Гюстав Леруж - Война вампиров

Подводные пейзажи, которые я наблюдал сквозь окна коридора, поражали своим разнообразием. Там высились целые леса высоких кустарников, усеянных темно-зелеными листьями с золотыми прожилками, а ветки были эластичными и гибкими. Под ними копошились огромные крабы, круша своими мощными клешнями устричные раковины и добывая из них моллюсков.

Потом вновь начинались сады, полные цветов неземных оттенков, а над ними, словно рои бабочек, порхали стайки крохотных пестрых рыбок.

Я видел глубокие гроты, в которых копошились человекоподобные существа.

Я решил, что это, должно быть, какие-то прииски, где ведутся горные работы.

Из другого окна я заметил нечто вроде длинных траншей, перегороженных стеной высотой в рост человека. В каждой такой ячейке сидел большой моллюск, похожий на омара, но только гораздо крупнее. Иные достигали в длину около пяти метров, а их громадные клешни были ужасающим оружием. Внутренние зазубренные края запросто могли перерезать пополам взрослого человека.

Каждое из этих созданий сидело на цепи. Немного погодя я увидел, как к траншее подошел морской человек, сгибаясь под тяжестью корзины с рыбой. Он останавливался у каждой перегородки и все твари получили по огромной рыбине.

Я с любопытством наблюдал, как твари протягивали вперед клешни и на лету хватали брошенный им корм.

Похоже, омаров вначале хорошенько откармливали, а потом самих съедали.

На красивой зеленой лужайке паслись несколько сотен черепах под присмотром пастуха, вооруженного металлическим бумерангом. Помощниками ему служили две морские выдры с длинными усами, исполнявшие роль овчарок.

Пастух собирал раковины и складывал их в маленькую корзинку и потому совсем не заметил меня, хотя я делал ему знаки, стараясь обратить на себя внимание.

Но меня ожидали вещи еще более удивительные.

В одно из окон я увидел настоящую подводную деревню. В ней было около ста домов с покатыми крышами, живописно разбросанных среди желтых и голубых водорослей.

Зрелище было захватывающее. Домики, построенные из белых или красных кораллов, снаружи украшали блестящие раковины. Я бы назвал это поселение городом из перламутра и кораллов, над которым колыхались морские волны.

Ручные тюлени и выдры лениво дремали на порогах домов. Оконные стекла были овальными и выпуклыми. Полагаю, что для этого использовались отшлифованные до прозрачности панцири черепах.

Растущие там и сям прекрасные коралловые деревья оживляли этот очаровательный уголок. На определенном расстоянии друг от друга там возвышались колонны, увенчанные большими плоскими чашами или мисками, предназначение которых было для меня непонятным, но я решил, что они служат для освещения.

Как неповторимо должна была выглядеть деревенька на дне морском, озаренная мягким светом!

Кроме зверей, дремавших на порогах хижин, я не увидел ни единого живого существа Вероятно, селяне были заняты охотой или присмотром за стадами.

Однако, как ни удивительны были все эти чудеса, а голод давал о себе знать и притом весьма ощутимо, а как его утолить, я пока не знал

И почему только я не был создан для жизни под водой' Я бы разбил стекло, отделявшее меня от этих чудесных деревень, и попросил обитателей хижин из раковин и кораллов приютить и накормить меня. Уверен, что они бы не отказали в моей просьбе!

Что предпринять теперь?

Я догадывался, что в конце галереи будет вход в следующую башню, такую же пустынную и молчаливую, как и та, которую я недавно покинул Неужто никто из обитателей этих зачарованных дворцов так и не покажется мне?

Мне очень хотелось разгадать очередную тайну и раздумья о ней не давали мне покоя, хоть я и старался забыть об этом. Пока загадка оставалась неразрешимой и сверлила мне мозг.

Я сел, чтобы немного отдохнуть и решить, что делать дальше, как вдруг увидел низкую сводчатую арку, уходившую вниз. Я уже хотел было спуститься в этот непроглядный мрак, как вдруг из бездны донесся взрыв такого безумного смеха, что я окаменел от ужаса. Он был точно такой же, как тот, который я слышал на равнине, когда сражался с летучей травой.

От этого резкого насмешливого хохота, в котором не было ничего человеческого, мне опять стало страшно; душу мою объял смертельный холод, ноги ;уже подгибались Я понял, что могу оказаться среди чудовищ, по сравнению с которыми все опасности, какие меня подстерегали на Марсе, покажутся детской сказкой. Однако я овладел собой и, собравшись с духом, вступил под низкие своды.

Это было все-таки лучше, чем по-прежнему оставаться в неопределенности. Впрочем, мне казалось маловероятным, чтобы создатели всей этой красоты и гармонии вдруг оказались дикими и жестокими Я был уверен, что мне удастся найти с ними общий язык.

Они захватили меня в плен, это верно, однако, не причинили никакого вреда. Возможно, я был для них каким-то неизвестным существом, за которым решили понаблюдать.

Подбодрив себя таким образом, я начал спускаться по коридору, который под уклоном уходил вниз В галерее было темно и, возможно, я отказался бы от своего намерения, но вдруг почувствовал под ногами какие-то бугорки величиной с грецкий орех

В тот же миг коридор осветился неярким мягким светом, и я, наконец, смог разглядеть, где нахожусь

Мгновение я стоял, не шевелясь, почти уверенный, что попал в какое-то зачарованное царство, где добрая фея зажгла для меня свет, ибо он мне очень понадобился Стены были из такого же стекла, как и башня, однако на потолке, с которого лилось таинственное сияние, были изображены причудливые животные и растения Казалось, под сводами собралось бесчисленное множество светляков, вроде тех, которых мне приходилось видеть в Центральной Америке.

Под тяжестью моего тела кнопки в полу вдавливались, включая свет в подземном ходе.

По мере того, как я продвигался вперед, свет позади меня угасал и зажигался передо мной, так что меня окружало некое подобие сияющего ореола.

Природу освещения я так и не могу объяснить Это могли быть фосфоресцирующие газы или особое излучение, свойственное только Марсу. Коридор по-прежнему шел под уклоном, и несколько раз я оказывался на пересечении нескольких галерей Однако я не рискнул свернуть в сторону. Чтобы не заплутать в этом лабиринте, нужно было все время идти по прямой.

Неожиданно я очутился в сводчатом зале, где в бесконечность уходили ряды строгих иератических статуй Одни из них были изваяны из красного порфира, другие отлиты из металла, по цвету более темного, чем бронза, и покрыты позолотой Изваяния представляли птиц с человеческими лицами, крылатых крокодилов, драконов, покрытых шипами и существ настолько фантастических, что я невольно спрашивал себя, существовали ли подобные чудовища еще где-нибудь, кроме воображения художника?