Александр Романовский - Под черным флагом

-Видишь ли, обычно мы поступаем так крайне редко. Стратегия захвата обычно определяется тремя важными факторами: типом звездолета, характером груза и числом людей в команде. Объясняю: команде ничего не стоит изолировать отсек, потерявший герметичность, если это предполагает конструкция корабля; если мы пробьем трюмы, то в космос может улететь сам груз; число же людей в команде, способных оказать сопротивление, наши абордажные группы должны превосходить как минимум втрое. Полностью герметичные скафандры есть отнюдь не у многих, как тебе могло показаться, а к бою в невесомости практически никто не приучен.

-Тем не менее, вы торпедировали номадианское судно, заметил Летум, - на котором в тот момент путешествовал я.

-Да, но мы не собирались ждать, пока все Иные подохнут от кислородного голодания - как ты заметил, у них были скафандры. Кроме того, требовать застопорить двигатели и подготовить стыковочные шлюзы просто не имело смысла - номадиане знали, что пираты никогда не оставят в живых инопланетянина, которого можно убить. Поэтому нам не оставалось ничего другого, кроме как на ходу торпедировать шаланду.

-Понимаю, - кивнул Летум. - С неграми бы так не прошло. Мы висели у всех на виду, и обойтись без стыковки было просто нельзя. Ну а если бы они отказались? Сказали бы: "Нет, пошли вы на хер".

-Тогда мы разнесли бы их на лом, к такой-то матери, ухмыльнувшись, заявил Смайлсон. - Капитан не блефовал, чтобы другим неповадно было.

-Понятно. - Летум задумался. - И все же ничто не мешало нам выпустить из трюма весь воздух. Негры могли изолировать отсек, ну а мы спокойно, без всякой спешки, перетащили бы контейнеры на "Утреннюю звезду".

-И где гарантия, что они не набросились бы на нас, увлеченных поднятием тяжестей? У них не было скафандров, верно, однако до того момента, как произошла стыковка, вся команда зуб даю - отсиживалась в другом отсеке. И уж там у них было предостаточно классных скафандров, чтобы воевать с нами хоть в открытом космосе. С таким товарным оборотом они могли себе это позволить.

Летум стиснул челюсти. "Теперь, оказывается, у них было предостаточно классных скафандров!.. Твою мать!!!"

-Ну а если бы не набросились? Испугались, вняли голосу здравого смысла?.. Нужно было, по крайней мере, попробовать.

-Как раз здравый смысл говорил им о том, что свидетелей мы не оставим. Мы же грабили их прямо в порту, где они могли связаться с любым кораблем, если бы не патрульные не блокировали волну...

-А в открытом космосе вы убили бы их просто так, потехи ради? - спросил Летум. - И все равно пришлось бы драться?

-Возможно. - Смайлсон осклабился. - Почему это "вы", а не "мы"?

-Потому. Я бы так не делал.

-У тебя же атрофия совести, - напомнил Джек.

-Верно. Но при этом я не маньяк, одержимый жаждой убийства. Я дал бы им шанс, потому что привык считать себя профессионалом. - Летум слегка покривил душой: порой убийство доставляло ему удовольствие, но сам он считал, что никогда не поставил бы ради этого под угрозу всю операцию. - Вы, ребята, создали себе репутацию, которая работает теперь против вас. Это глупо.

-Возможно. - Смайлсон пожал плечами. - Нас много, всегда найдется пара уродов. Поди разберись, где добрый мистер Дрейк, а где жестокий мистер Хоукинс. Или наоборот.

Летум не стал продолжать, хотя ему было что сказать. Разговор отклонился от русла, а он уже узнал все, что требовалось. Пираты - неорганизованная, разобщенная кучка дилетантов. Из таких всегда получались первоклассные бойцы. Предостаточно места для творчества и полета фантазии, потому что "профессионал всегда работает творчески".

Летум поглядел на группу бритых мужиков, занимающих два длинных стола. Пираты отставили пустые тарелки, болтали, смеялись или же ковырялись в зубах пластиковыми зубочистками. Столовая опустела, дежурные собирали со столов грязную посуду.

На тарелке у Летума оставалась еще половина ростбифа, но он сомневался, что ему удастся удержать внутри то, что с таким трудом удалось съесть. Летум допил теплый сок и поднялся из-за стола.

Глава 41.

-Р-рота подъем!

Пираты вскочили на ноги. Летум проследовал к выходу.

-Видел? - Смайлсон кивнул в сторону "доски почета".

-Видел. Херня собачья.

-Я вроде неплохо получился.

-А где на корабле доска для мертвых?

-Что? - Вопрос поверг лейтенанта в изумление. - Каких мертвых?

-Неважно. На похороны идешь?

-Иду, - кивнул лейтенант. - Туда все идут, за исключением тех, что лежат в лазарете. Это традиция.

-Где происходят похороны?

-На нижней палубе, возле мусорных шлюзов.

Летум поднял несуществующие брови.

-Не смотри ты так. Один из шлюзов используется только для этой цели. Еще с полчаса придется подождать, пока отужинают другие группы. У нас как раз остается время, чтобы смотаться к старине Лагренцу.

Летум с трудом вспомнил, что так зовут интенданта пиратского корабля - пожилого мужчину с большим носом и остатками седой растительности за ушами.

-Отведи их в казарму, - сказал Летум Брану. - Можешь сказать, что я пошел за зарплатой. Завтра погуляют.

Бран козырнул. Летум и Смайлсон направились к лифтовой шахте. Входя в кабину, Летум услышал в противоположном конце коридора восторженный рев. "Да, теперь рота меня просто обожает".

Интендант был на месте. Клевал носом, беспрестанно моргал маленькими красными глазками и оттого, видимо, находился в особенно раздражительном состоянии. Рейд и неожиданный наплыв наличности - Летум разглядел в углу кабинета знакомый инкассаторский чемодан - задержали старичка на рабочем месте. Даже толстые линзы очков, нацепленных на нос, слегка запотели.

Сообщив о цели своего визита, лейтенант и капрал привели мистера Лагренца в своеобразное бешенство. Шаркая и бормоча что-то себе под нос, пенсионер откинул крышку контейнера. Летум увидел, что наличности осталось почти на дне.

-Куда все подевалось? - вырвалось у него.

-Куда подевалось, - передразнил Лагренц, возвращаясь с пачками денег. - А кормить вас, голодранцев, одевать?.. А корабль штопать? Не все же на портовых девок спускать!

-Ладно, где расписаться? - Летум взял деньги.

Лагренц выудил из ящика стола потрепанную ведомость, всю в каких-то жирных пятнах. Место оставалось лишь в самом конце весь лист был заполнен разноцветными надписями. Летум поставил имя, должность, дату и сумму полученной наличности. Размашистая, но в то же время аккуратная и вычурная подпись Летума Вагнера едва не вырвалась на листок сама собой. Подумав, Летум поставил вместо нее символ анархии, обведя кружком букву "А".

Хмыкнув, Смайлсон принял ручку - шариковую, доисторическую, - и заполнил свою строку. Пачка купюр лейтенанта оказалась куда солидней.