Вячеслав Поляков - Мама, не плачь, я живой

— Должен быть в библиотеке. Наконец-то приехал новый библиотекарь, Хранитель вводит его в курс дела.

— Хорошо. Приготовь мне, пожалуйста, все лекарства, какие есть: перевязочные, антисептики, антибиотики, болеутоляющие, жаропонижающие, сульфамиды — всё, что найдёшь. Воды бурдюков десять-двадцать. Сухой паёк. Приготовь как можно больше, приблизительно на сто человек, я за несколько рейсов перевезу. А я к Сильвестру, вернусь — всё расскажу.

Сильвестр сидел в библиотеке с представительным седобородым мужчиной европейского типа, среднего роста, в очках, лет около пятидесяти, на вид — типичным банковским менеджером среднего звена. Сильвестр что-то рассказывал, а библиотекарь внимательно слушал, периодически делая пометки в своём блокноте. Никита подошёл, взял с блюдечка ложечку и помешал кофе в стоявшей перед Сильвестром чашке. Библиотекарь покосился на Сильвестров кофе, но ничего не сказал. Сильвестр выглянул в астрал, увидел Никиту, удивился.

— Сильвестр, надо поговорить, — сказал Никита.

— Хорошо, иди в спортзал, я сейчас.

Никита отправился в спортзал. Устроился на подушках, устало прикрыл глаза. Через пару минут появился Сильвестр, сел напротив, вышел в астрал:

— Что случилось, Брат?

— Да, Сильвестр. В пустыне есть оазис Эль-Зафар.

— Знаю такой…

— Несколько дней назад он подвергся нападению разбойников. Басмачи убили всех взрослых мужчин, стариков и детей. Молодых женщин, девушек и детей, способных совершить переход по пустыне, захватили в плен для продажи. Оазис ограблен и сожжён. Колодцы подорваны зарядами взрывчатки.

— Это беда, Брат.

— Это ещё не всё. С басмачами я разобрался. Караван с пленниками сейчас собирается в обратный путь. Среди них один раненый. Я отнесу им воду, продукты и медикаменты. До оазиса они доберутся. Хуже другое… Это было не простой грабёж.

— Почему ты так думаешь?

— Руководили действиями бандитов двое белых. Они приказали убить своих проводников, одеть их в форму афганской армии и бросить в оазисе среди трупов убитых.

— Да, это провокация. Они хотят натравить кочевников на афганские власти. Это плохо, Брат.

— Это уже не так страшно. Освобождённые пленники расскажут людям правду. Есть ещё одна проблема…

— Говори, Брат.

— В ближайшее время в оазис должен прибыть большой клан кочевников, если уже не прибыл… Две тысячи человек. В конце пятидневного перехода по пустыне у них уже не будет воды. А колодцы в оазисе взорваны…

— Та-ак… Что будем делать, Брат?.

— Я отправлюсь в оазис и посмотрю, что можно сделать с колодцами. Пока я до них добираюсь, буду перебрасывать им бурдюки с водой. Организуй там через своих людей, чтобы это было незаметно.

— Сделаем.

— Дальше. Оповести всех кочевников и их оазисы, что могут быть повторные нападения, пусть будут начеку. И, если это возможно, организуй караваны с водой в сожженный оазис.

— Да, Брат, полечу сейчас же.

— Подожди. Надо обеспечить срочную доставку воды, своими силами я им воды много не натаскаю. Попробуй выйти на своих людей в Кабуле или Москве. Наши вертолёты туда не долетят, не хватит дальности полёта. А вот самолётами можно что-нибудь сделать. Есть же какие-то самолёты для доставки горючего, распыления гербицидов, химоружия, наконец. Придумай что-нибудь, Сильвестр. Без воды человек живёт только два дня. Если не доставить кочевникам воду в течение двух дней, они начнут погибать.

— Хорошо, Брат, я займусь этим прямо сейчас.

— Удачи тебе, Сильвестр. А я загляну домой и — в караван.

— Доброго пути, Брат.

Никита отправился в свои апартаменты. Айша уже почти всё приготовила для Никиты, заканчивала заваривать свои травы. Никита коротко рассказал жене обо всех своих приключениях за последние сутки и начал нагружаться бурдюками с водой и мешком с медикаментами для первой ходки. Айша подошла и начала грузиться тоже.

— Дорогая, ты куда собираешься?

— Я с тобой. Помогу перенести продукты.

Когда Айша разговаривала таким тоном, с ней лучше было не спорить. Никита и не стал. Только ограничил вес поднимаемых женой мешков.

— Как хочешь, дорогая. Только у нас в Союзе женщинам запрещено КЗОТом поднимать тяжести более двадцати килограммов. Закон будем соблюдать. Иначе не полетишь, — когда надо, Никита тоже умел настоять на своём. Айша спорить не стала.

Вдвоём они быстренько перетаскали мешки и бурдюки за соседний от Зафара бархан. Когда Айша увидела раненого Зафара, на глазах у неё заблестели слёзы:

— Никита, это же ребёнок! Как так можно?

— Этот ребёнок убил двоих и ранил одного бандита. И он самый старший из оставшихся в клане Зафара мужчин. Теперь он вождь клана.

— Но, он же ранен!

— Рана не опасна для жизни, я проверил. Антибиотики он получает. Сейчас я приведу караван с людьми его клана, и женщины будут за ним ухаживать. Всё, что нужно для его лечения, будет сделано. Да и другого выхода всё равно нет. Я провожу их до оазиса и помогу восстановить колодцы. Это всё, что я могу для них сделать. Всё, давай домой.

— Ну, Никита, у меня есть пара часов свободного времени. Можно я побуду с тобой? Ну, пожалуйста, а, Никита? — заглядывала в глаза жена. Отказать Никита не смог. Они направились в сторону каравана. Когда Айша увидела астрального гиганта, то сначала не могла связать и пары слов:

— А-а… Никит… А как ты?.. А он… А куда он… Потом?

— Ты не бойся, Дэвик хороший. Он своих не трогает.

— Но, это же ты! Только большой!

— Ну-у, я расту над собой. А, если без шуток, то потом он может уменьшиться до нормальных размеров. Просто это была психическая атака. Иначе басмачи могли вырезать весь полон.

— Да уж, психическая, — пробормотала Айша, рассматривая следы ног и кулаков Дэва.

— Милая, ты пока пообщайся со мной большим, а я караван к Зафару отведу.

Никита вернулся в себя, повернул коня и направился к людям. Здесь все уже собрались, ждали команду на выдвижение. Ему принесли футляр от снайперской винтовки. Никита разобрал винтовку, и убрал в футляр. Почистить можно будет на привале. Никита с помощью астрального зонда определил кратчайший путь, указал направление и дал отмашку. Караван медленно тронулся в путь. К Зафару прибыли через полтора часа. Он встретил своих людей стоя… Женщины сразу запричитали, засуетились вокруг раненого. Никита подъехал к вождю:

— Зафар, за соседним барханом мои запасы воды и продуктов. Я передаю их вам. Может быть устроить привал, чтобы люди могли поесть и отдохнуть?

— Чужеземец, как твоё имя?

— Никита.

— Никита-эфенди, клан Зафара никогда не забудет, что ты для нас сделал. Отныне и навсегда, ты — желанный гость в нашем оазисе и клане. Мой дом — твой дом.