Кэтрин Куртц - «Если», 1996 № 04

Владычица Бурь также покинула карету. Сказала что-то вознице, тот кивнул. Второй охранник спрыгнул на землю и вместе с Рейвер Стикс уселся в коляску, которая тут же тронулась с места.

— Куда мы идем? — поинтересовалась Амбер.

— Гулять по лесу. — Я привязал свою лошадь к карете, и мы поспешно скрылись за деревьями.

Мгновение спустя мимо проскакал лорд Гамелеон. Его слуги, все без ливрей, усиленно притворялись, что не замечают карету Владычицы Бурь.

— Она поехала прямо туда? — спросил Плоскомордый.

— Наверно. Надо торопиться. Где Морли? Где Краск и Садлер?

— Иди за мной, Гаррет. Правильно, мисс да Пена?

— Правильно, мистер Тарп. Ведите.

52

Мы рассчитали все до секунды.

Когда мы достигли опушки, неизвестно откуда появился Морли.

— Неплохо для городского увальня, — одобрил я. Садлер с Краском присоединились к нам не менее неожиданно. Если бы они были не на нашей стороне, у нас возникли бы серьезные неприятности. — Что слышно?

— Кричат.

— Да ну?

— Точно. Видимо, кто-то задает вопросы, на которые другие не горят желанием отвечать.

Признаться, я ничуть не удивился.

— Там что-то происходит, — сказал Краск.

Я подошел к нему. С этого места ферма была видна как на ладони. Из дома выбегали гоблины и сломя голову неслись через поле к дороге.

— Должно быть, дозорный заметил коляску.

Кто-то фыркнул.

— Интересно, они выставили часовых? Или только наблюдают за дорогой?

— Второе, — ответил Садлер. — Это же гоблины.

— По — моему, Владычица Бурь допустила ошибку. Такие типы, как правило, сначала убивают, а уж потом разбираются, кого и за что.

— Пока они отвлеклись, самое время подобраться поближе, — сказал Плоскомордый. — Если держаться края низины, можно подойти чуть ли не вплотную. К валунам, которые остались от амбара.

Я посмотрел в ту сторону, куда он показывал, но, как ни приглядывался, никаких валунов не увидел.

— Ты там был?

— Естественно. Я же должен был разведать дорогу.

— Тогда пошли.

Первым двинулся Плоскомордый, за ним Краск и Морли. Следом Амбер, которой я настоятельно советовал пригибаться пониже. Замыкали шествие мы с Садлером.

Мы преодолели приблизительно половину пути, когда из леса донеслись вопли. Все замерли.

— Что-то непохоже, чтобы гоблинов застали врасплох.

— Да уж.

— Идем дальше.

Некоторое время спустя мы достигли груды камней ярдах в тридцати от дома. И тут из леса высыпала шайка Скредли. Бандиты вели пятерых или шестерых пленников.

— Гамелеон, — пробормотал я. — А где же Владычица Бурь?

— Гаррет, их дюжина, — проговорил Морли. — Нас не видно, так почему бы не напасть? Или ждешь, пока они доберутся до дома?

Признаться, особого восторга его предложение у меня не вызвало, но рассчитывать на то, что ситуация переменится к лучшему, не приходилось. Я оглядел остальных. Все утвердительно кивнули.

— Амбер, оставайся здесь. Когда все кончится, я крикну.

Она притворилась, что не слышит, и, когда мы двинулись к черному ходу, увязалась за нами. Я выругался себе под нос, но делать было нечего: не применять же, в самом деле, грубую силу?

Нас никто не заметил. Войти в дом первым вызвался Морли. Никто не возражал и не пытался оспорить эту сомнительную честь.

Внутри находились три гоблина, женщина и старший Карл да Пена. Двух гоблинов поверг на пол неустрашимый Морли Дотс, третий хотел было закричать, но только захрипел, когда Краск перерезал ему глотку.

Садлер расправился с теми, кого оглушил Морли.

Желудок Амбер поспешил избавиться от своего содержимого.

— Тебе предлагали остаться. — Я заскрежетал зубами и повернулся к людям. Похоже, наше появление не очень-то их обрадовало. — Что, баронет, из огня да в полымя?

Обоих привязали к стульям. У баронета во рту торчал кляп, женщина же, судя по всему, уже просто не могла ни говорить, ни тем более кричать. Обоих явно пытали.

— Вы, должно быть, пресловутая Донни Пелл. Давно мечтал с вами познакомиться. Честно говоря, сейчас по вашему виду не скажешь, что мужчины из-за вас теряют головы.

— Хватит трепаться, Гаррет, — пробурчал Морли. — Они идут.

Я поглядел в окно.

— Этот клоун Скредли набрал целую армию.

— Ничего, справимся. Им ведь надо приглядывать за пленниками.

— Меня восхищает твоя уверенность. Может, я пойду, а вы тут сражайтесь?

— Если пойдешь, то только черту в лапы! Что делать будем?

— Краск, Садлер, спрячьтесь в коридоре. Плоскомордый, ты встань за дверью. Когда войдут четверо-пятеро, захлопнешь. Но не раньше. Мы с Морли укроемся на кухне. Амбер, а ты жди снаружи.

На сей раз она подчинилась. Страх — отличный воспитатель.

— А еще меня обзывал стратегом, — пробурчал Морли и покорно отправился на кухню.

Правда, даже гениальным стратегам свойственно ошибаться. Когда Плоскомордый попытался захлопнуть дверь, на пороге как раз появился Скредли в сопровождении еще двоих гоблинов. С двумя Тарп справился — попросту вышвырнул вон, а вот третий застрял между дверью и косяком, и пока Плоскомордый пыжился и кряхтел, норовя закрыть дверь, гоблин вопил как резаный. Наконец дверь захлопнулась, а мы прикончили тех пятерых, что оказались в ловушке.

— Порядок, — усмехнулся Морли. — Впускай остальных.

Дверь распахнулась, Плоскомордый отлетел в сторону. В дом ворвался Скредли.

Мы ожидали, что они будут размахивать ножами, но никак не предполагали, что им на помощь придут слуги Гамелеона.

— Нас подставили, Гаррет, — пробормотал Плоскомордый.

В одной руке у меня был нож, в другой — дубинка. Удерживая на безопасном расстоянии двоих гоблинов и человека, я подобрался к окну и выглянул наружу.

Никакой тебе Владычицы Бурь.

Может, она угодила в засаду и ее благополучно пристукнули?

Я ударил одного из противников в пах, но не слишком сильно. Меня потихоньку оттесняли к кухне. Я был настолько занят, что не имел возможности перевести дух и оглядеться по сторонам. Ну да ладно, выиграем мы или проиграем, Скредли все равно свое получит. Ведь ему противостоят лучшие силы Танфера.

Слабое утешение.

Я от души огрел одного из гоблинов дубинкой. Он зашатался, рухнул под ноги товарищам. Воспользовавшись секундной заминкой, я выпрыгнул в окно.

Приземлился не слишком удачно. Дыхание никак не желало восстанавливаться, однако у меня хватило сил, чтобы научить уму-разуму парня, который пытался повторить мой подвиг. Череп я ему не проломил, но шишка будет.