал меня когда-нибудь еще. Гигантская черная змея, появившаяся из-за толстокожего, хорошо отвлекла. Я боюсь змей, но этот был настолько большим, что я вздрогнула от страха. Увидев на змеиной голове карикатуру на человеческое лицо, стало понятно, что теперь кошмары станут частью остатка моей жизни. Если мне посчастливится когда-нибудь отдохнуть.

— А змею как называете?

— Змей, — Мартини не сказал: «дерьмо», но я почувствовала, что он это подумал.

Наш следующий противник был почти нормальным. По крайней мере, если сравнивать с остальными. Похож на гигантскую палку с несколькими палками-отростками.

— Что это? И что он делает?

— В каждой конечности у него яд. Мы называем его убийцей, потому что никому не удавалось выжить при встрече с ним.

— Может, отправимся домой?

— Хотелось бы.

Последний, но не менее отвратительный монстр оказался похож на слизняка.

— А этого вы называете слизняком?

— Ага.

Мелькнула мысль. Больше этой мысли я оказалась поражена тем, что в такой ситуации мне в голову могло что-то прийти вообще.

— Ты когда-нибудь пробовал соленые продукты?

— Что?

Я вскрыла сумочку и сумела найти в ней рацию. Надеюсь, используя ее, я была права.

— Мистер Уайт, ответьте, пожалуйста.

— Да, мисс Кэтт?

— Я хочу тонну соли, и я на самом деле имею ввиду тонну. Ее нужно перебросить в это чертово место, где мы находимся. Как можно быстрее. Пожалуйста. Передайте пилотам, что их задача избавить нас от гигантского слизняка. Не уверена, что они помогут нам с остальными.

Мне дважды говорили, что контролируемые сверхсущества запросто выдержат артиллерийский залп.

Тишина.

— Орешков не хочешь? — поинтересовался Мартини.

— Возможно.

Затрещала рация.

— Соль должна быть сухой или можно морскую?

Я задумалась.

— Поинтересуйтесь у папы. Передайте ему, что нам нужно избавиться от огромного инфекционного слизняка.

Снова тишина.

— Ты знаешь, что я хотел сказать, — пробормотал Мартини.

— Что? Ты про орехи?

— Я о том, что хочу жениться на тебе.

Думала, мы про это уже забыли. Почему же тогда в груди все сжалось? Я знала Джеффа всего двое суток.

— Отлично. А я хочу, чтобы кто-нибудь осыпал меня душем из миллиона долларов мелкими купюрами. Но я не говорю об этом всем встречным-попереным.

Снова затрещала рация.

— Мистер Кэт говорит, что в вашем случае для слизняка подойдет океанская вода. Тем не менее, мы, пожалуй, добавим в нее сухой соли.

— Отлично. Как быстро вы это сделаете? Потому что эти штуковины хоть и кажутся медлительными, но они не могу быть такими.

— Груз уже в пути и прибудет к вам через пятнадцать минут. Мы попросили подкрепления с базы в Сан-Диего для наших транспортников.

Пятнадцать минут может оказаться недостаточно.

— Попросите их поторопиться, хорошо?

— Сделаю. Еще что-нибудь?

— Уверена, что-нибудь понадобится, так что, пожалуйста, будьте на связи, — я закинула рацию в сумочку. — Не видишь нигде поблизости гигантского мангуста? Я хочу прямо сейчас увидеть огромного Рики-Тики-Тави.

— У нас ничего такого нет.

— А внедорожник сможет защитить нас от яда убийцы?

— Автомобили оснащены щитами, так что сможет.

Больше не говоря ни слова, я рванула к остальным.

— Джефф все еще злится на тебя, — сказала я Кристоферу, как только добежала до нашего внедорожника.

— Серьезно? Я не заметил.

— Джеймс, тебе не страшно?

— Э-э, подруга? Я перестал бояться еще тогда, когда прикончил своего первого монстра. Думаешь, сейчас у нас начнется веселуха?

— Да. Вот что, сможешь на внедорожнике врезаться вон в того урода, похожего на палку? С экранами на полную мощность.

Райдер уставился на меня, как на сумасшедшую.

— Хочешь, чтобы я попробовал протаранить сверхсущество автомобилем?

— Это ведь большой внедорожник. Наверняка, очень прочный.

— На самом деле, не совсем.

— Ты уверен или просто трусишь?

— И то, и другое.

Отобрав у него рацию, я рявкнула в нее:

— Мистер Уайт?

— Да, мисс Кэт. Вас давно не было слышно.

— Точно. Нам нужен самый большой, противный «Хамви», предпочтительно военный, и чтобы на него были установлены все ваши центаврийские примочки. У вас найдется такой зверь?

— Уже делаем, — вздохнул Уайт. — С минуты на минуту он к вам прибудет. Не возражаете, если за рулем будет Тим?

— Только если он заинтересован в смерти.

Тишина.

— У тебя хорошо получается руководить под таким прессингом, — сказала Лоррейн.

— На самом деле, это один из видов паники.

— Тим просил передать, что он рад возможности вернуться в бэттеры, — из рации снова раздался голос Уайта. — Понятия не имею, о чем он, но, подозреваю, что вы знаете, что делаете.

— У нас бейсбол — национальный вид спорта. Вам нужно как-нибудь посмотреть хотя бы один матч.

— Я предпочитаю футбол.

— Хорошо, буду знать. Передайте Тиму, чтобы жал педаль до упора, остальное узнает на месте.

— С радостью жду ваших следующих просьб.

— Теперь я вижу, есть злыдни похлеще тебя, — метнула взглядом в сторону Кристофера.

— Польщен сравнением.

Я обернулась посмотреть, насколько далеко были огромные монстры.

— Не то, чтобы жалуюсь, но почему они двигаются так медленно?

— Не знаю, — ответил Кристофер. — Вряд ли кого-то из здесь присутствующих это огорчает. У нас и так слишком сложное положение, не хватает только, чтобы они двигались быстро.